- Ты слышал? – встрепенулась она.
- Едем дальше, – Кагыр нахмурился и взял лошадь за поводья.
Приглушенный вскрик.
- Дай мне свой меч, – Эм мгновенно изменилась в лице, спрыгнула с седла.
- Нет. Оставь. Уходим, – он по ошибке протянул к ней руку, Эм лягнула его и помчалась на звук, не обращая внимания на кустарники, царапающие кожу.
Она вышла к группе людей; за спиной ближайшего к ней мужчины Эм увидела на земле плачущую девочку, у которой еще даже не выросла грудь. На ней пыхтел здоровенный грязный человек, больно тиская ее и озвучивая отвратительные комментарии. Четверо нетерпеливо ждали своей очереди, а еще один сидел поодаль, жуя травинку с умиротворенным видом.
У Эм не было оружия. Ярость заполнила ее до краев, руки задрожали, сжались в кулаки. Он вышла из зарослей, встала прямо перед ними, глядя на них исподлобья, ожидая нападения.
- Глянь-ка! – удивился один из них. – Это что ж, баба? Так сразу и не поймешь…
- Да, кажись, – второй сощурился, сделал пару шагов вперед. – Иди сюда.
- Мудилы, вы мне мешаете! – пожаловался тот, что увечил девочку. Эм подскочила к нему и с размахом треснула его сапогом по лицу, заставив взвыть и перекатиться. Кто-то схватил ее сзади, выломав руки. В слепой ярости она, рыча, повисла на нем, оттолкнула ногами того, который приблизился в ней, исхитрилась вцепиться в мужчину за ее спиной в пах. Он отпрянул. Сверкнул меч. Эм ударила носком сапога щербатого в запястье в акробатическом маневре, порвав штаны, поймала его на лету и выпустила ему кишки. Второму концом лезвия перерезала бедренную артерию. Ее окружили. Эм выгнулась, нарисовав оружием вокруг себя круг. Двое упали. Еще одного невысокого роста она уронила и проткнула насквозь.
- Брось меч, девка, – прохрипел мужик с разбитым носом, прикрываясь девочкой. Эм смотрела на него своим тяжелым взглядом. Когда он перерезал девочке горло ножом, она вздрогнула, подлетела к нему и полоснула его по шее в ответ, не рассчитав силу. Он забулькал и свалился на бок, прикрывая рану руками, дергая ногами.
Эм приподняла девочку, которая уже не дышала, и заплакала, прижимая ее к себе.
- Теперь ты довольна? – зло спросил Кагыр, стоя над ней. Эм принялась укачивать девочку, всхлипывая, гладя по ее темным слипшимся волосам. Кровотечение из раны на ее тонкой шее уменьшилось.
– Я не виновата, не виновата во всем этом, – шептала Эм. Из ее груди вырвались рыдания.
- Если бы ты не влезла, она осталась бы жива.
- Ты не знаешь этого! – закричала девушка в ответ. – Я в этом не виновата! Хочешь сказать, что все это было правильным?
- Я хочу сказать, – Кагыр сверкнул синими глазами, – что, пока ты не умер, все можно исправить. И даже насилие можно пережить. Но теперь уже поздно, тебе ведь нужно везде влезть! Ты ведь лучше знаешь!
Эм посмотрела вбок и впилась глазами во все еще твердое достоинство убитого ею мужчины, покрытого кровью и слизью. Ее одолели рвотные позывы.
- Надо ее похоронить… Убей меня, – попросила Эм, разрыдавшись, – я больше не могу, клянусь!
Кагыр сел перед ней, взял ее лицо в ладони.
- Прости, прости, – прошептал он, вытирая ее слезы. – Ты не виновата, не могла по-другому.
Его синие глаза с голубыми прожилками прожигали ее, напоминали ей о Фэаде, и от мысли о нем стало чуть теплее. Она безотчетно доверилась ему.
Молодой человек привел своего коня, посадил Эм в седло, сел сзади и пустил жеребца в галоп.
====== 3.13. ======
Комментарий к 3.13.Дорогой незарегистрированный пользователь, спасибо за помощь с исправлением ошибок.
«В первый раз за две недели горячая ванна и постель. Чего еще можно желать?» – спрашивала у себя Эм, обстригая длинные неровные ногти. Но радости не было. Вообще не было ничего внутри. Думать было страшно. Вспоминать – тем более.
Может быть, было глупо ждать, что они с Геральтом поженятся и будут счастливы вместе. Может, было глупо также считать, что одноглазый увидит в ней что-то большее, чем ничто. Но разве глупо было пытаться помочь, защитить честь, невинность и дружбу? Постараться оградить тех, кто дорог, от страданий? Она уже не знала, где находится тонкая грань невмешательства. И если она сама так решила – взять все на себя, то почему так плохо и больно?
- Ну что, ты все? – спросил у нее Кагыр, влетевший в ее комнату.
- Ты совсем ополоумел?? – Эм от возмущения и смущения чуть не захлебнулась водой. – Уйди отсюда!
- Я удивляюсь, как ты умеешь циклиться на своей прекрасной персоне. Я вообще-то тоже помыться хочу, – он поймал летевшую в него тряпку, которой Эм отдирала с себя грязь. – Ну, если ты не вылезаешь – можешь мне спинку потереть.
Кагыр захохотал при виде скорости, с которой Эм выпульнулась из бадьи и завернулась в простыню.
- Мог бы отвернуться для приличия, – прошипела она, запрыгнув на кровать.
- Да брось. Если у тебя не три груди, а у тебя, теперь я знаю, не три, то удивить тебе нечем. К тому же, я люблю высоких и фигуристых женщин, – Кагыр снова расхохотался, увидев ее убийственное лицо. – Женщины! Так тебя оскорбляет вероятность присутствия моего интереса или отсутствия? – он положил рядом с ней стопку одежды и принялся раздеваться.
- Ты что делаешь?? – Эм снова захлебнулась от возмущения.
- А что я, по-твоему, в одежде мыться должен? Не нравится – выйди.
На это девушке сказать было нечего.
- Могла бы отвернуться ради приличия, – усмехнулся он, опускаясь в воду. Эм бурно покраснела. Кагыр оказался красивым и… внушительным мужчиной.
- Там одежда рядом. Оденься, простынешь. А еще я денег украл, так что сегодня гуляем, – возвестил молодой человек, энергично намыливаясь.
- Нашел, чем гордиться. У кого украл?
- У самого бедного и оголодавшего человека во всей деревне, естественно, – он недобро сверкнул глазами.
Эм помолчала, наблюдая за его движениями.
- Спасибо тебе, Кагыр, – сказала она тихо. – Имя у тебя ужасное…
- За что? – его мыльные руки замерли на голове.
- За все. И в особенности за то, как ты стараешься отвлечь меня. Помогает.
- Но если бы я залез тебе между ног, то помогло бы еще лучше, не так ли? – его синие глаза снова сверкнули. – Ты наконец созрела для разговора?
Эм попыталась поковыряться в остриженных ногтях. Синеглазый понял и нырнул, смывая мыло с черных волос.
- Одевайся, говорю. Пойдем, поедим.
