– Мутанты… – уже успокаивался Диб, вытирая кровавую слезу. – Они блокируют мою связь с подчиненными, проклятье… Да кем они себя возомнили?!!
Он вновь старался вернуться на место происшествия, но тут голову пронзила такая боль, что он был вынужден прекратить свои попытки.
– Связываться со всеми сразу, о чем я думал? Это чертовски тяжело, слишком большая нагрузка. Хм, а среди них тоже есть телепаты... Что за радиация могла так изменить их? Ладно, еще посмотрим, кто кого. Эй, вы оба! – Фиолетовый и Миюки тут же выпрямились, сдерживая непроизвольные конвульсии в мышцах. – Отправляйтесь наружу, без вас там сложно наводить порядок. И еще – не прошедших модернизацию телепатов, если такие попадутся, отдавать ученым. Живыми или мертвыми. Это все! Идите, тут от вас мало толку.
Оба долговязых иркена покинули верхушку башни, оставляя правителя в компании всего одного солдата-новобранца, все это время неподвижно стоявшего за троицей без единого звука.
– Ах да. Я почти про тебя забыл, Зим.
Диб неспешно ходил по помещению, поглядывая то в окна, то на Зима. Погода стояла мрачная – небо заволокли грозовые тучи, серые облака почти утопили в себе все проблески света, где-то вдалеке виднелись молнии. С тех пор, как климатическая установка работала иначе, почти каждый день шел ливень. Ирк претерпевал кардинальные изменения. Здания же, наибольшая часть которых уже была зачищена и взята под контроль Диба, горели светло-голубыми огнями. Свет от них не раздражал солдат, к тому же Диб считал, что пурпурный колорит Ирка давно стоило изменить.
– Что ты думаешь о созданной мной связи по всей планете, Зим? – указал Диб на город за окном. – Это тебе не какие-то провода, а совершенно новая Т-технология на молекулярном уровне! Ну, разъяснить «Т» я тебе не могу, это, пока что, секретно… но одно могу сказать. От каждого перекодированного здания идет сигнал прямо в штаб, что в разы облегчает контроль над населением! Я даже сам штаб могу переместить в любую точку планеты, но это в крайних случаях…
Зим чуть поднял голову на окно и вновь уперся взглядом в пол. Диб подошел к нему, глядя прямо в глазницы шлема.
– Ты меня вообще слушаешь? Или тебе не интересно… маленький, ни на что не годный, горе-захватчик? – Зим слабо дернулся, но остался нем, даже не взглянул на правителя. – Не обижайся, я просто пошутил. Хотел тебя проверить.
Диб отошел к парящему столу и простоял у него пару секунд. В следующее мгновение в Зима уже что-то летело. Иркен тут же вытянул руку и поймал предмет, даже не шелохнувшись. В руке оказалось яблоко, не без усилий выращенное в условиях Ирка. От некоторых земных привычек Диб так и не смог отказаться.
– Ничего себе, поймал. А было бы забавно, разлетись оно об твою голову, ха-ха-ха! Ну ладно, довольно, – в голосе появилась холодная серьезность. – А теперь, Зим, я постараюсь добиться хоть каких-то действий от тебя, надоело твое тупое безразличие… Ударь меня! – Зим, все еще держа в руке яблоко, медленно перевел взгляд на Диба.
– Ну давай же! Это ведь самое малое из того, что ты хотел сделать, пока добирался сюда, я прав? Всего один удар. Один! Тебе за это ничего не будет, можешь об этом не беспокоиться. Ну? Давай же, это приказ!
Зим не шевелился. Диб начинал медленно закипать, улыбка медленно исчезла с его лица. Внезапно свободная рука Зима дернулась в направлении лица правителя. Диб зажмурился, но через пару секунд он уже с удивлением глядел на остановившийся кулак перед своим лицом. Зим тихо прошипел, затем опустил руку со сжатыми пальцами.
– Да уж... – на лбу выступил пот. – А ты умеешь пугать. Какая же катастрофа! Ты уже не тот Зим, которого я знал, – Диб отошел к окну. – Это значит, что я получил хорошего и верного солдата. Твои данные меня впечатляют, даже этот проклятый шлем пришлось надеть на твою голову, а ведь ты на вид ничем не отличаешься от обычных иркен, однако… Видимо я потерял самого верного врага. Ты даже и говорить-то не можешь, скука смертная..
С минуту Диб молчал, вглядываясь в город, но вскоре он стал тихо смеяться. Его смех разнесся по всему помещению, и тут он резко замолчал.
– Знаешь, что я только что понял? – выражение лица казалось удивленным. – Ты не выполнил мой приказ… Даже другие Четвертые с полностью повернутыми мозгами не могут меня ослушаться, а ты смог, Зим…
Новая волна смеха, которую заглушил тяжелый гул с улиц. Диб не верил тому, что видел. Из ниоткуда появился один из гигантских кораблей – Чистильщик. Из корабля вылетали яркие вспышки и молнии, охватывающие крыши города.
– Ах вы твари!!! Они разрывают мою молекулярную цепь!! – сзади что-то лопнуло. Диб увидел на полу ошметок яблока, по стенам стекал сок. Диб не предал этому особого значения.
– Так, Зим, у меня для тебя новое задание… Хотя нет, нет! В общем, просто стой тут, и... Да хоть зубы свои считай, что ли! Зим? Зим! – тот не реагировал, будто ничего не слышал. – Ну хватит! Меня уже бесит твое…
Голова иркена лопнула как шарик с водой. Диб в ужасе отскочил от него. Он ожидал увидеть себя с ног до головы в крови, однако заметил на себе другую одежду. На нем была старая синяя футболка, теперь уже залитая кровью, плащ, все то, что должно было сгореть. Кожа на руках приобрела прежний оттенок. В этот момент рассудок стал покидать его. Откуда-то прозвучал голос, не принадлежащий ни Зиму ни кому либо еще:
– Чего сопли развесил? – донеслось от Зима.
Из артерий на шее ручьем лилась кровь. Тело задергалось, Диб, которого уже чуть ли не воротило, наблюдал, как сами собой отрастают новые шейные позвонки, вскоре стал формировать череп. Рост увеличивался до роста правителя, форма на нем менялась. Голова быстро обрастала мышцами, зеленой кожей. Он вновь задал вопрос:
– Я повторяю, чего ты тут сопли развесил, Диб? Испугался что ли?! – иркен вцепился Дибу в плечи, таращась на него синими глазами.
– Этого не может быть… Я ничего не понимаю!!! – на перепуганного Диба-человека смотрел Диб-иркен, что было до абсурда необъяснимо.
– Какой же ты дурак. Разве не ясно? Он опасен, ты должен от него избавиться, – говорил Диб-иркен.
– Опасен? О ком ты говоришь?
– Зим!!! – человека отбросило от иркена сильным потоком ветра, или, скорее, телекинезом. – Почему я должен тебя всему учить?! Зим был всегда дефектным, ненормальным и крайне
