— Вон, смотри, — кивнул наш директор на стоящие тут и там тачки.
А посмотреть было, конечно, на что. Во-первых, в глаза мне бросилось сразу несколько трёшек БМВ в 36 и 46 кузовах, кажется, их три штуки стояло. Два в 124 кузовах Мерина, Мицубиси 3000, два В5 Фольксвагена, седан и универсал, один В5+. Хорошие, надёжные машины. Максима в 33 кузове, один Мерседес в 140 кузове, и ещё несколько машин.
— Отойдите, пожалуйста, — услышал я сзади себя крик.
Отойдя в сторону, увидел, как четверо мужчин катят мимо нас машину, она была без дверей, но я узнал этот самолёт. Сааб 9–5 Аэро, хороша тачка. Следом из отсека ещё трое выкатили зелёную Вольво.
— Что за тачка, мужики? — спросил я у ребят, когда они второго Шведа мимо меня катили, — мотор какой?
— Т5 это, Александр, — ответил мне один из них. — Восстановим, покрасим. Аппарат что надо будет.
И они покатили обоих Шведов куда-то дальше.
— Все машины, можно сказать, проданы, — сказал Игорь. — Кирилл их все сфотографировал и в салоне на стенд повесил. На вот этот, например, — палец Игоря упёрся в 140 Мерин, — он торги сделал.
Кабан стоял на стойках без колёс, без капота, без бамперов и передних фар. Но эта брутальность в нём просто зашкаливала. Он так и говорил, так и манил к себе, типа, посмотрите на меня, я хоть и старичок, глубокий, причём, но фору дам многим современным моделям.
— Трёхсотый? — спросил я
— Пятисотый, мужик какой-то купил. Знаешь, за сколько?
— Ну?
— 34 тысячи, при условии, что он будет в идеальном состоянии.
— Фигасе, — я тут же вспомнил, как на одних из наших первых торгов развязалась нешуточная борьба за обладание таким же автомобилем среди наших сотрудников. Что-то в районе 15 тысяч, кажется, тот первый продали, а тут за 34 тысячи. Неплохо, совсем неплохо.
— Ага, мы, в принципе, каждую машину, когда делаем, стараемся, но с этим придётся повозиться, там с электроникой проблем валом, — вздохнул Игорь, — плюс Кирилл ещё двух ребят себе взял, они сейчас каждую машину у нас проверяют, прежде чем в салон на продажу забрать или клиенту её передать. Чуть ли не в глушак лезут.
Я засмеялся, вспомнив, как сам Кириллу посоветовал таких людей взять.
— Что ты смеёшься? — нахмурился Игорь, — твоя работа, про проверяльщиков этих?
— Ага.
— Я так и знал, — развёл он руки в стороны, — хотя это и правильно. Несколько косяков эти хлопцы уже нашли на машинах, пришлось переделывать. Механики лучше работать будут.
— Вот это правильно, — поднял я указательный палец вверх. — И подумай, как ты расширяться будешь и куда.
— Опять? — вытаращил Игорь глаза на меня, — хотя да, — он тут же сдулся. — Киженьцы появились. Место есть, людей наберём, только вот качество…
— Качество должно быть не хуже, — тут же перебил я его, — что хочешь, делай: обучай, стимулируй, принимай экзамены, но чтобы всё делали чётко и аккуратно.
— Да понятно, — снова вздохнул Игорь, — сервис и так в две смены работает. Похоже, придётся на круглосуточный режим переходить.
— Сколько вы сейчас можете тачек в месяц готовить?
Игорь задумался.
— В зависимости от сложности ремонта — от 80 до 120 джипов, легковушек и фургонов. И от 15 до 20 грузовиков и автобусов, с ними работы много. Мы сейчас ещё один цех для них открыли, так что на несколько штук точно больше делать сможем. Мотоциклов от 10 до 20 тоже, — людей мало, а хороших спецов вообще по пальцам пересчитать можно. Мотоциклы, как правило все в хлам битые, там с рамой пипец, сколько работы. С ними сложнее, чем с машинами работать, да плюс пластик этот ещё, его вообще вручную делать приходится. Скутеры и квадрики — тоже в районе 20–25 штук, там попроще. Ну и на заказ тоже в районе 5–7 штук делаем: багги, Порши и так далее.
— Расширяй, друг мой, производство. Машины — это наш хлеб.
