Мы все стояли и смотрели, как наши пацаны на плоту плывут над водой в сторону тех двух плотов.
– Оружие наготове держите, – негромко сказал им Туман, – мало ли чего они там задумали. Если что, прыгайте в воду, мы вас прикроем.
– Да всё путём будет, – тут же отозвался Маленький, – не думаю, что они на нас напасть хотят.
Большой плот подплыл к двум другим, и некоторое время они висели неподвижно. Затем с трёх плотов в воду полетели камни на верёвках, ага, якорь скинули.
– Походу, они хотят нам помочь достать всё из машин, – неожиданно раздался в рации голос Сливы, – они тут балакали между собой, старший их всё в воду пальцем тыкал.
– Я пошёл, – тут же сказал Казак и, обхватив камень, который он, скорее всего, взял у туземцев на плоту, прыгнул в воду.
– Я тоже, – поддержал его Винт и так же нырнул.
Мы их все очень хорошо и слышали, так как Маленький громкость своей рации на полную выкрутил, и видели в прицелы на оружии и бинокли.
Следом за ними нырнуло человек 5 туземцев, каждый с камнем в охапку.
– Водолазы, млять, – хихикнул Клёпа.
Чуть больше, чем через полторы минуты, над водой показались головы.
– Винт и Казак всплыли, – тут же доложил Маленький. Затем несколько секунд тишина и очередной доклад: – Пацаны говорят, что они в тачки наши полезли за барахлом. Казак цинк достал.
Тут же я увидел, как туземцы помогают нашим ребятам забраться на плот. Всё-таки он на полуметровой высоте над водой висит, это вам не лодка. Спустя две с небольшим минуты стали всплывать и туземцы.
– Пошли вещички, – радостно произнёс в рацию Маленький.
Казак с Винтом опять нырнули, следом за ними аборигены.
Глава 4.
– Да уж, – вздохнул я в который раз, рассматривая лежащую на берегу кучу наших вещей. Туземцы ныряли около двух часов, к ним так же присоединились наши пацаны. Аборигены даже наладили что-то типа рейсов с берега к месту утопления машин. В итоге через два часа с небольшим, они из наших тачек всё достали. Вот я сейчас и сидел на бережке, на песочке и рассматривал, как наши пацаны шустренько разбирают вещички, тут же всё выжимается, сушится, оружие чистится.
Туземцы припарковали свои плоты чуть в сторонке и уже занимаются разведением костров, некоторые из них, пока остальные занимались дайвингом, наловили рыбу, вон как они её шустро чистят своими кривыми и не пойми из чего сделанными ножами. Они весело переговариваются, нет-нет, но бросают взгляды на нас, но враждебности от них я точно не вижу.
– Как думаешь, – спросил я у рядом сидящего Тумана, – почему они нам помогли достать всё со дна озера? На добрых монахов они точно не похожи.
– Да хрен его знает, – пожал Валерка плечами, ковыряя песок своим ножом, – просто решили помочь. Думаю, ты прав, они видели, как мы стреляли по динозаврам, прыгали в воду, потом наверняка наблюдали, как мы собираем там наверху своё барахло, и как Казак с Винтом ныряли в воду. Это мы практически дети асфальта, а они в этих лесах всю жизнь живут.
– Подойдут так, что и не заметим, – перехватил разговор Грач, – тем более на этих летающих плотах. Как же они всё-таки движутся-то, млять?
– Сейчас узнаем, – улыбнулся я, кивая на опять торчащие ноги Геры из-под одного из плотов. – Вон, залез уже, щас он нам всё скажет. И местные, походу, не препятствуют ему, смеются только.
– Крот тоже там, – добавил Туман, – с другой стороны.
– Нам бы отблагодарить их надо за помощь как-нибудь, – сказал я, – всё-таки они нам помогли вещички достать и стволы. Вы видели, как они долго под водой могут находиться? Наши так никто не смог, мы бы до вечера копались, – я посмотрел на часы, – хотя уже и так почти пять вечера.
Наши командиры покивали, соглашаясь со мной.
– Да вот это и надо подарить, – крутя в руках свой нож, сказал Грач, – вы сами видели, какой хлам у них.
