Тот сорвался с места, и вскоре одна из пушек выстрелила. Лоет потер руки. Шхуна начала разворачиваться в сторону тарванских военных кораблей, также привлекая их внимание выстрелом. Бригантина начала замедлять ход, и «Счастливчик» нагнал ее, зашел с правого борта, и капитан скомандовал:
— Залп!
Бриг содрогнулся, откинувшись на правый борт, и Альен крепче ухватился за снасти, кашлянув от порохового дыма. Он услышал, как затрещало дерево, как огрызнулась «Заря», и «Счастливчик» вновь содрогнулся под матерую брань капитана Лоета. Бриг вырвался вперед, закладывая на правый борт. Дым рассеялся, и Альен увидел суету на «Красной заре», а через мгновение понял и причину суеты: правый борт украшали две пробоины. Остальные повреждения не казались столь значительными.
Молодой человек посмотрел на Вэя. Одноглазый капитан скалился, показывая бригантине неприличные жесты.
— Чтоб тебя вздернули, Ржавый, — напоследок в сердцах пожелал Лоет и повернулся к тому, кого называл Даэлем: — Что там у нас?
— Снесли верхнюю часть левого борта, — весело ответил тот. — Задели корму, но мы, в отличие от «Зари», можем уйти.
— Еще бы, — криво усмехнулся Вэйлр. — Все как в старые добрые времена: сделал гадость, успел дать деру. Курс на Лаифу, будем лечиться.
— Лаифа? — хмурый господин Ардо вопросительно взглянул на Лоета, Альен также поднял на капитана изумленный взгляд.
— Это ближайшая гавань, — ответил Вэй. — Только егозу мою надо будет привязать… Кстати, где она? Почему я еще ни разу не наорал на нее?
— Странные у вас развлечения, — усмехнулся Альен. — Мадемуазель Лоет сидит в каюте и ждет, когда она сможет подняться на палубу. Думаю, ее уже можно позвать.
— Сидит? — округлил глаза мужчина приятной наружности, судя по одежде — матрос.
— Ждет? — недоверчиво спросил господин Ардо.
— Моя Тина?! — воскликнул Лоет.
Альен пожал плечами и направился в сторону каюты, слыша, как за спиной раздается задумчивое:
— Может, ее опоили? — Литин усмехнулся и покачал головой.
Вэйлр проводил взглядом удаляющегося молодого человека, передернул плечами и направился следом. У него было много вопросов, и откладывать их капитан Лоет не желал. Он догнал Альена возле каюты, в которую тот уже собирался войти. Вэй придержал дверь, не давая ей закрыться, и вошел следом. Его дочь действительно сидела на койке, скрестив руки на груди и задрав нос. Она заносчиво посмотрела на Литина, но при виде отца сникла, уже предвидя выволочку.
Однако Лоет уселся на стул, скрестил руки на груди и вытянул ноги. Альен Литин перевел взгляд с отца на дочь, отметив схожесть в их позах, в их лицах и в поведении. Сохраняя на лице невозмутимость, молодой человек присел на угол стола, уцепился пальцами за его край и остановил взгляд на одноглазом мужчине.
— Прежде чем вы начнете выражать свое негодование, — заговорил Альен, — я хотел бы заметить, что за время сражения ничего не изменилось. Мадемуазель Адамантина по-прежнему под моей защитой. К сожалению, «Алиани» теперь вне нашей досягаемости, и договор проверить не предоставляется возможным. Вам придется поверить мне на слово. Мадемуазель Лоет была принята ко мне на службу и в целях безопасности взяла имя Эмил Мулер по прозвищу Сверчок. Все это оговорено и подписано тремя сторонами.
— И кем же служит у вас моя дочь? — насмешливо спросил Лоет.
— Секретарем, — вновь соврал Литин, а Тина примерила на себя новое назначение. — К чему я вновь заговорил об этом? Как человек, несущий ответственность за вашу дочь, я прошу вас не орать на нее и тем более не применять к Адамантине физической силы.
— И что будет, если я вас не услышу, любезный господин Литин? — заинтересовался Вэйлр.
Это была самая неприятная часть для молодого человека. Угрожать силой глупо, помехой делам компании «Вэйлада» — низко. И все же фраза «меня пороли» не давала Альену покоя. А то, что дочь могла попасть под горячую руку отца, он даже не сомневался, понаблюдав за обоими родственниками.
— Во-первых, мне придется ограничить ваше общение с моей подопечной, во-вторых, мы покинем ваш корабль при первой же возможности, — заговорил Литин. — А в-третьих…
Лоет, уже готовый с негодованием вопросить: «Так я, по-твоему, жестокий тиран?», подавил приступ гнева и с мрачным интересом ждал продолжения. Альен продолжил:
— А в-третьих, чтобы освободить дочь из-под власти отца, я женюсь на ней.
— Что?! — дочь и отец вскочили со своих мест.
— Женюсь, — повторил Альен.
— Через мой труп! — ударил кулаком по столу Вэйлр.
— Я не хочу замуж! Пока не хочу, — поддержала отца Тина.
— Тогда сядьте и успокойтесь, — сухо велел Альен. — Раз мы выяснили, что для вас самое страшное, значит, об остальном можем поговорить уже спокойно. Сели! — неожиданно гаркнул он, и Тина первая упала обратно на койку, глядя на своего нанимателя со священным ужасом.
