Том 1. Стихотворения, статьи, наброски 1834-1849

Я мою Лору. О! она была
Прелестней неба. Ожил я. Мне снова
Приветно улыбнулась жизнь.
Я полюбил. Но не хотел творец,
Чтоб я ее, нечистый, осквернил,
И взял к себе на небо. И я понял
Здесь божий перст. И с той поры к нему
Я бросился с любовию в объятья,
Как сын к отцу. И стал я снова жить.
Узнал я сон и сладость быть слугою
Того, кто создал необъятное одним
Всесильным словом. И с тех пор я здесь,
Мне здесь отрадно.

Стено

   О Антонио!
Я жил не так, как ты. Я мирно
Провел те годы, где ты бурно жил.
Молчит у меня совесть. И ты видишь,
Как я страдаю. Я скажу тебе
Мое проклятье. О старик, старик!
Молись, да не постигнет и тебя
Оно, старик, это сомненье.

(Уходит.)

Антонио

     Стено…
Он уж ушел. Как много силы в нем!
Как много в нем страданья. В нем творец
Нам показал пример мучений
Людей с могучею душой, когда
Они, надежные на свои силы,
Одни пойдут навстречу мира
И захотят его обнять.

Явление второе

Комната Стено.

Стено

(один)

Мне легче, всё, что в моей груди
Я горя и страдания носил,
Я вылил в грудь чужую. Этот старец —
Он меня понял. О, по крайней мере
Я буду знать, что есть под этим небом
Одно живое существо, кому
Я, может быть, могу себя доверить.
До этих пор мои страданья я
Безмолвной ночи доверял. О, если б
Она могла пересказать всё то,
Что здесь

(кладя руку на грудь)

  лежит, как камень на могиле,
Ей люди б не поверили. Нет, нет,
Они б меня не поняли. Меня
С душой обыкновенной люди,
Нет — не поймут. Я им высок. Когда
Я молод был душой и верил
В любовь, я знал одно создание,
Которое мне было равно. О,
Ее не позабыть мне никогда!
Душами были мы родные,
И мы друг друга понимали. Двое
Мы составляли мир — и он был чуден,
Как всё, что на земле не человек.
В ее очах читал я ее душу,
В моих очах была моя душа…
Но дух ее для тела нежной девы
Был слишком мочен и велик.
Он разорвал с презрением препону
Его могучих сил. А я… проклятый,
Остался здесь. И с этих пор напрасно
Я душу сильную, великую искал.
Всё это так ничтожно перед нею.
С своими мелкими страстями люди
Мне опротивели. Мой мир мне опустел,
А этот мир мне тесен был. Во мне
Восстало гордое желанье, чтобы
Никто моих страданий не узнал,
И я вступил в борьбу с своей судьбою.
И если я паду — тогда узнают люди,
Что значит воля человека. Низко
Поставили они названье это,
И я хочу его возвысить — несмотря
На то, что люди этого не стоят.