Комиссар быстро стал между ними и, разнимая их, сказал:
— Господа, вы забываетесь, держите себя с достоинством.
Они замолчали и отвернулись друг от друга. Мадлена стояла неподвижно и продолжала курить, улыбаясь.
Полицейский чиновник сказал:
— Господин министр, я застал вас наедине с госпожой Дю Руа, здесь присутствующей; вы были в постели, она почти нагая. Ваша одежда перемешана и разбросала по комнате. Все это является доказательством факта прелюбодеяния. Вы не можете отрицать очевидности. Что вы имеете возразить?
Ларош-Матье пробормотал:
— Я ничего не имею сказать. Исполняйте свой долг.
Комиссар обратился к Мадлене:
— Признаетесь ли вы, что этот господин ваш любовник?
Она ответила вызывающе:
— Я не отрицаю, он мой любовник.
— Достаточно.
Затем комиссар сделал несколько заметок относительно расположения комнат и состояния квартиры. Когда он кончил писать, министр, который тем временем кончил одеваться и ждал с пальто и шляпой в руках, спросил его:
— Я вам еще нужен? Что я должен еще сделать? Могу я удалиться?
Дю Руа повернулся к нему и, нагло улыбаясь, сказал:
— Помилуйте, зачем! Мы кончили. Вы можете снова лечь в постель, милостивый государь. Мы оставим вас одних.
И, коснувшись пальцем рукава полицейского чиновника, прибавил:
— Идемте, господин комиссар, нам здесь больше нечего делать.
Комиссар, несколько удивленный, последовал за ним; но на пороге комнаты Жорж остановился, чтобы пропустить его вперед. Тот церемонно отказывался.
Дю Руа настаивал:
— Пройдите же.
Комиссар ответил:
— После вас.
Тогда журналист поклонился и с иронической вежливостью сказал:
— Теперь ваша очередь, господин комиссар. Здесь я почти что у себя дома.
Потом, со скромным видом, он осторожно закрыл за собой дверь.
Час спустя Жорж Дю Руа входил в редакцию «Vie Francaise».
Вальтер был уже там; он продолжал руководить своей газетой и тщательно за ней следить, так как она получила огромное распространение и сильно поддерживала все разраставшиеся операции банка.
Издатель поднял голову и сказал:
— А, это вы! У вас какой-то странный вид! Почему вы не пришли к нам обедать? Откуда вы?
Молодой человек, уверенный в том, что его слова произведут впечатление, объявил, делая ударение на каждом слове:
— Я только что свалил министра иностранных дел.
Вальтер думал, что он шутит.
— Свалили министра? Как это?
— Я изменю состав кабинета. Вот и все. Давно уже пора убрать этого негодяя.
Старик, пораженный, решил, что его сотрудник пьян. Он прошептал:
— Что вы говорите? Вы сошли с ума!
— Нисколько. Я только что застал свою жену с Ларош-Матье. Полицейский комиссар установил факт прелюбодеяния. Песенка министра спета.
Вальтер, ошеломленный, совсем поднял очки на лоб и спросил:
— Вы не смеетесь надо мной?
— Ничуть. Я даже напишу сейчас об этом в хронике.
— Но чего же вы хотите?
— Раздавить этого мошенника, этого негодяя, этого преступника, вредного для общества.
Жорж положил свою шляпу на кресло и прибавил:
