— И как там?
— Всё очень круто и серьёзно. В таких находятся либо засекреченные институты, либо склады военного назначения глубокого залегания, а в них может быть всё что угодно. Начиная от тяжёлой техники и заканчивая продуктами питания длительного хранения. Но, — Туман поднял вверх указательный палец, — если бы там была тяжёлая техника, то мы бы с ней уже столкнулись, продукты питания тоже отпадают скорее всего, не зря же бандиты на машины с продуктами нападают, либо там частично что-то есть, мука там например, тушенка, макароны.
— Ну да, — кивнул я.
— Значит, это какой-то институт, — вздохнул Туман, — а вот что там в нём исследовали или разрабатывали? — он резко замолчал, уставившись перед собой, но ход его мыслей я понял.
— Ты помнишь, как в той пещере было? — спустя минуту спросил он у меня. — Там всё дублировалось. Каждая дверь, мебель, оборудование. И вот это меня пугает больше всего. Если там в горах полная ксерокопия базы из нашего мира, то это пипец какой секретный институт. Построить его в горах, — Туман покачал головой, — да и этот замаскированный въезд о многом говорит, и наверняка он не один, плюс есть несколько выходов для людей. Так называемые лазы. Ты сам прикинь. Грузовик, фура, — Туман развёл руки в стороны, — значит большие сдвижные ворота, замечательно замаскированные, значит двигатели, которые их открывают и от чего-то питаются, коммуникации, система пропусков, значит охрана и оружие. Много мы из облака таких винтовок пятидесятого калибра привезли?
— Не-а, — отрицательно покачал я головой.
— Вот, а тут Баррет, и сразу две штуки, — Туман снова вздохнул. — Эта штучка редкая, и не наше Российское производство. Вот и задаю я себе вопрос, что там за склад вооружения, и насколько он большой. И почему там иностранные аналоги оружия?
Млять, Туман прав, всё верно. Не простая эта пещера по сравнению с той, ох не простое там место.
— Эх, не сообразил я у этого пленного бандита спросить, которого мы вчера на шоссе грохнули, — с досадой сказал Туман.
— Чего спросить?
— Помнишь, он нам говорил, что когда их в скалы эти привезли, ну когда они по нам стреляли, к ним три человека приехали с тёплой одеждой.
— Помню.
— Одежда чья? Наша? Вернее из Киженя, купленная уже тут? Или своя? Военная, например.
Млять, точно. Вот же блин.
— Потом труп этот в больнице с пальцами отмороженными. Значит, выходил он на поверхность в сильный мороз. Зачем? Перебегал из вагончика в вагончик? Маловероятно, может, коммуникации какие проверял?
— Да, млять, Валер, накидал ты загадок, я уже всю голову сломал, — честно признался я.
— Вот тот-то и оно, Сань. Надо быть очень осторожными. Пойду-ка я с Димой свяжусь ещё раз и скажу ему все свои мысли по этому поводу.
Туман ушёл, а я остался один. Слива с Кирпичом сидели неподалёку и о чём-то тихо переговаривались. Они вообще у меня молодцы были, да вся личка. Ненавязчивые такие ребята. Знают, когда меня лучше не трогать.
И что же мы в итоге имеем с этой пещерой? А хрен его знает, если честно. То, что там секретов до хрена, я уже понял. Туман прав, ворота, оружие, камеры. Вот же млять этот мир, полон загадок и неожиданностей. Непонятно что ждать, к чему готовится. Мы тут уже не раз убеждались в том, что нас могут встречать самые неожиданные препятствия в виде зверей и природы. Взять бы хотя бы этот оазис с птицами, с этим притяжением. Вон неделю назад ребята приехали, которые там два месяца жили и работали, на базе нашей рядом с ним. Занимались добычей лиан и семян. Так мы, когда их увидели, обалдели — у ребят стал нереальный рельеф мышц и тела. Такое ощущение, что они там круглые сутки в качалке сидели, железки тягали. Оказалось нет, это так притяжение на них подействовало. Там же всё тяжелей, а они по два-три раза в день туда ездили, вот и считай, что каждый раз занимались.
