Лир
Ты говорил! А понял ты меня? Глостер
Да, государь. Лир
Вот надо как сказать: Король желает говорить с Корнуо?лом, С родною дочкой — любящий отец, И ждет ее услуг. Сказал ты это? Нет! Жизнь и кровь моя! Скажи, скажи Неукротимому… постой, не надо. Действительно, он болен, может быть, И многое простительно болезни. Мы сами не свои, когда душа Томится всеми немощами тела. Я погожу. Я слишком был горяч И не подумал. Было безрассудно Слова больного принимать всерьез. Однако погоди. (Глядя на Кента.)
Какого черта Сидит в колодках этот человек? Нет, их отъезд сюда — одна увертка. Освободить его! Ступай, скажи Ему и ей, что я хочу их видеть Немедленно, что я им приказал Прийти для объяснений, а иначе Я барабанить в спальне прикажу Так, чтоб скончались спящие от страха. Глостер
Ах, если бы все кончилось добром! (Уходит.)
Лир
Как больно бьется сердце! Тише, тише! Шут. Прикрикни на него, дяденька, как стряпуха на угрей, которых она живьем запекала в тесто. Она щелкала их палкой по головам и кричала: «Не высовывайтесь, проказники!» А ее брат так любил свою лошадь, что кормил ее сеном с маслом.
Входят герцог Корнуэльский, Регана, Глостер и слуги.
Лир
Привет вам, дети. Герцог Корнуэльский
Здравствуйте, милорд. Кента освобождают.
Регана
Я рада вашей светлости. Лир
Еще бы! А то б я должен был расторгнуть брак С могилой матери твоей, хранящей Обманщицы останки. (Кенту.)
