союзных республик. Вопрос о регулировании прав и свобод граждан остался в ведении союзных республик, которые на момент вхождения в Советский Союз уже имели свои собственные конституции.
Первая Конституция СССР была посвящена основным вопросам построения Союзного государства и закрепляла формы соотношения суверенитета СССР и союзных республик, предметы ведения СССР, структуру и компетенцию высших органов государственной власти и управления СССР и союзных республик.
Из всего содержания Конституции СССР можно отметить лишь отдельные положения, касающиеся прав и свобод: национальная свобода и равенство (Декларация об образовании СССР).
В соответствии со ст. 7 Конституции СССР для граждан союзных республик устанавливалось единое союзное гражданство.
Вместе с тем проблема единого гражданства имела свою специфику при закреплении в конституциях союзных республик. Так, Конституция ЗСФСР 1925 г.[733] специально говорила о ней. Статья 6 Основного закона предусматривала единое гражданство для всех республик, входящих в Федерацию. В то же время отмечалось, что граждане ЗСФСР «являются одновременно союзными гражданами». В ст. 6 Конституции Украины говорилось то же самое. Конституция РСФСР 1925 г. решала этот вопрос оригинально. В ней говорилось о равноправии граждан других союзных республик, прибывающих на территории РСФСР, равно как и трудящихся-иностранцев, с российскими гражданами (ст. 11), при этом о союзном гражданстве ничего не говорилось. Аналогично решался этот вопрос и в Конституции Туркмении 1927 г.
«Что касается чисто бытовых, национальных или культурных сторон жизни наших республик и областей, то в этом отношении им предоставляется достаточный простор, достаточно самостоятельности. Их суверенные права специально охраняются нашим Основным Законом, и свою культурную жизнь, свои особенности, свои бытовые условия они могут развивать у себя так, как это соответствует их экономическому и политическому состоянию, а также внутренним и внешним условиям жизни»[734].
К моменту подписания договора об образовании СССР все республики, первоначально вошедшие в состав Союза ССР, уже обладали своими собственными конституциями, в которых как раз и регламентировались вопросы общественного устройства, основных прав и обязанностей граждан, избирательной системе.
Конституция СССР 1924 г. в с. 5 предусматривала, что «союзные республики в соответствии с Конституцией Союза вносят изменения в свои конституции». Вторая Конституция РСФСР 1925 г.[735], послужившая образцом для разработки новых конституций других союзных республик, оставила систему прав и свобод неизменной.
Небезынтересно отметить следующее обстоятельство – исключение Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа из текста Конституции привело к тому, что права и свободы трудящихся оказались включенными в раздел 1 («Общие положения»), т. е. находились практически на первом месте.
Это был единственный период в истории развития института прав и свобод за время существования Советской власти: до принятия конституций 1930-х гг. Вместе с тем, необходимо иметь в виду, что произошло это едва ли не случайно, а не потому, что Советское государство поставило заботу о правах и свободах граждан во главу угла своей политики.
Оставляя без изменения открыто классовый характер Основного закона, Конституция РСФСР 1925 г. в то же время несколько смягчила формулировки норм о насилии, подавлении, уничтожении «паразитических» слоев общества. Вместе с исключением Декларации прав трудящегося и эксплуатируемого народа были изъяты положения о мировой революции и интересах всего человечества. Конституция 1925 г. стала юридически более строгой, без общих политических положений, присущих Конституции 1918 г.
Сохраняя в целом систему прав и свобод граждан РСФСР, новая Конституция внесла некоторые коррективы. Так, Конституция предоставила права граждан РСФСР всем проживающим на ее территории гражданам союзных республик (ст. 11).
В целях обеспечения реального действия принципа равноправия граждан независимо от расовой и национальной принадлежности Конституция РСФСР установила право свободного пользования родным языком на съездах, в суде, управлении и общественной жизни, а также право обучения представителям национальных меньшинств на родном языке в школе (ст. 13).
Не изменились и нормы избирательного права, составлявшие главу 6 раздела IV Конституции РСФСР 1925 г., по прежнему деливших граждан на полноправных, обладающих избирательными правами (ст. 68) и «лишенцев» (ст. 69), что сохраняло не всеобщее избирательное право. Сохранились и другие принципы избирательного права: выборы были не неравными и не прямыми.
Учитывая, что стратегический курс коммунистической партии оставался прежним: уничтожение эксплуатации человека человеком и построение бесклассового коммунистического общества, Советское государство продолжало ограничивать сохраняющиеся эксплуататорские слои населения в правах, поэтому все лица, которые использовали наемный труд, либо жили на проценты с капитала или доходы с предприятий, были лишены политических прав, не обладали даже правом голоса, не могли служить в Красной Армии.
На данном этапе развития Советского государства (вторая половина 1920-х – первая половина 1930-х гг.) статус советских граждан, различался в зависимости от того, в какой республике проживал гражданин, хотя и не существенно. Схожесть многих принципиальных положений первых конституций советских республик, вошедших первоначально в состав СССР, вполне объяснима одновременностью становления и однотипностью политической системы и
