— Здравствуйте, профессор, — стараясь сохранить полное хладнокровие, вежливо поздоровался я. — Мы никак не ожидали вас сегодня. Добро пожаловать.
— Доброе утро, профессор! Присаживайтесь, пожалуйста.
Люпин спрятал палочку и присоединился к моему приветствию.
Дамблдор медленно приземлился и благосклонно улыбнуться нам:
— Здравствуйте, друзья мои. Очень рад вас видеть. Нет, Римус. Не стоит утруждаться, — жестом остановил он Люпина, трансфигурировавшего для него стул, — я постою.
Это заявление меня удивило: не помню случая, что бы Дамблдор отказался сесть при первой же возможности. Чтобы проверить свое предложение, я с самой любезной улыбкой предложил:
— Разве вы не устали с дороги? Присаживайтесь, профессор. Чаю?
Дамблдор бросил на меня раздраженный взгляд и ещё шире улыбнулся.
— Я очень рад, Северус, сразу видно, что вы смогли найти с Римусом общий язык. Я просто горжусь вами.
Он сделал шаг и протянул мне руку. Я, не без тайного злорадства, пожал его морщинистую ладонь. В следующий момент директора с силой откинуло от меня. Машинально он сделал пару шагов и приземлился на услужливо подставленный Люпином стул. Раздался яростный вой, и из-под задницы Дамблдора повалил черный смрадный дым, а стул рассыпался в труху. Не удержавшись, директор плюхнулся на землю и смачно выругался, впервые на моей памяти. Люпин замер в нескольких футах от него, вытаращив глаза. Я же бросился поднимать высокое начальство с земли, еле удерживаясь от хохота.
— Вы не ушиблись, сэр?
— Нет. Спасибо, Северус, я в полном порядке, — проворчал он, поднимаясь на ноги. Края его лиловой мантии слегка обуглились, борода потемнела от копоти. Взмахом волшебной палочки он привел свой внешний вид в порядок и пристально посмотрел прямо на меня:
— Прежде всего, я хотел бы узнать: что делал здесь твой Наставник, Северус? — явно стараясь отвлечь нас от смехотворного падения, сурово произнес он. — Ты говорил ему, куда вы направляетесь? Местонахождение Избранного ребенка должно быть тайной от всех, я думал, это настолько очевидно, что не стоит даже напоминать об этом. Неужели ты счёл возможным оповестить о нем лорда Принца?!
Я бросил взгляд на Люпина, но тот только пожал плечами. Скорее всего, он не доносил директору о посещении отца. Впрочем, это было и не важно, в любом случае я был готов к этому вопросу.
— Нет, профессор. Я ничего не говорил ему. Он, скорее всего, нашел способ проследить за мной. Наставнику очень не понравилось мое длительное отсутствие, и он решил продемонстрировать свое недовольство таким способом. К сожалению, я не мог его остановить. Пока я связан ученическим контрактом, он имеет достаточно большую власть надо мной, вы же знаете.
— Понятно. Не думай, что я сомневался в тебе, Северус. Но позволь мне кое-что проверить.
Директор осторожно взял меня за руку, рассматривая запястье, затем вздохнул и печально покачал головой:
— Так я и думал.
Он провел палочкой над моим запястьем, проявляя Нить, наложенную отцом.
— Именно по этой причине я так не хотел, чтобы ты учился у него. Темная магия, — глубокомысленно произнес он. И, улыбнувшись, добавил: — Но к счастью, срок твоего обучения скоро истекает и ты будешь полностью свободен. Я смогу избавить тебя от всей этой гадости, мой мальчик.
— Да, сэр. Искренне на это надеюсь.
Слегка поклониавшись доброму учителю, я выпрямился и рискнул задать мучивший меня, да и Люпина, уверен, тоже, вопрос:
— Могу я спросить, сэр? Как вы умудрились нарваться на проклятие эльфов? Ведь это было оно, я не ошибся?
Дамболдор смерил меня хмурым взглядом. Эта тема точно пришлась ему не по вкусу:
— Всегда есть вероятность нарваться на неадекватного домовика. К сожалению, от этой заразы нет возможности избавиться. Надо только ждать, — неопределенно ответил он.
Действительно. Маленькие прислужники всегда были гораздо более одаренными магически, чем волшебники, хотя далеко не все это признавали. Сейчас, после того, как мне стала известна древняя история эльфов, такое положение вещей перестало удивлять. Домашние эльфы пользовались древней магией, недоступной современным магам. Принцы тоже в большей степени утратили ее. Но не об этом речь. Домовики очень редко вредят своим хозяевам. Это против их природы. Они не приемлют зла и с большой неохотой пользуются древними проклятиями. Хотя, пожалуй, к Кричеру последнее утверждение никак не относится. Он-то уж точно получил удовольствие от возможности наслать порчу на Дамблдора. Самое смешное в этой ситуации то, что даже такой сильный маг, как Альбус, ничего не мог сделать с насланным на него проклятием. Только ждать, пока оно само рассеется. Неделю, две. В зависимости от силы эльфа и степени его недовольства. А это значит, что ещё минимум месяц директор точно не сможет сидеть, да и спать ему придется исключительно на животе. Сила Кричера и его ненависть к обидчику крестника последнего из Блеков не вызывала во мне сомнений. Отец был прав, это действительно было забавно.
— Но я пришел не только из-за подозрительного визита лорда Принца. В конце концов, его посещение было весьма предсказуемым. Я хотел сообщить вам, мальчики, что уже проверил дом Гарри.
— И что же там, профессор?
Люпин схватил Дамблдора за руку и с тревогой посмотрел ему в глаза.
— Должен вас обрадовать: к счастью, мои опасения не подтвердились, дом абсолютно надежен и неприступен, — улыбнулся директор и постарался незаметно освободить руку из пальцев Люпина. Но Римус все же заметил этот жест, он смутился, отдернул руку и отошел на пару шагов. Неприятие волшебников к оборотням общеизвестно, большинство магов просто брезговали даже прикасаться к ним. Но я никак не ожидал, что Альбус так же подвержен этому суеверию. Особенно если учитывать его покровительство моему бывшему однокласснику.
— Но это не означает, что ваше пребывание здесь подошло к концу. До конца месяца об этом не может быть и речи. Но я думаю, что одному из вас все же можно будет покинуть свой пост, если в этом возникнет необходимость. Думаю, вы вполне справитесь, если будете сторожить Гарри по очереди, — продолжил тем временем Дамблдор. Я бросил взгляд на Люпина. Оставлять свою подопечную, да и детей Петунии, под присмотром оборотня мне не
