— Вот их дом, — сказал Слива, когда мы остановились на краю города около небольшого частного дома, сверяясь с адресом на листочке, — точно, тут эти Годзиллы живут.
В доме на первом этаже был включён свет. В двух соседних домах света не было. Время 11 вечера, надеюсь, соседи крепко спят или, что ещё лучше, их вообще дома нет. Двинулись дальше по дороге и подъехали к этому дому с хакерами сзади, с чёрного входа. Выбрались из машин и собрались в кружок.
— Значит, так, — начал говорить Клёпа, — захват производим мы, никому не орать. Котлета, не вздумай свою бензопилу завести, и по кликухам друг друга не называйте. Входим, пакуем ребятишек, мешки на голову и в багажник, везём за город, там уже можно поговорить, как хотите. Всем всё ясно?
Все кивнули, а Котлета шумно выдохнул. Я так предполагаю, что он собирался с работающей бензопилой к ним в дом ворваться. Да Клёпа его обломал. О, улыбаться начал, видимо что-то придумал. Точно, стоит лыбится, как маньяк.
Быстро перемахнули через ограду, потихоньку подошли к окну, в котором горел свет.
— Двое сидят, — шёпотом сказал нам Клёпа, быстро заглянув в окно, — тощий и жирный, оба за ноутбуками и чё-то жрут, пиццу, кажется. Слива, шумку свою оставь, пригодится ещё, есть другая идея, мы в дом проникнет и этих свяжем. Мушкетёры, вы сзади идёте. Пошли.
Подошли к чёрному входу, дверь оказалась даже не заперта. Нацепили маски, мушкетёры свои страшные маски натянули. Слива толкнул дверь, и вот мы внутри. Из комнаты, в которой сидели эти двое хакеров, доносились звуки стрельбы и звуки клавиатуры. В стрелялки играют, засранцы.
— Твой толстый, мой тощий, — прошептал Клёпа Колючему, — работаем.
Я даже глазом моргнуть не успел, как Собровцы метнулись в комнату к этим двоим.
— Лежать, уроды! — негромко стали кричать Клёпа с Колючим.
Войдя следом, я увидел, как оба Собровца подбежали к сидящим за столами и увлечённо играющим молодым парням. Сначала врезали по спинке стульев, да врезали так, что обоих хакеров кинуло на стол, толстый врезался башкой в экран компьютера, где маячил большой кровавый монстр. Затем схватили их за волосы и буквально сдёрнули со стульев на пол.
— Ааааа! — заорали оба пацана уже лёжа на животе на полу.
— Заткнулись быстро, — рявкнул Паштет, я его по маске узнал, и рядом с головой тощего пацана в пол воткнулась кувалда, точно такая же опустилась рядом с башкой толстого.
Клёпа с Колючим уже сидели верхом на лежащих и связывали им руки за спиной.
— Вы чего, ребята? — запищал толстый.
— Тебе сказали заткнуться, — схватив его за волосы и пару раз ударив башкой об пол, зашипел на него Котлета, свою бензопилу он оставил в машине.
Тем временем, Паштет с Упырём уже принялись громить кувалдами комнату. Сначала они разбили оба ноутбука, потом столы, затем шкаф, оба крушили мебель только в путь. Ну а я-то чё стою? Я тоже хотел повеселиться. Слива вон уже шкаф отрывает от стены, и тот с диким грохотом упал на пол. Второй шкаф и полки мои. Их я просто прикладом автомата разбил. Млять, мушкетёры уже вещи по комнате раскидывают, Упырь направился на кухню, и оттуда раздался звон посуды. Собровцы поставили на колени хакеров, и те с большими от ужаса глазами наблюдали, как мы переворачиваем вверх дном этот домик. Оба ничего не понимали, у них только лица белые от страха были.
— Шевельнётесь или пикните — горло перережу, — приблизившись к уху тощего сзади, зашипел Колючий и приставил к его шее огромный тесак.
Клёпа оказался изобретательней, он сначала перед глазами толстого ножом покрутил, а только потом к шее его приставил:
— Весь жир тебе выпущу, если пикнешь, — отвешивая подзатыльник, сказал ему Клёпа.
