Счастливые, отдохнувшие Грегори вернулись в Сан-Франциско с загорелыми лицами и белыми кругами вокруг глаз от солнцезащитных очков в полдень 31 декабря.
Вечером Сибилла надела новое серебристое платье, и Блейк сказал, что она выглядит потрясающе. Родители вместе с детьми спустились в столовую, где уже сидели Баттерфилды. Гвинет была в черном кружном платье, расшитом бусинками, и походила на даму с картины Джона Сингера Сарджента. Ее наряд дополняли роскошные бриллианты. На Августе было платье из черного бархата. А Блейк удивил Сибиллу, надев купленный недавно фрак. Он решил, что будет выходить в нем по вечерам в столовую.
– Наконец-то вы прилично одеты! – с одобрением заметила Августа, увидев Блейка, и тут же, по своему обыкновению, сказала колкость: – Не прошло и года.
Вообще-то Августе нравился Блейк. Он всегда был почтителен и внимателен к ней.
После ужина они играли в шарады, а затем отправились танцевать в бальный зал. Блейк включил музыкальный центр, который недавно установил здесь, и пригласил жену на первый танец. Дети, хихикая, наблюдали за взрослыми. Беттина чувствовала себя толстой неповоротливой моржихой. На ней было черное бархатное платье, которое, казалось, трещало по швам. На Беттину уже ничего не налезало, однако она выглядела красивой и молодой, несмотря на огромный живот. Гвинет и Берт тоже стали танцевать, но их танец длился недолго. Скоро они отправились на террасу, и Сибилла решила, что разговор у них там зашел о погибшем сыне. Мысли о Джошуа не давали Баттерфилдам покоя. Через некоторое время Гвинет и Берт вернулись в бальный зал, чтобы присоединиться к остальным. И тут в дверном проеме появился одетый в военную форму Джошуа. Он помахал с порога рукой, и все присутствующие радостно приветствовали его. Джошуа вернулся! Блейк и Сибилла были счастливы, видя радостные улыбки на лицах своих друзей.
– Их мир совершенен, потому что завершен и принадлежит прошлому, – произнес Блейк, снова пригласив жену на танец. – В нем все идет по кругу. Поэтому нет необходимости узнавать, что их ждет впереди и что происходит. Нам, по крайней мере, все это известно. В этом, наверное, и кроется секрет привлекательности Баттерфилдов: мы не можем влиять на события прошлого, на их мир, но они могут влиять на нас – тем, что мы узнаем от них.
Когда часы пробили двенадцать, все начали обниматься, поздравлять друг друга с Новым годом. Сибилла расцеловала Джошуа, которому очень шла военная форма. Все были рады видеть его снова дома. Он вернулся через четыре месяца после своей гибели. Возможно, муж Беттины тоже скоро появится в особняке. Эта мысль неожиданно пришла в голову Сибиллы, но она отогнала ее. Особняк не был домом Тони Сальваторе, поэтому вряд ли он придет сюда. В книге Беттины Сибилла не нашла упоминаний о призраках, а о Тони было сказано вскользь, хотя он был отцом ее дочери. Но как только второй муж Беттины удочерил малышку, воспоминания о Тони быстро стерлись из ее памяти. Кстати, Беттина недолго оставалась одна. Встретив Луи де Ламбертена, она обрела верного спутника жизни.
Джошуа танцевал со всеми дамами по очереди, даже с Беттиной, несмотря на ее огромный живот. Однако Беттина продержалась на паркете совсем недолго, через несколько минут она устала и опустилась на стул. А Джошуа закружился в танце сначала с Люси, потом с Каролиной. Дочь Сибиллы и Блейка выглядела сегодня потрясающе в темно-синем атласном платье и туфлях на высоких каблуках. Ее светлые волосы были зачесаны наверх и собраны в «хвост».
– Скоро Грегори выдадут дочь замуж, – промолвила Августа, обращаясь к Гвинет, которая наблюдала за Каролиной и Джошуа. – Она быстро взрослеет.
Каролине исполнилось семнадцать лет, и Августа решила, что это подходящий возраст для замужества. Услышав слова матери, Гвинет засмеялась. Она знала, что Сибилла не согласилась бы с Августой. Представления Грегори о том, когда девушка должна выходить замуж, сильно отличались от тех воззрений на жизнь, которые разделяли Гвинет и ее мать.
К трем часам ночи все устали от безудержного веселья. Новый год наступил, а с ним появились новые надежды и планы. Еще в полночь Берт поднял бокал и провозгласил тост в честь 1918 года. Он надеялся, что этот год будет удачным для его родных и друзей. Сам Берт был на седьмом небе от счастья, потому что Джошуа наконец-то вернулся домой. Чего еще могли желать Баттерфилды?
Глава 10
Первого января все взрослые обитатели особняка выглядели немного помятыми. Накануне было выпито немало шампанского. Звучали тосты и за успехи в Новом году, и за возвращение Джошуа. Праздник удался на славу. Взрослые приходили в себя и мало шутили за столом. Тем не менее они с удовольствием слушали рассказы Джошуа. И Баттерфилдам, и Грегори было интересно, что он делал все это время, но они старались не задавать ему вопросов о войне. Сибилла заметила, что Джошуа повзрослел и выглядел более зрелым и степенным. Теперь он как две капли воды походил на свое изображение на портрете, который висел в холле.
Беттина молчала и в конце ужина, извинившись и сославшись на недомогание, встала из-за стола и ушла. Вскоре Гвинет поднялась наверх, чтобы проведать ее. Затем она появилась в проеме двери столовой и махнула рукой, подзывая к себе Сибиллу. Та поднялась с места и быстро направилась к подруге. Гвинет шепнула ей, что у Беттины начались схватки. Женщины вызвали акушерку и медсестру.
– Может, нам следует отвезти Беттину в больницу или вызвать доктора? – с беспокойством спросила Сибилла.
– Зачем? – улыбнулась Гвинет. – Моя дочь здорова, и у нее нет никаких осложнений.
– Но в больнице ей дадут обезболивающее! – воскликнула Сибилла, с ужасом думая о том, что было бы с ней самой во время родов, если бы она мучилась от боли.
– В лучшем случае – несколько капель настойки опиума. Но лично я обходилась без них, – заявила Гвинет.
В последний месяц живот Беттины сильно увеличился, теперь плод нельзя было назвать маленьким, и это создавало опасность при родах.
Гвинет бросила на Сибиллу теплый взгляд.
– Вы хотите присутствовать при родах? – спросила она.
– А Беттина не будет возражать?
Сибилле не хотелось быть настырной и вмешиваться в дела чужой семьи, в конце концов, она не была родственницей Баттерфилдов.
– Она была бы благодарна вам за то, что вы не оставили ее в трудную минуту жизни, – заявила Гвинет. – У вас ведь есть дети, вы рожали три раза. Вероятно, ваши советы помогут Беттине пройти через тяжелое испытание.
Сибилла кивнула
