— В любом случае мы скоро все узнаем, — сказал Андрей. — Стволы есть лишние у вас?
— Держи, — протянул ему Митяй свой Калашник и стал вытаскивать из разгрузки магазины. — Мне СВД достаточно.
— У меня пистолет есть, — снимая кобуру, сказал Слива.
— Я тоже могу свой пистолет отдать, — поддержал Сливу Митяй.
Я свой Наташе отдал, так что у меня только автомат остался.
— Автомат — Стёпе, пистолеты я возьму, — быстро распределил Андрей. — Он с автоматом лучше управляется, мне с двумя пистолетами сподручней будет. Андрей тут же прикрепил кобуры с пистолетами на себя, а Стёпа рассовал по карманам магазины, а автомат закинул за спину.
Наконец стемнело. Как будто свет выключили, всё произошло резко и неожиданно. Только птички чирикали периодически.
— Слушай, Сань, — сказал Слива, — а давай на Бэхе поедем. Глушак у неё вроде тихий. Будем катиться потихоньку без фар, быстрее доедем. Ну его нах, это Плато, пешком через него топать. Не видно же ничего. Хрен его знает какие тут животные шастают.
— Поддерживаю, — кивнул Митяй, — можем не успеть среагировать на опасность. А пальбу откроем — точно себя обнаружим.
— Слива, за руль, — коротко сказал я. На машине точно безопасней ехать, чем пешком идти. Чё-то я ступил.
В итоге, погрузившись в машину, тронулись. Километра полтора пролетели на одном дыхании, практически не дыша. Ехать ночью без фар ну очень страшно. Хоть мы и знали, что перед нами ровная поверхность, но всё-таки «жим-жим» присутствовал. Дальше Слива снизил скорость, и, стараясь держать как можно меньшие обороты, мы катились по Плато. Я молил бога, чтобы нам не попался на встречу какой-нибудь ночной зверь. Есть они тут или нет — не известно. На расстоянии вытянутой руки уже ничего не видно.
Внезапно перед нами раздался протяжный гул гудка, очень громкий, как сирена какая или на паровозах такие ставят. Слива от неожиданности аж на тормоза нажал, и машина, пролетев юзом несколько метров, встала как вкопанная. Сидящий справа на переднем сиденье Стёпка приложился лбом о лобовое стекло.
— Млять, — выругался он, — хоть предупреждай!
Слива ничего не ответил. Он, как и все мы, сидел и слушал.
И тут забили барабаны. Били громко, и практически сразу в нескольких местах перед нами зажегся свет. В небо ударили мощные прожекторы. Оазис с джунглями перед нами мгновенно озарился множеством фонарей. Даже не так. На само Плато светило всего лишь несколько прожекторов, ну и кое-где ещё факелы горели, а вот в его глубине находился мощный источник освещения.
— Вот тебе, Сань, и остальные машины, — заметил Митяй. — Они ими освещают там всё. Теперь они нас точно не услышат. Давай, Слива, катись к оазису, только фары не зажигай.
Ещё через несколько минут бампер БМВ уперся в растущие у самой кромки деревья.
— Надо заезд поискать и машину спрятать, — быстро сказал я.
— Вон там, кажется, какая-то дорожка была справа, — сказал Андрей. — Может там заезд как раз.
Давайте подъедем. Мы со Стёпой посмотрим сходим.
Барабаны стихли. Теперь мы слышали из глубины оазиса гул людских голосов, криков.
Осторожно, потихоньку мы ехали вдоль оазиса. Через какое-то время увидели у самого края несколько зажжённых больших факелов.
— Слива, стой, — сказал Андрей. — Стёп, пошли. Рацию дайте кто-нибудь. Как разведаем въезд, сообщим. Сидите тихо пока, — сказал он нам и выскользнул из машины. Следом за ним через окно выпрыгнул Стёпа, и оба исчезли в темноте.
Напрягало всё это меня. Очень. Мотор БМВ работал на холостых практически неслышно, и мне то и дело казалось, что сейчас из темноты на нас прыгнет какая-нибудь хрень с когтями и зубами.
— Ну где они, млять? — прошипел сквозь зубы сидящий за рулём Слива. — Страшно, пипец.
— Пацаны, не стреляйте, — внезапно услышали мы сбоку от нас шёпот Андрея, и через несколько секунд он появился перед машиной.
