– Секунду, полковник, – ответили ему. – С вами будет говорить министр обороны.
У Арлазорова чуть не вырвалось неприличное слово, не имеющее отношения к министру, но он сдержался.
– Полковник, слушайте приказ! – раздался в наушнике характерный суховатый баритон Андреева. – Боевая тревога! Не учебная! Всех бойцов – на периметр! «Вертушки» посадить, если они на барражировании! По команде «чёрный шум» включить РЭБ «Красуха»! Как поняли?
Секунду Арлазоров приходил в себя от неожиданности, потом ответил лязгающим голосом:
– Есть боевая тревога! По команде ЧШ включить РЭБ!
Видимо, Андреев понял состояние командира группировки, так как он продолжил ворчливо:
– К нам летит армада беспилотников, запущенная флотом Соединённых Штатов. С разрешения Совбеза ООН. Возможны провокации. Время подлёта – час или около того.
– Они… сдурели?!
– Время пошло, полковник. Ждите сигнала! – Наушник замолчал.
Оператор связи застыл с открытым ртом: он слышал приказ министра.
– Товарищ полковник…
Арлазоров очнулся.
– Боевая тревога! «Вертушки» и беспилотники – кроме пары над НЛО – немедленно вернуть на финиш!
Над военным городком завопила сирена…
Тучи сгустились, заморосил дождик, и узкая полоска берега на западе, в трёх километрах от эсминца «Грозный», растворилась в серой пелене.
Адмирал Уханов, командующий группировкой кораблей Дальневосточного военно-морского флота России, собранной у побережья в районе посёлка Алдома, поёжился и поднялся в боевую рубку эсминца. Его сопровождали капитан корабля Волин, старший помощник Дерюгин и адъютант Уханова лейтенант Буряк.
Пятидесятилетний адмирал был заместителем командующего Дальневосточным флотом, поэтому к нему относились с соответствующим пиететом, тем более что он успел проявить себя как хороший флотоводец, успешно разрешив конфликт флотов – российского и турецкого – в Средиземном море.
Эсминец «Грозный» был спущен на воду всего полгода назад и представлял собой корабль пятого поколения, превосходивший по всем параметрам американские миноносцы класса «Арли Бёрк» и даже знаменитый на весь мир своей дороговизной «Замволт».
Особая геометричность корпуса корабля и его пристроек: с виду он напоминал хорошо упакованный контейнеровоз футуристических обводов, а также особое покрытие, поглощающее электромагнитное излучение, – позволяли эсминцу оставаться практически незаметным для локаторов противника и решать боевые задачи как в ближней, морской, так и в дальней океанской зоне.
«Грозный» имел на борту РЛС с активной фазированной решёткой, четыре пусковых контейнера для ракет «Калибр», «Оникс» и «Циркон», два комплекса ЗРК С-500 в корабельном исполнении, две пусковые установки ЗРК «Редут», два боевых модуля ЗРК ближней воздушной зоны «Панцирь-К», две артиллерийские установки А-192 калибра 130 миллиметров и два шеститрубных торпедных аппарата СМ 588 и «Пакет-НК» калибра 324 миллиметра. Они могли в залпе выпустить сразу двенадцать новейших торпед четвёртого поколения «Физик», которые по принципу модульности могли быть заменены недавно поступившими на вооружение торпедами пятого поколения «Ломонос», способными развивать скорость до шестидесяти миль в час и самостоятельно выбирать и уничтожать цели.
Кроме того, в спецангаре эсминца базировались два палубных вертолёта Ка-32, оснащённые аппаратурой для поиска подводных лодок противника.
Разумеется, Уханов, знавший возможности корабля не понаслышке, с удовольствием избрал его в качестве центра управления флотилией в Охотском море. Правда, настроение у адмирала было минорным. Он прекрасно знал обстановку в регионе и не ждал радостных событий.
Распахнув парку, Уханов прошёлся по централи управления эсминцем, заполненной тихим шелестом электронной жизни аппаратуры и голосами офицеров и матросов, подсел к монитору системы координации флотилией. Вывел на экран схему расположения группировки у Мальминских островов, критически прикинул порядок построения и остался доволен слаженностью действий экипажей всех судов. При таком построении, когда малые ракетные корабли прикрывают большие, а большие стерегут стратегически важные подходы к берегам, шансов у потенциального противника скрытно приблизиться и нанести удар не было.
Однако субмарина США «Форт Нокс» всё же смогла пробраться в воды Охотского моря, и это обстоятельство мучило Уханова как зубная боль. К тому же, судя по обстановке в обществе вокруг посадки «дикого НЛО» в предгорьях Джугджура, ООН не обратило внимания на вето России и Китая считать Динло «угрозой человечеству», и американцы вполне могли пойти на конфликт, поддерживаемые хором ненавистников России в Европе и во всём мире.
– Чаю, Владимир Петрович? – подошёл капитан эсминца; он был молод, энергичен и улыбчив, а главное – никогда не терял веру в разрешимость любых жизненных ситуаций, за это его уважал весь экипаж.
– Да, пожалуй, – согласился Уханов, отрывая взгляд от развернувшейся на экране морской акватории серо-свинцового цвета.
К ним подбежал светловолосый и светлоглазый старпом:
