какой вы член-корреспондент, но как идиот вы безупречны! Из-за вас пропали, а вполне возможно, и погибли люди. Здесь десять человек свидетелей того, как вы оскорбили начальника экспедиции! И президент об этом обязательно узнает! Так что мой вам совет – уезжайте! Сегодня же! Второе приближение к Динло может закончиться для вас плачевно.
– Вы мне… угрожаете?! – надменно вскинул голову Фурсенко.
– Понимайте как хотите.
– Пойдёмте, Ефим Остапович, – повернулся Фурсенко к Чепесюку. – Я это дело так не оставлю.
Оба направились к выходу. На пороге вспотевший Чепесюк оглянулся, язвительно скривил губы:
– Вы ещё попляшете!
Дверь закрылась.
Кружилин виновато посмотрел на Волконскую:
– Извините, Ефросинья Павловна, не сдержался.
– Заварили вы кашу, капитан, – поморщился Венгер. – Григорий Максимович человек мстительный, он наверняка пожалуется президенту.
– Пусть жалуется, – сказал Назар. – Мы тоже не бессловесные твари, я позвоню своему начальству, расскажу, как всё было на самом деле. Поговорим лучше о другом. Разрешите, Ефросинья Павловна?
В глазах Волконской засветилась благодарность. Она оценила готовность Хромова взять ответственность за случившееся на себя и почувствовала облегчение.
– Слушаю вас, майор.
– Мой брат жив, хотя и не может покинуть Динло по каким-то причинам. Я контактировал с ним дважды.
По комнате прошло движение, стало тихо.
– Вы шутите? – недоверчиво спросил военный эксперт.
– Ну, может быть, контактом назвать инциденты с выкидышами в полном смысле слова нельзя, однако после вчерашнего происшествия с «яйцом» я понял, что Леон ждёт меня внутри Динло. Первый раз он смог передать нечто вроде приглашения посредством выкидыша в форме летучей мыши необычной формы. Константин Филатович подтвердит.
Лица присутствующих обратились к Венгеру.
Физик неохотно кивнул.
– Я первым заметил эту, так сказать, птичку. Есть запись, как она вылетает из тела реликта и подлетает к лесу.
– Мы с лейтенантом догнали птичку на квадроцикле, и она прокаркала по-русски: привет, братан… я не могу выбраться… заходи сам, пообщаемся.
– Да ладно, – с прежним недоверием проговорил Гиличевский.
Назар не стал вступать с ним в перепалку.
– А когда мы с Ефросиньей Павловной пытались выручить проглоченного «яйцом» секретаря Фурсенко, я услышал своё имя – «Назар». То есть я уверен, что и «яйцо» послал Леонтий. Он меня увидел и позвал. К сожалению, господин советник велел уничтожить почтальона, и уточнить гипотезу мы не сможем. Кстати, не понимаю, почему его послушался командир авиаотряда. Все службы в районе падения «дикого НЛО» должны подчиняться приказам только начальника экспедиции.
Командир воинской группировки поморщился.
– Прошу прощения, моя недоработка. Надо было донести до всех взаимодействующих подразделений их императивы и уточнить инстанции, кому они подчиняются в первую очередь.
– В первую очередь вам, а вы – начальнику экспедиции.
– Так точно. Майор Хасбулатов будет наказан.
– Не надо никого наказывать, просто замените, – сказала Фрося.
– Как прикажете.
Волконская повернула голову к Назару:
– Майор, что вы предлагаете?
– Надо проникнуть внутрь Динло. Только там мы получим ответы на все наши вопросы.
– Но это всё равно что лезть в пасть тигру! – воскликнул Вяхирев, терзая седую бороду.
– Мы с Ефросиньей Павловной уже были внутри и выжили. Я давно ищу безопасные проходы к Динло и, кажется, нашёл. Правее цепочки золотых сталагмитов есть небольшая расщелина между горными стенами, она не простреливается иномерниками, и как раз по ней вернулся в тело пришельца выкидыш – «летучая мышь».
В домике началось оживление, заговорили сразу несколько человек.
– И вы хотите через эту расщелину проникнуть внутрь объекта? – хмыкнул Гиличевский.
