Минут через двадцать неспешной езды мы уже заезжали на территорию сервиса семейства. Над воротами висит большая табличка «Ремонт любой сложности технической части Мерседесов всех годов выпуска»
А неплохое такое место, чистенько везде, хлама различного на территории нет. Стоянка небольшая, на ней же и Гелик с номерами «Кирпич» стоит. Рядом Мондео, Гольф 5 красный, чуть дальше 124 серебристый, два мерина в 140 кузове стоят. У одного из них открыт капот и там копается человек в комбинезоне, рядом стоит ящик с инструментами. Дальше небольшой бокс, на подъёмнике висит ещё один мерин в 220 кузове, под ним ещё один парень крутит что-то в подвеске.
На улице на специальном стапеле разобранная коробка передач, и около неё сидит и копается в её недрах глава этого семейства, его я сразу узнал.
Услышав заезжающие к ним во двор машины, все трое прекратили работать и уставились на нас. Терпеливо дождались, когда мы аккуратно припаркуемся. Мне вот интересно, они больше смотрели на Булата или Восьмёрку? Не, на Булата, вон как двое сыновей этого мужика дёрнулись, когда волх из окна восьмёрки выпрыгнул и тут же уселся на задницу. Всё-таки его внешний вид внушал уважение и страх. Здоровая лохматая хреновина сидит и смотрит на тебя, словно оценивая, на один ты зубок или на два будешь. Мы со Светой хоть и вычёсываем его периодически, но он, всё равно, пушистый и здоровый. Килограмм 70 уже точно весит, во мне, блин, 74 кило веса всего. А ведь он ещё будет расти, жрёт как слон. Но прикольный он всё-таки у меня.
— Вот это псина, — услышал я голос одного из них, когда вылез из-за руля.
— Привет, мужики, — громко поздоровался я, — и это не псина, это Волх, разновидность местных животных, зовут его Булат.
— Добрый день, Александр, — обрадовано произнёс этот мужик, а я опять забыл, как его зовут, и тем более не помню, как зовут его сыновей. Ну вот не запоминаю я имена, лица помню, а на имена у меня туго.
— Не сожрёт? — с опаской спросил младший, кивнув на Булата.
— Дразнить не будете — не сожрёт.
— Надо больно, — ответил тот и сделал на всякий случай шаг назад.
— Булат, рядом, — тот послушно подошёл ко мне.
Обменялись рукопожатиями с этой троицей. Отец ни капельки не боялся Булата, даже по голове его умудрился погладить, предварительно вытерев руки тряпкой, а вот сыновья его одним глазом на меня смотрели, а вторым на Волха. Тот так и сидел со мной рядом, высунув и язык внимательно наблюдая за чужаками, типа попробуйте только рыпнуться, вмиг горло выгрызу. Да уж, я бы мне кажется, тоже очковал.
— Булат иди в тенёк, — видя, как напрягаются ребята, сказал я ему.
Тот сразу же развернулся и пошёл лёг в тень от Кадиллака.
Братья облегчённо вздохнули.
— Оттуда или тут уже сделали? — кивнул мужчина на восьмёрку.
— Тут сделали, внешне только кузов, остальное всё от гольфа.
— Красиво смотрится, — похвалил мою тачку один из его сыновей.
— Вы за Геликом наверное? — спросил отец этих ребят.
— Да, Кирпич наш пока не может приехать.
— Принеси ключи от тачки, — кивнул он одному из своих сыновей.
— Сколько с нас? — спросил Клёпа.
— С вас по-свойски, 200 лин, — улыбнувшись, ответил мужик.
Принесли ключи, Клёпа отдал ему 200 лин.
— Глюк нашли, всё устранили, — отдавая ключи от гелика, сказал младший, — пусть катается на здоровье.
— Как у вас дела-то? — спросил я, пока Клёпа с младшим направились к мерседесу Кирпича. — Вижу, клиенты у вас есть, — кивнул я на стоящие тачки. Там, кстати, в боксе ещё два мерина торчали, просто их снаружи особо не видно.
— Да, неплохо, — ответил мужчина. — Клиенты пошли, сами видите. Стараемся, зарабатываем имя. Спасибо вам, Александр, ещё раз за инструмент, вы нас тогда очень сильно выручили. Деньги мы уже отдали закупщику вашему за него. Он передал вам?