— Там въезд в оазис, — кивнул головой назад Андрей, быстро залезая на переднее сиденье. — Место, где спрятать тачку, мы тоже нашли. Стёпка там остался на стрёме, фонариком посигналит. Но въезд я вам скажу, пацаны, — он покачал головой, и даже в темноте я увидел, как он нахмурился.
— Чё там? — с интересом спросил Слива.
— Поехали, сейчас сам всё увидишь.
Быстро докатились до этих больших факелов. Андрей снова остановил машину, выпрыгнув из неё, подбежал ко въезду и моргнул куда-то пару раз фонариком. Затем, получив оттуда добро, повернулся в нашу сторону и моргнул нам три раза. Слива быстро подъехал к нему, и он снова залез в машину.
И вот мы въезжаем в оазис. Мать твою, от увиденной картины я охренел! Сам въезд был сделан в виде огромной арки, на которой было прикреплено огромное количество костей, черепов, цепей, запчастей от двигателей, колёс от мотоциклов. Всё это было сделано в определённой последовательности, никакого хаоса. А сверху висел большой освещаемый баннер «Добро пожаловать в парк развлечений»
— Вот же, уроды хитрожопые, — сказал я, рассмотрев баннер. — Типа, въезжайте, тут обычные развлечения, и всё это декорации.
— Сдаётся мне, что это не декорации, — произнёс Слива, крепче сжимая в руках свой автомат, — замануха для людей, чтобы заезжали и не боялись.
Въехав в оазис под аркой, мы увидели следующее. В свете горящих факелов вдоль всей дороги на длинные шесты и колья были нанизаны черепа людей. Дорога как бы поднималась наверх и более-менее освещалась факелами, а вдоль неё — черепа, много черепов.
— Охренеть просто, — выдохнул Митяй. — Жуткое местечко.
— Это же сколько они людей-то завалили? — со злостью произнёс я, пытаясь хоть приблизительно понять, сколько черепов я вижу. Я сходу так и не готов сказать, просто растерялся от такого зловещего вида, но около сотни черепушек точно было.
Так, потихоньку катясь, мы проехали метров 50. Колья и столбы с черепами не заканчивались. Внезапно на дороге мы увидели вышедшего человека, он моргнул нам два раза фонариком и стал показывать налево.
— Стёпа, — коротко сказал Андрей. — Слива, заезжай туда и метров через двадцать тормози.
Съехали с дороги. Я быстро вышел из машины и, сломав несколько ближайших ко мне веток, пошёл в сторону освещенной дороги. Надо было следы замести.
— Наконец-то вы приехали, — услышал я голос Стёпы. — У меня от этого места мурашки по коже. Черепа эти прям в ужас вгоняют.
— Всех завалю, никого в живых не оставлю! — кипятился Слива крутя по сторонам головой. — Сколько людей убили! Черепа разных размеров, детские тоже есть. Что же они за звери такие?
— Дальше что? — спросил у меня Андрей, когда мы подчистили следы съезда с дороги и забросали машину ветками. К сожалению, маскировку мы сможем оценить только в дневное время, щас толком и не видно ничего, но будем надеяться, что с дороги машину не увидят.
— Дальше идём вдоль дороги вглубь, — ответил я. — Идти через ночные джунгли я не рискну и вам не советую. Непонятно, кто тут живёт.
Джунгли действительно жили своей жизнью. Со всех сторон раздавались крики, вопли и пение птиц. Рычали животные, кого-то, походу, жрали живём. Ветки над нами то и дело шуршали, и каждый из нас нет-нет да и вскидывал наверх своё оружие, ожидая нападения сверху. Лианы эти ещё свисают. Так и казалось, что сейчас по ним спустится либо здоровенная змеюка, либо обезьяна, либо ещё какое животное и обязательно нападёт. В общем, мой мозг подкидывал картинки одну ужаснее другой.
Мля, я назад на Плато захотел. Там хоть и не видно ничего, но такого фона вокруг нет. Я взял себя в руки, пару раз вдохнул-выдохнул и сказал:
— Идём потихоньку с двух сторон от дороги. Первое. Нам надо найти, где эти все уроды обитают, но, судя по их воплям и свету, мы к ним выйдем рано или поздно. Второе. Надо узнать, где у них наблюдатели и снять их, а лучше всего — языка какого взять. Наблюдателей надо снять обязательно, чтобы наши пацаны, за которыми поехали девчонки, смогли въехать в этот оазис без шухера. Чую жопой, просто так эти индейцы не сдадутся.
