— Артам? — позвал он. — Какое слово надо сказать?
— Какое слово? — как эхо повторил напарник.
— Чтобы обучиться читать. Вот какое, — проворчал Артем. Он никак не мог привыкнуть к тому, что из его собрата по несчастью все надо тянуть клещами.
— Верди логус, — услышал он. И изумленно подумал: «Латынь, что ли?» — Это что за язык?
— Древний. Его еще называют мертвым языком, потому что на нем никто уже не разговаривает. Говорят, это язык древних великих магов, — ответил Артам.
— Сплети эту фигуру и произнеси: «Верди логус», — перейдя на шепот, попросил он Чучело.
Та спокойно повторила движение пальцами и произнесла:
— Верди логус.
— Теперь попробуй прочитать, что написано, — передал ей Артем книгу.
Чучело взяла книгу и прочитала надпись на обложке:
— «Учебник магической практики для младших школ».
— Получилось! — восторженно закричал Артем.
— Что получилось? — удивленно спросила та, недоуменно глядя на него.
— Как что? — воодушевленно заговорил Артем, чувствуя необыкновенный душевный подъем. Он только что соприкоснулся с проявлением магии. — Заклинание сработало! Ты только что научилась читать! — Он даже вскочил, забегав по комнате, потрясая руками. Забыв, где он находится, быстро заговорил: — Чудо! Я только что видел чудо!
— Читать я умею с десяти весен. Меня риньера учила, — спокойно ответила девочка, не разделяя его радости.
— Да! — скептически сказала тифлинг. — Видимо, я поторопилась высказать суждение о твоем подопечном. Он по меньшей мере странный. Он что думал? Скрутит кто-нибудь дулю пальцами, скажет «чуки-буки» — и раз, жареный гусь на тарелочке появится? Как можно быть таким глупым? — всплеснула она руками. — Баска не владеет человеческой магией.
— Ты слишком строга к нему. У нас, на Земле, магии нет. Немудрено, что он ошибся. Давай посмотрим, что он дальше делать будет, — вступился за подопечного рассудительный ангел.
Артем как поднял руки, так и застыл в такой позе «просящего милости у небес». Его глаза, казалось, сейчас вылезут из орбит. А на лице было такое удивленно-глупое выражение, что Чучело не выдержала и расхохоталась во весь голос. Она смеялась до упаду, схватившись руками за живот. Из ее глаз текли слезы, и в конце концов она заохала, не в силах остановиться:
— Ох. Ох. У меня сейчас лопнет живот. Ну насмешил. Чудо он увидел… — и вновь принялась хохотать.
Артем стоял сильно обескураженный, руки он уже опустил и смотрел на угорающую от смеха девочку.
— Я тебя сейчас превращу в паука, — устав ждать, когда она насмеется, прошипел он и прищурился.
Теперь баска вытаращилась на него, и ее смех мгновенно улетучился.
— Не надо в паука, ваша милость. Они противные.
Артем, сдерживая собственный смех, сел на кровать, но в конце концов не выдержал и тоже расхохотался. В этот вечер они посмеялись от души, и в хорошем настроении землянин первый раз в новом мире лег спать.
Сбивая тюфяк у изголовья, он сам себе пожаловался:
— Ну что за судьба у меня такая непутевая. Что бы я ни делал, все равно выходит шиворот-навыворот.
«Арингилу, наверное, хорошо, — подумал он, — у него напарник — девочка с рожками, и шустрая, с ней не заскучаешь, а у меня — овощ сонный».
— Как он вообще жил? — произнес Артем вслух последний вопрос и, зевая во весь рот, сразу уснул.
Ночью ему снился сон. Он сидел рядом с молодым парнем в белом халате и симпатичной девчонкой с небольшими рожками, выглядывающими из-под черных волос, забранных в хвост. Они рассматривали его с явным интересом. Он же, смущаясь от такого пристального внимания, смотрел на стол, кося глазами то в одну, то в другую сторону. Молчание затягивалось. Парочка не спешила начинать разговор, а он не знал, что он тут делает.
«Где я вновь оказался?» — размышлял Артем, краем глаза изучая обстановку. Очень походило на то, что он в кабинете врача. Вон и санитар сидит. Только врач почему-то с рогами. А может, это и не врач, а просто видение? Говорят, если кто видит чертей, он либо спился до чертиков, либо свихнулся. Я непьющий, значит, тронулся умом. И мне привиделось, что я в одном теле с другим человеком. Что видел ящерицу говорящую, которая еще и плюется. Это галлюцинации. Все, Рахвалов, ты приплыл. Плыл, плыл и выплыл в дурдоме.
Он поднял голову и, в душе плюнув на все, весело сказал:
— Верди логус, други. Перпетуум мобиле. Шерше ля фам.
— Он на каком языке говорит? — Девушка с рогами посмотрела на парня в больничном халате.
Тот недоуменно пожал плечами и ответил.
— Что-то на русском, что-то на французском, что-то на латинском. А что-то на вашем древнем языке.
— Он так много языков знает? — удивилась рогатая.
Они говорили о нем, словно не замечая его присутствия.
— Нет, просто придуряется, — ответил санитар. — Артем, ты нормально разговаривать будешь? — обратился он к парню. — Нам надо поговорить и определиться, как жить дальше.
— А что, я настолько плох, что для разговора ко мне послали санитара, а не врача? — неожиданно для обоих спросил землянин. — Ты хоть медицинское образование имеешь?
— Нет, не имею, — сильно удивился санитар и в ответ спросил: — А зачем оно мне?
— И в самом деле, зачем санитару в психушке медицинское образование? — согласился Артем. — Ты вон черта видишь? — кивнул он на девушку, сидящую сейчас молча и слушающую их разговор.
Санитар глянул мимо нее и ответил:
— Нет, не вижу. А разве здесь они тоже есть?
— Ну, раз я вижу, значит, они везде есть, — печально ответил Артем.
— Хватит болтать, — не выдержала чертовка, — давайте говорить по существу.
— А чего с тобой разговаривать? — ответил Артем. — Он тебя не видит, — и кивнул в сторону парня в белом халате. — Так что сгинь, нечистая сила!
Но нечистая сила не пропала, только скривилась.
— Он не бредит случаем?
— Не знаю. Может, стресс у него после всего, что случилось?
