отшвырнула Властителя Судеб на высокую спинку. Он судорожно вцепился в подлокотники, а Валькери, встав перед ним, уронила голову на грудь и сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. Девушка тяжело дышала — не от усталости, а от душившей её бессильной ярости, которую не было возможности выплеснуть на кого-либо.
— И чем ты думал, болван, когда убивал Люциуса Малфоя?! — нависая над братом, прошипела она, демонстрируя заметно увеличившиеся клыки. — Мне плевать, что он твой слуга! Он ещё и отец Драко, а тот, в свою очередь — мой муж! И Вольдерихар, Лорд, — Хаос его забери, — Серебряный Дракон! Ты хоть представляешь, что будет, когда он узнает о произошедшем?! Если ты вознамерился покончить жизнь самоубийством, можно было выбрать менее хлопотный и проблемный для всех вариант! Например, попросить меня!!
Выкрикнув последнюю фразу, Леди Дракула с силой ударила ладонями по подлокотникам трона, отступила на шаг назад, выпрямляясь, глубоко вдохнула, потёрла виски и продолжила уже гораздо спокойнее:
— Умеешь же ты оживить день, Том… — усталость и раздражение буквально изливались из её голоса. — Ты поставил под угрозу все мои планы, и теперь придется импровизировать на ходу, чтобы вывести из-под удара твою пустотелую головенку и чтобы Драко не сорвался в какое-нибудь совершенно не нужное мне безумство.
— А что я должен был с ним делать?! — сдерживавшийся до поры до времени Вольдеморт взорвался, как котёл с испорченным зельем. — Он оказался предателем!!! Малфой сам себя сдал! Он и Руквуд все это время шпионили для Аврората, и это именно они ответственны за все последние катастрофические поражения!
— Малфой — кто? Предатель? Работал на авроров? — Валькери изумленно уставилась на брата, приподняв четко очерченные брови. — Демоново семя, ты что несешь, Том?! Это полный бред! Как тебе такое в голову пришло?..
Выслушав рассказ о воплощенном в жизнь плане по выявлению «крота», Пэнтекуин тут же распорядилась вызвать Пакстона и прямо с порога, разом, вынула из его памяти интересующие ее сведения — сила Хара’сара позволяла хозяйке ещё и не такое. Отослав Упивающегося, который согласно ментальной установке, выйдя за двери, тут же забыл обо всем, что произошло в апартаментах Малфоя и по нынешний момент, она повернулась к Вольдеморту, приложив указательный палец к подбородку.
— Ну вот, уже кое-что… Этот твой контрразведчик и впрямь предан тебе, как пес, но он не сам додумался до подобной комбинации, ему ее подсказали. Даже больше — практически навели на Люциуса, как наводят гончих на свежий след. И сделал это некто Ричард Мальсибер.
— Мальсибер?! Но он же один из самых верных мне людей и…
— Малфой-старший тоже вроде как б_ы_л одним из самых верных тебе людей, — язвительно перебила его Валькери. — И теперь вопрос только в том, кто из них был тебе более верен?
Вольдеморт мановением волшебной палочки распахнул тяжелые двери, и подкрепленный «Сонорусом» голос прогрохотал по Тайной Комнате и ведущей от нее анфиладе:
— Возьмите людей и приведите сюда Мальсибера! Быстро!
В ответ раздался лишь шорох ног — невидимые слуги, не медля ни секунды, кинулись исполнять приказ. Однако Мальсибера ни Реддль, ни Пэнтекуин так и не увидели.
Через какое-то время подземелья древнего замка слегка тряхнуло, и вскоре в Тайную Комнату вбежал, тяжело дыша и отдуваясь, запыхавшийся Питер Петтигрю. Прихвостень, сбиваясь и заикаясь на каждом третьем слове, сообщил, что Мальсибер, увидав прибывшую по его душу делегацию, не стал дожидаться, когда его возьмут под белы руки. Он сразу атаковал не ожидавших такой прыти соратников, швырнув заклинание, убившее и покалечившее большую часть «группы захвата» и попутно разворотившее всю стену его комнаты и часть коридора. А затем попросту исчез, вероятно, задействовав припасенный на случай спешного бегства портшлюз.
— Какой еще портшлюз?!! — взревел Вольдеморт, и скорчившийся Петтигрю затрясся, как осиновый лист. — Я с самого начала наложил свой запрет на любые перемещения из Хогвартса! Портшлюзы здесь не работают! Что тут вообще творится?! Пшел вон!!!
И Хвост с великой радостью испарился.
— Ну что, братец, поздравляю, — коротко и сухо рассмеялась Пэнтекуин, демонстративно скрещивая руки на груди. — Похоже, тебя… даже не знаю, как бы помягче выразиться… поимели. Организовав просто классическую, я бы сказала, эталонную подставу. И, как мне кажется…
Долгий, дикий крик, полный неистовой злобы заметался под сводчатыми арками Тайной Комнаты. Живых в ней было всего двое, и Вольдеморт дал выход душившей его ярости, шипя на серпентарго несусветные проклятия и разнося все вокруг — стены, колонны, ряды змеиных морд — все, на что падал его пылающий взгляд.
Наконец он остановился, стремительным шагом приблизился к сестре, наблюдавшей за ним с каким-то научным интересом, и, наклонившись, крепко взял ее за плечи.
— Скажи мне, Кери, что происходит?!! Что случилось с этим проклятым островом?! Англия уже фактически была моей, Дамблдор пал, превратившись в разбитого, немощного старика, а жалкие, третьесортные колдунишки, за исключением кучки упертых фанатиков, тряслись от страха и разбегались при одном только виде моих слуг! В этой стране, да и во всей Европе, я не знаю ни одного мага, способного хотя бы потенциально приблизится к моему уровню!
