— Ты выглядишь просто прекрасно! — хрипло произнес Малфой, когда смог снова взглянуть в ее лицо.
— Спасибо, ты тоже выглядишь очень красивым сегодня, — Гермиона протянула руку и разгладила слегка помятый галстук.
От прикосновения Люциус резко вдохнул. Он чувствовал тепло ее руки через рубашку, и жалел, что не может почувствовать его голой кожей груди.
— Прости, что задержалась… Я не привыкла так тщательно готовиться и собираться куда-то.
— Ну, это определенно стоило моего ожидания… ты потрясающе смотришься… — между ними было чуть меньше фута, и воздух вокруг вдруг стал таким тяжелым и плотным, что им даже дышалось с трудом.
— Я хотела сказать большое спасибо за платье и за спа-центр, — она почему-то никак не могла убрать с его груди руку.
— Ты заслуживаешь и большего. Это платье будто сшили специально для тебя, и сидит оно прекрасно… — Малфой потянулся чуть подрагивающей рукой и дотронулся до ее плеча, слегка касаясь мягкой кожи по краю выреза.
— Лушиус, ты опять смотришь на маму, как на кусок торта, который собираешься съесть! — захихикал с постели Элиас, который все это время с любопытством наблюдал за происходящим. Люциус и Гермиона тут же резко отпрянули друг от друга с виноватыми выражениями на лицах.
«Как же мы могли забыть о своей маленькой, но очень внимательной аудитории?»
— Нам пора. Столик… уже забронирован и ждет нас, — поспешно пробормотал Малфой.
— Конечно, подай мне, пожалуйста, пальто, — Гермиона повернулась к кровати и послала Элиасу воздушный поцелуй. — Спокойной ночи, мой сладкий! — она улыбнулась, когда тот послал воздушный поцелуй в ответ, а затем вышла из комнаты.
— Моя мама очень красивая! — произнес Элиас, внимательно глядя на Малфоя. Тот все еще смотрел вслед Гермионе.
— Да, ты, безусловно, прав. Она очень красива, — согласился Люциус, поворачиваясь к сыну. — Спокойной ночи, Элиас. Увидимся завтра и обязательно решим, когда же мы сможем сходить в цирк.
— Спокойной ночи, Лушиус, — отозвался мальчик.
Укладываясь удобней и укрываясь, он все еще продолжал улыбаться.
«Мы пойдем в цирк все вместе! Как будто бы мы самая настоящая семья. А Лушиус… мой настоящий папа…»
========== Глава 14. Начало чего-то бесконечно прекрасного ==========
В которой первое свидание Люциуса и Гермионы наконец случается.
Как же трудно оказалось не смотреть на нее, когда, открыв дверцу машины, он подал Гермионе руку. Малфой так и не смог отвести взгляда от ее ножек, качнувшихся, сводя коленки вместе: Гермиона собиралась выйти из автомобиля, как и полагалось настоящей леди.
«Что же, положение обязывает!» — едва заметно улыбнувшись, Люциус взял ее под локоть. Затем шагнул под навес на красную дорожку и подвел даму к входным дверям.
Никогда раньше Гермиона не слышала об этом заведении. Ресторан «Delicieux» будто притаился здесь, в фешенебельном лондонском районе Мейфэр. А когда они вошли внутрь, стало понятно: в этот ресторан не заходят просто поужинать и уж точно не тащат с собой детей.
— Позволь твое пальто, — галантно обратился к ней Малфой.
Гермиона расстегнула простенькое черное пальтецо (купленное на распродаже в «Харродсе» уже почти пять лет назад) и отстраненно подумала, что платье под ним стоит раз в пять раз дороже, чем это пальто без всяких скидок. А в следующий же миг вздрогнула — помогая раздеться, Люциус коснулся ее шеи подушечками пальцев. С удовольствием отметив эту дрожь, Малфой подумал о том, какова была бы реакция этой женщины, если б он сознательно и целенаправленно принялся возбуждать ее.
«Черт! Прекрати об этом думать!» — протягивая одежду гардеробщику, Люциус понял, что лучше застегнуть пиджак до того, как обернется к Гермионе.
— Как здесь приятно, — негромко заметила она, оглядывая освещенный мерцающими свечами зал ресторана.
Свечи стояли на небольших удобных столиках, покрытых красными скатертями и расположенных достаточно далеко друг от друга, что предполагало некоторую уединенность. Да и облегчало работу официантов. Атмосфера уюта и при этом благородной сдержанной роскоши буквально окутывала посетителей с самых первых минут.
— Может, не стоило нам приезжать сюда? С меня вполне хватило бы недорогого кафе и похода в кино. Правда.
— Знаю. Поэтому и не говорил тебе ничего заранее, — Люциус не удержался и погладил ее по щеке, наслаждаясь тем, как она тут же опустила ресницы, приоткрыв с легким коротким вздохом рот.
Он знал, что сам будет наслаждаться этим вечером намного больше, сильнее, острее. И как же хотелось, чтобы она тоже была счастлива рядом.
«Ну почему она так неохотно принимает все то, что может нам позволить мое богатство? Почему каждое маленькое и невинное проявление моей щедрости так ее напрягает?»
Люциусу безумно хотелось баловать Гермиону, впрочем, как и их сына, но ему постоянно приходилось сдерживаться и осторожничать, опасаясь ее реакции.
«Да разве ж это нормально? Почему я не могу баловать своего ребенка и женщину, которую так хочу сделать своей?»
Он мысленно приказал себе заткнуться.
— Гермиона, пожалуйста. Пусть сегодняшний вечер пройдет по моему плану. Дай мне побаловать тебя. Хотя бы немного…
Она так и не успела ничего ответить — к ним подошла средних лет женщина с ярко-рыжими волосами, скрученными на затылке в сложный пучок, зеленые глаза которой тут же внимательно оглядели их обоих, отмечая, казалось, каждую деталь. Черное платье соблазнительно обтекало стройное тело, а изяществу ее движений Гермионе оставалось только позавидовать.
— Добрый вечер! Добро пожаловать в «Delicieux». Могу я узнать, забронирован ли у вас столик? — спросила она с несколько нарочитым французским прононсом.
— Да, столик для двоих на имя Малфоя, — холодно ответил Люциус.
Что-то в этой женщине невольно раздражало, но он никак не мог понять, что именно. А она тем временем заговорила снова.
— О, да, месье, вы со своей дочерью можете проследовать за мной. Я провожу вас, — пригласила она, высокомерно глянув на спутницу этого интересного мужчины.
Подобного Люциус стерпеть уже не мог, да и не собирался. Он обнял Гермиону за талию, слегка притянул к себе и процедил с легкой угрозой:
— Эта очаровательная молодая женщина, к огромному счастью, не моя дочь. И если вы не хотите, чтобы я обсудил поведение персонала ресторана с руководством, то настоятельно рекомендую вам держать свои невежественные предположения и комментарии при себе.
Гермиона смутилась. Люциус так явно и напоказ произнес сейчас это, будто заявил о том, что они…
«Мерлин. А кто мы? Любовниками нас назвать пока нельзя, но и друзьями или просто