Даже Туман, скупой на похвалу, и то сказал, что ребятки набрали неплохую форму. Да я и сам помню этих ребят, когда они ещё обычные были. Я бы конечно не сказал, что они тощие были, крепкие, но когда я их через два месяца увидел, то, конечно, прибалдел. Мышцы, и хорошие мышцы, были отчётливо видны.
Большой, который раньше тоже занимался тяжёлой атлетикой, сказал, что у них развиты все части тела. Видя, что мы его особо не понимаем, объяснил. Очень часто те, кто ходят в качалку, редко качают ноги, это очень хорошо видно у тех, кто занимается минимум полгода. Тело, руки начинает расти, а ножки либо не качают, либо качают очень редко, вот и болтаются на крупном торсе тонкие ножки, которые на таком теле смотрятся очень комично. А у этих ребят развито всё. Там-то, в этом оазисе с птичками, ножками ходить надо и таскать всё на себе, вот и развивались у них все группы мышц. Да и плюс их Грач на полосу препятствий загнал, они там у всех выиграли. Выносливость и дыхалка развились очень сильно. Вот так, без видимых усилий, ребята сделали себе фигуристое тело, к которому некоторые идут годами. Не качки переростки, такие сухие, поджаристые фигуристые тела. Девки точно в восторге от них будут.
Самое интересное то, что сразу несколько ребят стали просится у Грача отправить их туда хотя бы на месяц. А эти новые качки их ещё подначивают, типа давайте, у нас даже система питания уже разработана. Результат уже через три недели будет заметен.
Тут у меня зазвонил сотовый, отвлекая меня от своих мыслей.
— Да, Алексей, — ответил я, увидев на входящем имя нашего главного полицейского.
— Добрый вечер, Александр, говорить удобно?
— Да, вполне, слушаю вас.
— Буду краток как обычно. Я слышал, что несколько дней назад ваших девочек хотели похитить.
Я прям напрягся немного.
— Ну, было дело.
— И там была тачка, белая Октавия?
— Нашли? — с надеждой спросил я. Дима тоже своих шпионов озадачил на поиски этой машины, но пока все их поиски были безрезультатны.
— Да, нашли, — обрадовал меня Бондарев, — в районе старой промышленной зоны патруль нашёл эту тачку, а рядом с ней типа, который заботливо снимал с её брезент. Полчаса назад они его приняли. Ориентировка у них была, вот они его под белые ручки упаковали и привезли в полицейский участок, ну и тачку тоже пригнали. Она у нас тут во дворе стоит, есть желание его увидеть?
— Огромное, — не стал я скрывать.
— Ты спать-то во сколько ложишься?
— Да поздно бывает, — пожал я плечами, — а что?
— Я просто хотел бы присутствовать на его допросе тоже, но сейчас мне надо на совещание в мэрию.
— Так поздно? — я автоматически посмотрел на часы, время почти семь вечера.
— Ох, Саш, — отчётливо вздохнул он в трубку, — наша служба и опасна, и трудна. Короче, как с совещания выйду, наберу, подъезжай в участок. Никуда он оттуда не денется, а одного я тебя к нему не пущу.
— Я буду себя хорошо вести, — попытался я разжалобить Бондарева.
— Ага, щас, — услышал я его смех, — ты или твои головорезы ему фейс обязательно подравняют. Нет Саша, только со мной, скажи спасибо что я вообще тебе сообщил.
— Спасибо, — сдулся я, буркнув ему в трубку.
— Короче, через пару часов жди звонка и подъезжай, — повторил Бондарев и отключился.
— Всё нормально? — спросил появившийся как из-под земли Туман.
Я ему передал свой разговор с Бондаревым. Туман только хищно оскалился, потёр свой кулак и за чем-то улыбнулся. И вот почему-то именно после его улыбки, у меня мурашки по спине побежали. Всё-таки Бондарев прав, мы бы там этого водителя или бандита, кто он там есть, точно на запчасти разобрали. А при Бондареве точно себе такого не позволим. Бондарев хороший мужик, я его уважал. Строгий и справедливый. Дело своё знает очень хорошо. Мы все уже неоднократно убеждались, что он точно сидит на своём месте. С ним и не забалуешь, и меру он знает, и не наглеет.
Глава 15
В 10 вечера раздался звонок. Честно говоря, я уже думал, что Бондарев про меня забыл или просто устал на этом совещании и решил отложить наш разговор с этим человеком до завтра.
