— Эндрю, я готовлю…
— Никаких возражений, Джейми. Пойдем на концерт в Ирландский зал — выступает группа минстрел-шоу «Кроличья лапка», прямо из Филадельфии. И знаешь, кто солист? — Эндрю захлопал в ладоши. — Не кто иной, как мой ниггер, Кассиус!
— Эндрю, у меня гости…
— Ради старого доброго времени, Джейми.
У Джейми на глаза навернулись слезы:
— Накануне оглашения приговора… Эндрю, ты сошел с ума?
Раванель усмехнулся.
— Ну да, Джейми, ты же знаешь, что я безумец.
Ветеран с деревянной ногой, продававший билеты, щелкнул пальцами, привлекая внимание.
— Полковник Раванель, рад вас видеть, сэр. Эти парни устраивают грандиозное представление. Разочарованы не будете.
— Где вы потеряли ногу?
Ветеран похлопал по деревянной ноге, как солдат — по прикладу.
— Под Шарпсбергом[165], полковник. Сейчас позову управляющего. Вы с мистером…
— Мой разведчик, Джейми Фишер.
Когда Эндрю вытащил деньги, ветеран отказался их брать. Подошел управляющий, извиняясь, что публика не так изысканна, как привык Эндрю, и проводил их с Джейми на лучшие места. Сидевшие там принялись было возмущаться, но как только им сообщили, для кого предназначены кресла, один мужчина отдал честь, а остальные сняли шляпы со словами:
— Храни вас Бог, сэр!
— Вы показали янки пару приемчиков. Еще бы десять таких, как вы, и, ей-богу, мы бы победили.
На этой фразе публика разразилась мятежными возгласами. Управляющий отгородил их кресла веревкой. Сидевшие рядом наперебой предлагали свои фляжки, сигары, табак. Эндрю не отрывал взгляда от занавеса, на котором нимфы забавлялись с херувимами.
Публика подобралась неотесанная. Среди женщин преобладали содержательницы публичных домов и проститутки. На последних рядах сидела горстка федералов.
Тот давний патриотический бал, когда Эндрю впервые попытался соблазнить Розмари Батлергосподи, какая же она была долговязая, но свеженькая и резвая, как новорожденный жеребенок! — тот бал проходил здесь. Интересно, а на полу еще нарисован орел, погребенный теперь под слоями грязи, плевков и растоптанных окурков?
У Розмари не осталось ни малейшего сходства с той длинноногой девчонкой, которая была им очарована.
— Не нервничай, Джейми, нас здесь все любят.
За раскрашенным занавесом послышалось шуршание, потом забренчало банджо. Эндрю толкнул локтем Джейми: должно быть, Кассиус.
Занавес открылся, на сцене полукругом стояли пустые стулья. Пока за кулисами на банджо наигрывали «Старый Дэн Такер», белые мужчины с вымазанными ваксой лицами важно прошли каждый к своему стулу и застыли как статуи, уставившись в зал. Тамбо и Кость заняли крайние стулья, а кресло посреди сцены предназначалось для Рассказчика.
Позвякивая тамбурином, Тамбо уселся. Вошел Рассказчик, поклонился и застыл в полупоклоне. В таком же гриме, как и белые актеры, через сцену неторопливо прошествовал Кассиус, ухмыляясь и корча рожи. Дойдя до стула мистера Кости, он тоже застыл.
Рассказчик наконец разогнулся и прошел мимо товарищей, изображая изумление, словно никого раньше из них не видел. Он тыкал в них пальцем, как ребенок, которого отпустили гулять по музею восковых фигур.
Рассказчик: Джентльмены, прошу садиться.
Тамбурин Тамбо и банджо Кассиуса обменялись перекрестными фразами.
Кость: От музыки я становлюсь таким счастливым!
Тамбо: Ну, больше тебе уж веселиться не придется. Ты будешь служить в Седьмом кавалерийском полку, а я буду тебя учить. Я первоклассный военный наставник. Просто укротитель львов.
Кость: Ты укротитель львов?
Тамбо: Именно. И рука у меня нелегкая.