— Да, всё нормально, — поспешил я его успокоить. Виктор сразу сказал, что они рассчитались с нами за инструмент и оборудование. Только я в тот момент ещё не знал и не понимал, что у нас у самих проблемы с этим самым инструментом начнутся. Ну что же теперь, не отбирать же его назад.
— Нужна будет помощь в ремонте меринов — обращайтесь в любой момент, — произнёс мужчина, — с удовольствием поможем.
Мы, когда сюда сейчас ехали, я думал предложить им на нас поработать, привезти им сюда те детали, которые сделать необходимо, двигатели, коробки передач и платить им по их тарифу. И нам хорошо, всегда будут запчасти восстановленные, неплохо причём восстановленные, и они заработают. Но сейчас вижу, что у них в клиентах нет недостатка, так что не буду их напрягать, сами справимся.
— Буду иметь в виду, — улыбнулся я. — Ломаются тачки-то? — показал я на мерседесы в боксе. — Мы, вроде, стараемся, ремонтируем на совесть.
— Да тут не в вас дело, — махнул рукой мужчина, прикуривая сигарету. — Этот притащили волоком, — показал он на серебристый 220, висящий на подъёмнике. — Меньше на нём надо было пятаки крутить. Спалили все фрикционы в ноль. Ему просто хорошо под задницу давали, очень хорошо. Это не 140, — кивнул он на Кабанов около забора, — там всё гораздо лучше и надёжнее, — а на 124 вообще коробки вечные, если аккуратно ездить. У Кабанов больше проблем с электрикой бывает, чем с механической частью, хотя она тоже достаточно надёжная, руки надо просто прямые иметь, а не лезть туда с пассатижами и изолентой.
— Да, — вздохнул я, — специалистов, в кавычках, везде хватает.
— Да не то слово. Притащили тут к нам одного на галстуке, ремонтировали ему мотор в гаражах, 500 километров проехал, и опять мотор клина поймал. Вскрыли, а там, мама моя! Ну и давай у владельца спрашивать, кто ему так мотор перебрал, а ведь он к нам приезжал, мы ему стоимость объявили, он сказал что дорого, поехал к какому-то дяде Васе в гараж, вот ему этот дядя и перебрал дешевле, только мотора на 500 км хватило. Съездили мы к этому дяде Васе ради интереса, — мужчина засмеялся, — глянули на его гараж «чиню всё, знаю всё, а вы все сопляки».
— Понятно, — кивнул я, — везде был, всё знает.
— Ну, типа того.
— Скупой платит дважды.
Сзади, шурша шинами по мелкой щебёнке, подкатил Гелик с сидящим за рулём Клёпой. Следом подошли сыновья моего собеседника.
— Ну, нам пора, — протянул я руку владельцу всего этого хозяйства. — Хороших и богатых вам клиентов.
— Спасибо, — расплылся тот в улыбке, — и вам того же.
Попрощались с его сыновьями, залезли в тачки и выехали со двора. Я Булату, как какому президенту, дверь открыл. Он нехотя посмотрел на стоящую троицу, прищурив глаз, словно снова оценивая, а потом залез на правое переднее сиденье и, когда я закрыл дверь, снова высунул свою голову в открытое окно.
Снова мы уже на трёх тачках не спеша катимся по городу. Народу везде куча, тачек полно. О, указатели появились, я только сейчас внимание обратил. И большие и маленькие синие указатели, к которым мы все так привыкли в том нашем мире. Прикольно, туда одна улица, сюда поворот на другую.
А вот и заезд в мастерскую этого Смирнова. Ух ты, на воротах установлен трафарет Хот-Рода. Просто взяли лист железа 4 на 2 где-то и из него вырезали машину. А красиво смотрится. И вывеска чуть ниже. «Хот-Роды Смирнова» Заезжаем на территорию, слева стоянка. На ней около десятка различных машин, легковушки, джипы. Либо работников, либо посетителей. Походу магазин для Хот-Родов этих, огромная витрина, в ней виднеются пару двигателей, руль, несколько колёс с белой окантовкой, как раньше модно было. Там внутри ещё какие-то тачки стоят, толком не видно, стекло бликует. Само здание магазина небольшое, ну как небольшое, может 20 на 20 или чуть меньше метров.
— Ну чё, пошли внутрь? — спросил Слива, когда мы припарковались на стоянке и собрались около моей восьмёрки. На Булата я одел поводок, не хочу его тут оставлять. Украдут ещё, ха-ха.
Я кивнул, и мы направились к входу. Дзинькнул колокольчик, в лицо дыхнула приятная прохлада.