— Да понятно. Слушай, Сань, — встрепенулся Игорь, что-то вспомнив, — а как ты смотришь на то, если мы на парочку мотоциклов для пробы вместо пластика детали из Арканита сделаем?
— Из Арканита? А что, попробуйте, его хрен сломаешь.
— А я про что, — улыбнулся тот, — считай, пожизненная гарантия будет. Тут где-то как раз пару спортбайков есть, на них, видимо, гонщики упали и скользили, у каждого весь бок счёсан. Слепки сделаем и вылепим, да и на картинках наверняка ребята найдут. Покрасим и готово. Запчасти-то некоторые мы уже делаем из Арканита. Мало его, правда. На заводе нашем на пару месяцев вперёд всё расписано. Профессора все постоянно мучают вопросами об увеличении поставок пластилина, только взять его больше негде. Мало его в карьере находят. Зато с Блюром и различными смазками-маслами проблем вообще никаких нет. Сколько хочешь, привезут. Мы полностью от обычной нефти отказались, я имею в виду бензина и всего остального. Дороже, конечно, всё выходит, но и качество, извини меня, другое.
— Делайте парочку на пробу, — разрешил я, — только ты понимаешь, что и цена у такого мотоцикла выше должна быть.
— Само собой.
— Ты мне вот что ещё скажи. Что это за мотоциклы сюда притащили? Ну, которые под триста ехать могут?
— А, ты про эти-то? Там Туман уже вето на них наложил. Сказал, что пока не продавать никому. Две Хонды Р1, Две Сузуки Хаябуцы и Кавасаки Ниндзя АШ 2, это вообще дура. Тут у меня парнишка есть, спец по мотикам этим. Он как его увидел, аж затрясся весь. Сначала сказал, что это гражданская версия, 200 лошадей, потом разобрались и оказалось, что он с 2- скоростным турбо надувом, 310 лошадей.
— Охренеть, — обалдел я, — как же он едет?
— Он не едет, он летит. Этот парень так и сказал — от 400 до 500 километров в час можно попробовать на нём выжать. Туман все эти мотоциклы сказал починить, но пока не продавать и вообще убрать их на дальнюю полку.
— Зачем это?
— А где тут на них ездить-то? Асфальт сделайте, а потом мы их уже по максимальной цене и продадим. Сейчас те, кто у нас производством резины занимаются, мутят там что-то с колёсами, там для таких скоростей другой состав резины нужен. Да и машин спортивных всё больше и больше появляется. Тем более, что в городе уже знают про то, что у нас тут скоро асфальт будет, а значит, и скорости возрастут, и гонять будет народ. Вот они и сидят там, химичат что-то.
— Точно, — согласился я с дальновидностью Тумана, — когда будет, где на них так быстро ездить, то уже и ценник можно будет другой ставить.
— Вот-вот, — согласно закивал Игорь.
— Только Бондареву нашему хлопот прибавится, — улыбнулся я.
— Полицейскому-то? Это почему?
— Гаи надо будет делать, — ответил я, — чтобы по городу не носились, как угорелые. А значит, им тачки нужны будут одинаковые и мощные. Тут у нас тихоходных машин мало, все как-то предпочитают помощнее покупать. А с той соткой машин что? Ну, которые градом побитые были?
— Проданы давно, — махнул рукой Игорь, — покрасили, стёкла вставили и в салон. С поставками машин проблем нет, сам видел наверняка, что под навесом машин битком для восстановления, работай только с ними. Запчастей тоже много. Мы сейчас думаем ещё два ангара строить для машин из облака-разборки. С ними попроще всё-таки работать, чем с современными. Да и ребят, кто их знает, побольше у нас есть. Тут в начале той недели сразу три мужчины пришли, свежеприбывшие, как говорится, они в том мире как раз и ремонтировали такие. Один из них вместе с машиной своей провалился, а у него ноут, как у Славки нашего, и там инфы куча, плюс кое-какое оборудование для диагностики.
— Ну так и делай его директором по этому направлению. Если он человек нормальный.
— Уже сделал, — улыбнулся Игорь.
— Саша, приём, — зашипела моя рация голосом Сливы.
— На связи.
— Мы Георгича нашли.
— Где вы?
— В беседке.
— Иду уже, — ответил я и протянул руку Игорю, — спасибо за экскурсию, пошёл я.
— Давай, Саня, решай там с дорогами. По асфальту тут у нас все соскучились, удачи вам на переговорах.