Кость: Да ты просто жулик.
Тамбо: А твой папаша служил?
Кость: Да, сэр, воевал при Булл-Ране. Один из тех янки, которые оттуда драпали.
Эти слова приветствовало улюлюканье мятежников.
Затем Тамбо с Костью перебросились еще несколькими шутками под аккомпанемент банджо с тамбурином и спели сентиментальные баллады. Минут сорок публика распевала знакомые песни и выкрикивала концовки старых шуток.
Кость: Могу прочитать наизусть стишок.
Рассказчик: Ну давай, читай.
Кость:
У Мэри был барашек, Его отец прирезал. И ходит в школу он за ней Меж двух кусочков хлеба.Рассказчик: Мистер Кость, ты лучше играешь на банджо, чем сочиняешь стихи.
После этого Кассиус играл без перерыва двадцать минут. Публика то впадала в патриотический восторг, то обливалась слезами. При звуках танцевальных мелодий зрители принимались плясать в проходах.
После финального аккорда Кассиус вновь застыл, заскрипели стулья, раздались покашливания. Рассказчик объявил:
— Капрал Кассиус, гордость «Кроличьей лапки», лучший музыкант Севера и Юга. Кассиус — ветеран Конфедерации.
Когда вновь поднялся одобряющий крик, янки выскользнули из зала.
Посмеиваясь, Эндрю сказал Джейми:
— Ниггер притворяется белым, который притворяется черным. Не странно ли?
Под конец музыканты ходили по залу, напевая зажигательные мелодии, пока на сцену не выскочил управляющий.
— Леди и джентльмены, прошу внимания! Сегодня нас почтил своим присутствием герой — полковник Эндрю Раванель, Теннессийский Поджигатель, Каролинский Ягуар, гроза Белых рыцарей… — Он замотал головой. — Не продолжаю. А то мне не поздоровится!
Смех и аплодисменты. Несмотря на протесты Джейми, их с Эндрю вытолкнули на сцену, и группа музыкантов еще раз прошлась по залу под звуки банджо, на котором Кассиус наигрывал «Дикси». Актеры и зрители распевали песню, пока управляющий не закрыл занавес.
Когда он вновь открылся, чтобы музыканты вышли на поклон, Эндрю и Джейми стояли на переднем крае сцены, привлекая всеобщее внимание. Группу вызывали четыре раза, пока Рассказчик не велел уходить, после чего похлопал Эндрю по спине, будто он был одним из его музыкантов. Некоторые ушли со сцены, остальные пустили по кругу фляжку. Кассиус, положив банджо на стул, присел на пол и вытянул ноги.
— Полковник, капитан! Давненько не встречались!
Эндрю усмехнулся:
— Когда я последний раз тебя видел, ты карабкался по берегу Огайо, будто за тобой гналась целая свора гончих ада.
— Да, немудрено. Янки убивали всех подряд! — Он помотал головой. — Эх, было времечко!.. Я сейчас в Филадельфии. У меня жена и две малышки.
— В Филадельфии? Не скучаешь по Низинам?
Кассиус чуть улыбнулся.
— Наша «Кроличья лапка» разъезжает повсюду — Бостон, Буффало, по всей стране. — Он вскинул голову. — А вы как поживаете, мистер Джейми? Нашли себе жену?
Джейми скорчил кислую мину:
— Да нет, пока не встретил такую, которая бы меня вытерпела.
У Эндрю вдруг вспыхнули глаза.
— Ты же теперь актер? Бьюсь об заклад, что у тебя куча денег. А помнишь, как я пытался тебя купить, а надзиратель Лэнгстона Батлера меня опозорил?
— Я помню, как меня продавали, полковник Эндрю. Такое не забывается.
— Эндрю, — сказал Джейми, — мне нужно возвращаться в гостиницу. Придешь к ужину?
— А этого парня пригласишь? Не такая уж большая разница между ним и проклятыми янки. У него есть деньги. Он сможет заплатить.
— Конечно, — начал подниматься Кассиус, — только вот смою с себя грим ниггера…