Тем временем мушкетёры, судя по звукам, разгромили кухню, а потом начали дырявить кувалдами стены. Вот они им зачем оказались. Один Котлета метался по комнате, не зная, чем заняться, я уже все вещи раскидал со Сливой, и тут Котлета, походу, увидел цель, он метнулся в ванную, оттуда раздался звук чего-то разбиваемого, затем к нам сюда вылетел вырванный с корнем умывальник, а за ним и толчок. И то и другое быстро оказалось разбито кувалдами. Потом Упырь метнулся в ванную и, судя по звукам, разбил ванную.
— Хватит, — громко сказал я, — уходим, этих двоих с собой.
Обоим бледным хакерам на головы тут же надели плотные мешки, и Собровцы, дёрнув их за связанные сзади руки, рывком поставили на ноги.
— Ааааа, — снова заголосил кто-то из них.
Тут же обоим прилетели мощные удары кулаками под дых, а Слива орущему ещё по ушам своими ладонями хлопнул. Крик тут же стих, а этих двоих скрючило, и толстый, не выдержав удара, повалился на пол.
— Поднимайся, жиртрест, — зашипел Клёпа и врезал ему пару раз ногой по туловищу. — Взяли, — сказал он подбежавшему Котлете. Они подхватили толстяка под руки и потащили к выходу.
Перед тем, как выйти из дома, я огляделся. Нда, вот оно выражение, Мамай прошёл. Всё разбито, раскурочено, все вещи и битая посуда валяются на полу. А из ванны, кажется, вода начинает выбегать, сейчас ещё и затопит всё. Котлета нашёл какие-то крупы на кухне и обильно их везде рассыпает.
— Толстого в легковушку в багажник, — короткого сказал я.
Жирного тут же засунули в уже открытый багажник, предварительно врезав ему несколько раз, куда попало, кулаками, связали ноги скотчем, тощего в багажник патруля, тоже врезали несколько раз и так же связали ноги.
Глава 10
Через пятнадцать минут езды мы были уже в километре от города около скал. Хакеров выдернули из машин, отволокли к скале, поставили на колени. Врубили дальний свет, сами встали около машин. Слива быстро разрезал им верёвки на руках и перерезал скотч на ногах, ну и мешки с голов их сдёрнул.
Оба хакера стали щуриться от яркого света фар.
— Жирный обосрался, — просветил нас подошедший Слива, — тощий штаны намочил, пока не обосрался.
— Щас всё будет, — услышали мы сзади голос Котлеты, и тут же завелась его бензопила.
Твою же мать. В свет фар шагнули трое мушкетёров. Упырь с Паштетом с огромными тесаками шли по бокам, а Котлета шёл с работающей бензопилой наперевес прямо на двоих пацанов. Оба молодые, лет по 20 с небольшим.
— Не убивайте! — заорал толстый и плюхнулся на колени.
— За что? Что мы сделали? — закричал, срывая связки, тощий, бухнулся на живот и стал руками и ногами молотить по песку. Всё, истерика началась.
— Глуши, — крикнул я спустя десяток секунд, когда Котлета уже практически приблизился к толстому.
Бензопила стихла. Тощий прекратил биться в истерике и быстро отполз к скале, следом с проворностью какой ящерицы подполз толстый.
— Им ноги сначала отпилить или руки? — басом спросил Котлета.
— Не надо, пожалуйста, не надо — залепетали оба, пытаясь вжаться в скалу.
— Вы действительно не понимаете, за что вас сюда привезли? — грозно спросил я.
— Нет, нет, правда, не понимаем, — снова заголосили оба.
— Серваки кто по всему городу рушил?
Судя по тому, как оба дёрнулись, попал я в точку.
— Вы своими хакерскими атаками много проблем серьёзным людям доставили, — продолжил я. — Они информацию потеряли, время своё, сейчас это всё восстанавливать надо будет. Взять с вас в качестве компенсации нечего, дома у вас бомжатник.
— Кроме вашей жизни, — добавил Клёпа. — Сейчас грохнем вас и бросим тут на съеденье диких животных. Или вы думали, что назвались Годзиллой, и вас все бояться будут? Или не найдёт вас никто? Это вам не тот мир, где с хакерами сложно бороться. Вас грохнем — другим уроком будет.
— Можем даже вам сначала ноги отрезать, и вы посмотрите, как их гиены жрать будут, — зловеще захохотал Колючий.
Снова взревела бензопила.
— Мы больше не будем, — заорали оба так, что звук бензопилы утонул в их крике. Я махнул Котлете, и он заглушил бензопилу.
— Что вы больше не будете? — спросил я.
— Не будем больше серваки рушить и вирусы засылать, — быстро заговорил тощий.
