Полковник, седой представительный мужчина, выглядел очень испуганным. Он выдавил короткий смешок, пытаясь скрыть свою слабость.
Блоху понравился его смех.
— Эй, парень, ты меня слышишь?
— Нет.
На этот раз полковник рассмеялся громче.
— Ты понимаешь, что с тобой случилось?
— Нет, — ответил Блох.
Но это тоже было неправдой.
Солдаты столпились вокруг палатки, заряжая оружие и обсуждая, куда лучше стрелять.
Физик, потрясенный и довольный одновременно, показал пальцем на Блоха и заявил:
— Видите, я был прав. Это заражение.
— Как оно могло произойти? — спросил полковник.
— Думаю, это случилось, когда он помогал перевозить инопланетянина, — ответил физик.
Блох медленно поднял руку. Трубка капельницы вросла в нее. Локоть все еще оставался локтем, только больше не болел, а царапины на бицепсе превратились в рисунок на коже.
— Не шевелись! — снова крикнул злобный солдат.
Мама поднялась на ноги и протянула руку к Блоху.
— Не стоит приближаться к нему, — посоветовала медсестра.
— Осторожней, я горячий, — сказал Блох.
Но она не послушалась, дотронулась до его новой руки и обожгла подушечки пальцев.
Мистер Райтли шагнул вперед. Забытые очки еле держались на кончике его маленького мокрого носа.
— Это и в самом деле ты?
— Может быть, — отозвался он. — А может, и нет.
— Как ты себя чувствуешь, Блох?
Он внимательно изучил свою новую руку новыми замечательными глазами.
— Отлично.
— Тебе страшно?
— Нет.
Полковник шепотом что–то приказал лейтенанту.
Лейтенант и один из штатских надели кожаные перчатки, подошли к учителю и взяли его под локти.
— Это еще что такое? — спросил мистер Райтли.
— Мы вынуждены взять вас под наблюдение, — объяснил полковник. — Из простой предосторожности.
— Бред какой–то! — возмутился мистер Райтли, вырываясь.
Штатский решил, что ситуация требует небольшого хирургического вмешательства: один удар по почкам — и новый пациент оказался на полу.
Лейтенант выругался сквозь зубы.
Блох приподнялся, и съежившаяся кровать рухнула под ним.
— Не шевелись, — повторил злобный солдат, выводя неровные круги дулом винтовки.
— Не троньте его, — сказал Блох.
— Со мной все в порядке, — помахал ему рукой мистер Райтли. — Они просто не хотят рисковать. Не волнуйся за меня, сынок.
Блох уселся на пол и стал внимательно изучать выражение каждого лица.
Физик обернулся к полковнику и прошептал:
— Знаете, а ведь его мать тоже к нему прикасалась.
Полковник кивнул, и еще два солдата шагнули вперед.
— Нет. — сказал Блох.
Один из солдат смутился, а второй, раздраженный тем, что неуверенность передалась и ему, достал пистолет и прицелился в женщину с обожженной рукой и сыном–монстром.
Все произошло со скоростью мысли.
Пистолет вырвался из руки, и обезоруженный солдат растянулся на полу, не понимая, как он там оказался и ничего себе при этом не повредил. Блох огромными скачками облетел всю комнату, изящными движениями освободив всех от оружия и усадив на пятую точку, а затем, целый и невредимый, остановился посреди этого хаоса, выпрямившись во все семь футов.
— Теперь я прикасался ко всем вам, — сказал он своим новым надтреснутым голосом. — Но не думаю, чтобы это имело значение. Поэтому оставьте мою мать в покое.
— Монстр вырвался! — заорал злобный солдат. — Он напал на нас.
Трое солдат снаружи даже не шелохнулись. Но четвертый, штатский, сегодня утром впервые в жизни убил леопарда, и у него в крови до сих пор не улегся адреналин. В очках ночного видения он хорошо различал цель — горячий, яркий силуэт возвышался среди скорчившихся тел. Штатский окатил его автоматическим огнем. Одиннадцать пуль исчезли в груди Блоха, напитав его энергией и аппетитными кусочками металла, а затем монстр рванулся сквозь изрешеченную стену палатки в сторону парковки, заботливо уводя огонь от беззащитных живых мешков с водой.
* * *Некоторые вливались в поток беженцев, покинув город ради надежной, твердой земли на востоке. Но большинство предпочитали держаться ближе к дому. Люди знали слишком мало, чтобы по–настоящему испугаться. Кое–кто слышал те же самые истории о Ночной стороне, что пересказывали друг другу солдаты. Но к каждому слову правды прибавлялось с три короба вранья. Кроме того, двести тысяч жителей не так–то легко перевезти на другое место. У кого–то машины все еще оставались на ходу, но надолго ли? Кроме обнадеживающих историй рассказывали еще и о вспышках и странных электромагнитных возмущениях, и что действительно пугало, так это перспектива застрять холодной ночью в семейном автомобиле на темной дороге, в самой гуще потока измученных и голодных людей.
Нет уж, лучше остаться дома. Собственный дом люди хорошо знают. Здесь есть подвалы, удобные кресла и любимые одеяла. Интуиция и надежда скрашивали жизнь в потемках, земля тряслась постоянно, но не настолько сильно, чтобы покосились фотографии на стене. Так просто закрыть усталые глаза и утешать себя чудесной мыслью: скоро снова зажгутся огни и телевидение с гуглом вернутся во всей красе. Что бы ни творилось сейчас в мире, все со временем разъяснится. Может, мы победим в этой войне. Или на плазменных панелях появятся инопланетяне — разумные твари, одетые в серебристые комбинезоны, и раскатистыми голосами расскажут, зачем захватили наш мир и чего хотят от своих новых рабов.
Это был самый популярный слух. Вторжение инопланетян, порабощение человечества. В конце концов, у рабства есть свои привлекательные стороны. Горожанам всех убеждений было легче смириться с этой мыслью, пока у них оставалась надежда на то, что собственность останется неприкосновенной. Мужчины и женщины сидели в своих подвалах и готовились к самой худшей судьбе, за исключением смерти. Пока это была не смерть, и пришельцам могли понадобиться их силы и разум для какой–нибудь важной цели. А кроме того, в любой книге можно прочитать, что вторжения всегда заканчиваются неудачей. Это ведь каждому известно, правда? Повелители со временем сделаются слабыми и беспечными, и через какую–нибудь тысячу лет люди восстанут и перебьют ненавистных чужаков, захватив в придачу их звездолеты и невероятное оружие.
Примерно так думала пожилая женщина, сидя возле печки в подвале и скармливая огню остатки своей последней брэдфордской груши. У нее закончились пиво и сигареты, и это ужасно ее огорчало, но оставался еще горячий чай, и он был не слишком горький. Она потянулась за кружкой, но тут кто–то вломился в дверь наверху. Женщина замерла и прислушалась. Неизвестный прошел по комнате, и половицы заскрипели под его тяжестью. В какой–то безумный момент женщина подумала, что это вообще не человек. В зоопарке есть пони. Судя по звуку шагов, вошедший весил не меньше лошади. Не такое уж и безумное предположение после всего случившегося. Очередная порция дров превратилась в пламя и пепел, а затем некто еще более странный, чем клейдесдальский тяжеловоз, спрыгнул в подвал, мягко приземлившись за спиной у женщины.
— Тихо, — сказал отдаленно напоминающий человека демон и приложил палец к губам.
Никогда в жизни она не вела себя так тихо.
— За мной охотятся, — сказал демон и усмехнулся.
Из
