оттуда наших самых подготовленных людей, соберу группы коммандос, рядом с которыми освободители заложников в Энтеббе – это детский сад,[50] подтяну отряды мстителей из Европы – и тогда у нас будет лишь один шанс из десяти подобраться к нему.
– Как именно вы бы попытались это сделать? – спросил Сол.
Коэн молчал несколько минут.
– Гипотетически, – наконец промолвил он, – я бы дождался того момента, когда он окажется в зависимости от чьей-то чужой охраны, например президента, и тогда попытался бы… О господи, Сол, это все пустые разговоры. Где вы были тридцатого марта?
– В Кесарии, – ответил Ласки. – И тому есть масса свидетелей. Что бы вы еще попробовали?
Коэн покусал губы.
– Барент постоянно совершает перелеты, а это всегда увеличивает уязвимость. Охрана на земле, естественно, не даст установить взрывчатку на борту, но остается перехват или ракеты «земля – воздух». Если вы заранее сможете узнать, куда направляется самолет, когда и как определить его местонахождение в нужный момент…
– Вы можете это сделать? – спросил Сол.
– Да, – съязвил Коэн, – если все ресурсы военно-воздушных сил Израиля объединить с электронным обеспечением разведок, воспользоваться американским спутником и системами противоядерной защиты, а также если мистер Барент окажет нам любезность и будет совершать полет над Средиземным морем или Южной Европой по заранее утвержденному расписанию.
– У него есть яхта, – не унимался Сол.
– С корпусом длиной двести шестнадцать футов, «Антуанетта». Она куплена им двенадцать лет назад за шестьдесят девять миллионов долларов у одного покойного греческого судового магната, больше известного в качестве второго мужа некой американской вдовы, чей первый супруг оказался на слишком близком расстоянии от хорошо настроенной оптической винтовки, которую держал в руках бывший морской пехотинец.[51] – Коэн перевел дух. – На борту яхты Барента столько же охраны, как и на любом из его островов. Никто никогда не знает, куда она направляется и в какой именно момент он будет на борту. На ней имеются две посадочные площадки для вертолетов, она снабжена катерами, которые занимаются разведывательной деятельностью, если поблизости оказываются какие-нибудь суда. Не исключено, что яхту можно торпедировать, хотя я сомневаюсь в этом. Она маневренна, оснащена радарами и системами контроля более совершенными, чем современные эсминцы.
– Итак, наша гипотетическая дискуссия подошла к своему концу, – произнес Сол, и по его тону Натали поняла, что все рассказанное Джеком уже было ему известно.
– Здесь мы остановимся. – Коэн свернул на боковую дорогу.
На указателе значилось «Сан-Хуан-Капистрано». Они притормозили у заправочной станции, и Коэн расплатился своей кредиткой. Натали, продолжая бороться со сном, вышла из машины и размяла ноги. Стало прохладнее, ей показалось, что где-то неподалеку плещутся волны и пахнет морем. Она подошла к Джеку, который наливал себе кофе из автомата.
– Вы проснулись, – улыбнулся он. – Добро пожаловать обратно в нашу реальность.
– А я и не спала… почти, – откликнулась Натали.
Коэн сделал глоток и поморщился. Кофе был отвратительным.
– Странный разговор. Вы в курсе планов Сола?
– Да, мы вместе их составляли.
– И вы знаете, что находится в фургоне?
– Если это то, что было в нашем списке, то да. – Они направилась обратно к машине.
– Ну что ж, надеюсь, вы отдаете себе отчет в своих действиях, – пробормотал моссадовец.
– Нет, – улыбнулась Натали, – но мы очень благодарны вам за помощь, Джек.
– Еще бы. – Коэн открыл для нее дверцу машины. – Если только благодаря моей помощи вы не ускорите собственный конец.
Они проехали еще восемь миль по автостраде, удаляясь от побережья, свернули к северу через низкорослый лес и наконец остановились у фермерского дома.
– Это ранчо наши люди с Западного побережья использовали как укрытие, – пояснил Коэн. – В последний год в нем не было никакой необходимости, но здесь поддерживался порядок. Местные власти считают, что это летний дом, принадлежащий чете молодых профессоров с Анахеймских холмов.
Дом был двухэтажным, на втором этаже располагались спальни, заставленные дешевыми кроватями. В трех спальнях могли ночевать по меньшей мере с дюжину человек. Застекленная дверь внизу вела в небольшую гостиную с диванами и низким журнальным столиком.
– Это все было устроено как-то летом, когда тут велись долгие допросы одного члена организации «Черный сентябрь», который принимал нас за ЦРУ. Мы помогали ему скрываться от страшного и ужасного Моссада, пока он не рассказал нам все, что знал. Думаю, эта комната вполне подойдет для вас.
– Как нельзя лучше, – согласился Сол. – Мы сэкономим здесь несколько недель на подготовку.
– Хотел бы я остаться с вами ради интереса, – усмехнулся Коэн.