– Не применят-то они их против нас? – недоверчиво спросил я, покосившись на нож.
– Да нет, не думаю. Хотя больше чем уверен, что нет. Что им это даст? С нашим оружием и машинами они всё равно не справятся, да и не разберутся. Они хоть и дикари, а кукушка варит. Вон как на нас пялились, на одежду нашу, на машины, тут у любого в башке мысли придут, что у нас можно чему-то научиться. Ну и мы на стрёме будем, до конца расслабляться точно не стоит.
– Это уж я организую, – с самым серьёзным видом сказал Грач, – пацаны вон наши особо близко к ним не подходят, да и они вон в сторонке от нас держатся.
– А у нас есть столько ножей-то с мачете? – недоверчиво спросил я.
– Ха, – усмехнулся Туман. – Саша, ты забыл что ли? У каждого из нас по два-три ножа и по паре мачете. Плюс мы ещё что-то из грузовика подняли и наверху нашли, динозавры не всё раздавили.
Точно, ступил, у меня у самого два ножа, один маленький в ножнах, мачете правда одно, но его мне как-то жалко отдавать, а вот нож, который у меня висит на правом боку можно. Даже не нож, это ножище.
Тот наш кузнец, который в Таусе занимается ковкой таких ножей и мачете, оказался очень талантливым человеком, руки у него растут, откуда надо, плюс у него появились ещё несколько помощников и парочка талантливых художников, которые на бумаги рисовали ему всякие ножи, мачете, тесаки. И из Киженя пару кузнецов к нам переехали и открыли Кузню.
Каждый уважающий себя мужчина в Таусе считает своим долгом купить такое холодное оружие. Многие из них были настоящими произведениями искусства. Взять, например, знаменитый нож, как у Рембо в кино. Так вот такие и немного видоизменённые были у многих. Я, когда первый раз в магазин с таким холодным оружием зашёл, просто в небольшой ступор впал. Ну такие там красивые клинки висят: с зубчиками, с зубьями, с прекрасной балансировкой, заточкой, с канавками для стока крови. По клинкам видно, что при ковке в них вкладывали всю душу. Но оно того стоит.
Вот и покупали мужчины себе такие ножички. Пусть многие из нас и не охотники, но вот, например, у парочки наших ребят дома я видел висящие на стене ножи, сабли, мечи и так далее. Красивые штучки, очень красивые.
– Согласен, – кивнул я на предложение Тумана. – И мне очень интересно посмотреть, где, как и чем они живут. И нам надо обязательно узнать, как у них эти плоты, мать их так, парят. Нам такая технология ой как пригодится. Крот мне уже все уши про этот пропеллер сзади прожужжал. Но сначала ножи, а потом потихоньку узнаем, как и что у них.
– Мужики, – громко крикнул, вставая с песка, Туман, – надо аборигенов отблагодарить, есть предложение, подарить им по ножу или мачете.
– Я за, согласен, поддерживаю, – тут же посыпались ответы от наших пацанов.
– Кто готов отдать один свой нож или мачете, подойдите ко мне! – снова крикнул Туман. – Их 14 человек, нужно такое же количество железок.
Через пару минут на брезенте перед Туманом лежали 14 различных единиц холодного оружия. Аборигены с интересом смотрели за нашими движениями.
– Думаю, надо вот этот, – Туман взял с брезента нереально огромный нож с зубьями, – подарить их старшему. Остальные методом тыка, разыграем.
– Как это? – спросил Кирпич.
– Эй, уважаемый! – крикнул Туман. – Да-да, ты, – ткнул он пальцем в их старшего, – иди сюда.
Туземец поднялся от костра и направился к нам, следом за ним отправились все остальные его сородичи. Мы так же стояли небольшой кучкой, ну как небольшой, нас же 25 человек. Небольшой явно не получится, но мы полукругом встали.
Абориген со своей командой подошёл к нам и остановился. Глаза всех его мужчин тут же впились в лежащие на песке холодное оружие. Мы им решили и ножны отдать, и несколько точил, нечего такие красивые штуки об камни портить, ну, когда точить будут.
– Ты, один хрен, меня не понимаешь, – вздохнул Туман, нагибаясь и беря этот большой нож, – это тебе, короче, – протянул Валера нож.
