– Знаете, я вспомнила! – раздался в трубке взволнованный женский голос.

– Очень хорошо, – похвалил майор и, плюнув на условности, принялся отхлебывать кофе, решительно не догадываясь, с кем на этот раз говорит. – А что именно?

– У нас в классе учился Леша Мухин, – принялась рассказывать женщина. – И помнится, мне говорили, что еще в школе он всерьез начал употреблять наркотики и даже приторговывал ими. А я их много раз видела вместе с Милой, по-моему, он к ней неровно дышал. Ну и наркотики, сами понимаете.

Майор наконец сообразил, что звонит ему Наташа – подруга Милы.

– А где сейчас этот Мухин? – спросил он у нее.

– Как где? Да все там же. Живет надо мной на пятом этаже, – сказала Наташа. – Жениться-то он так и не женился, живет с родителями. Работать его папаша пристроил в какую-то туристическую фирму. Вы с ним переговорите, может быть, он расскажет вам что-нибудь новое про личную жизнь Милы.

– Мы так и сделаем прямо сегодня, – сообщил ей майор.

Беседовать с Мухиным он отправился сам, благо тот жил по пути домой. Парень оказался дома. На вид он был совсем невзрачный, какой-то мелкий и сухощавый. Не верилось, что ему уже почти тридцать, выглядел он словно шестнадцатилетний подросток. Только умные карие глаза выдавали в нем взрослого человека.

– Чем обязан? – спросил Алексей, пригласив гостя в комнату, обставленную дорогой мягкой мебелью, и отгоняя от майора веселого спаниеля, во что бы то ни стало желавшего познакомиться с ботинками гостя.

– Я хотел бы поговорить с вами о вашей школьной подруге, – сказал майор.

– Ясно, о Миле, – кивнул Леша. – Мне Наташа уже успела сообщить, что Милу убили. Так что я предполагал, что вы можете нанести мне визит. Правда, не знаю, чем могу помочь. Я с Милой не виделся почти со дня окончания школы. Знаете, бывает такая дружба – пока люди вместе, то вроде бы приятели, а как разъедутся в разные места, то и дружба кончилась.

– Расскажите то, что знаете, – сказал майор. – Я сам решу, что важно, а что – нет. Мне говорили, что вы в школьные годы баловались наркотиками?

– Кто вам сказал? – вскинулся Леша. – Хотя, впрочем, знаю. Наташка постаралась. Вот уж язык без костей. Было дело, только потом я бросил. Папаша доходчиво объяснил, чем я рискую, и для вящей убедительности повел меня на экскурсию в наши Кресты. Знаете, я как увидел, как в крохотных камерах набито в три этажа, так наркотики словно отрезало.

– Не собираюсь преследовать вас за давние грешки, – успокоил его майор. – Я веду дело об убийстве, а ваши былые пристрастия мне неинтересны. Но скажите, вы доставали для Милы наркотики?

– Иногда, еще в школе, я ей давал, а иногда она меня угощала. Денег мы друг с друга не брали.

– То есть она попробовала наркотики еще перед знакомством с вами? – насторожился майор. – Поймите меня правильно, я здесь не для того, чтобы судить вас. Расскажите правду, это может оказаться важно для поимки убийцы Милы.

– Я и говорю правду, – обиделся Леша. – Если хотите знать, то это она меня в первый раз угостила травкой. Принесла в школу и дала мне попробовать вместо обычной сигареты на переменке. Мне понравилось, и я попросил ее сказать, где она берет.

– А она?

– Не сказала, – задумчиво произнес Мухин. – Но я в общем-то и не настаивал, так как знал у себя во дворе парня, который продавал травку.

– А потом сказала?

– Нет, – покачал головой Леша. – Так и не узнал. Она что-то говорила, мол, этот человек не обычный продавец, он делает это только ради нее и ни для кого другого травку доставать не будет. Я ей тогда не поверил, решил, что она просто хочет придержать барыгу для себя. Хотя странно, зачем ей это понадобилось, если она все равно мне никогда ничего не продавала, а всегда давала так. Сначала травку, а потом эфедрин. У меня сложилось впечатление, что наркотики ей доставались даром, иначе не стала бы она так щедро ими делиться.

– Как, по-вашему, этим таинственным благодетелем мог быть Вольдемар? Вы про такого слышали?

– Конечно, – кивнул Леша. – Весь класс был в курсе похождений Милы. Она всем хвасталась, что в нее влюбился такой интересный человек. Даже экскурсия на киностудию была. Но я не думаю, что наркотики давал Миле он. По-моему, Вольдемар появился уже поздней.

– У Милы был открытый характер?

– Очень, она просто обожала все и про всех рассказывать, и про себя, конечно, в первую очередь.

– Как-то одно с другим не вяжется, она была болтушкой, а вот про то, кто ей достает наркотики, ни гугу, держала рот на замке, – не удержался майор.

– Сам удивляюсь, – пожал плечами Леша. – Но может быть, у нее были на это свои причины.

– Значит, вы про него ничего не знаете?

– Кое-что знаю, – признался Леша. – Только это мне не Мила рассказала. Уроков в тот день было мало, я решил проследить за Милой. Все же меня мучило любопытство, где она берет травку. Она села на метро, доехала до станции «Приморская», а потом села на автобус.

– Какой?

– Я уже и не помню, да я и не смотрел на номер. Я поймал такси и поехал за этим автобусом. Мила проехала всего три остановки и вышла. Тот дом стоял почти на заливе. Я еще подумал, как тут должно быть неуютно, когда с залива дует ветер. Тогда ведь про стеклопакеты еще никто ничего не знал. Так вот, Мила вошла в парадное, а я остался ждать ее перед домом. Ждал я около двух часов, потом мне надоело, и я пошел по квартирам, пытаясь выяснить, в какую зашла Мила. Но мне не повезло, никто не видел девушку, похожую на Милу. И пришлось мне уехать, так ничего толком и не разузнав.

Вы читаете Циклоп в корсете
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату