XXXVIIIПри виде раздраженной ГермионыСестрица с визгом спрятала лицоВ постель… Я растерялся… ПанталоныНайти не мог… отчаянно в кольцоСвернулся — жду… И крики, вопли, стоны,Как град — и град в куриное яйцо, —Посыпались… В жару негодованьяВсе женщины — приятные созданья.XXXIX«Антон Ильич! Сюда!.. Содом-Гоморра!Вот до чего дошла ты, наконец,Развратница! Наделать мне позораПриехала… А вы, сударь, — подлец!И что ты за красавица — умора!..И тот кому ты нравишься, — глупец,Картежник, вор, грабитель и мошенник!»Тут в комнату ввалился сам священник.XL«А! ты! Ну полюбуйся — посмотри-ка,Козел ленивый — что? что, старый гусь?Не верил мне? Не верил? ась?.. Поди-каТеперь — ее сосватай… Я стыжусьСказать, как я застала их… улика,Чай, налицо» (…in naturalibus —Подумал я), — «измята вся постелька!»Служитель алтарей был пьян как стелька.XLIОн улыбнулся слабо… взор лукавыйПровел кругом… слегка махнул рукойИ пал к ногам супруги величавой,Как юный дуб, низринутый грозой…Как смелый витязь падает со славойЗа край — хотя подлейший, но родной, —Так пал он, поп достойный, но с избыткомПредавшийся крепительным напиткам.XLIIСмутилась попадья… И в самом делеПренеприятный случай! Я меж темСпокойно восседаю на постеле.«Извольте ж убираться вон…» — «Зачем?»— «Уйдете вы?»… — «На будущей неделе.Мне хорошо; вот видите ль: я емВсегда — пока я сыт; и ем я много»…Но Саша мне шепнула: «ради бога!..»XLIIIЯ тотчас встал. «А страшно мне с сестрицейОставить вас»… — «Не бойтесь… я сильней»…— «Эге! такой решительной девицейЯ вас не знал… но вы в любви моейНе сомневайтесь, ангелочек». ПтицейЯ полетел домой… и у дверейЯ попадью таким окинул взглядом,Что, верно, жизнь ей показалась адом.XLIVКак человек, который «взнес повинность»,Я спал, как спит наевшийся порокИ как не спит голодная невинность.Довольно… может быть, я вас увлекНа миг — и вам понравилась «картинность»Рассказа — но пора… с усталых ногСбиваю пыль: дошел я до развязкиМоей весьма не многосложной сказки.XLVЧто ж сделалось с попом и с попадьею?Да ничего. А Саша, господа,Вступила в брак с чиновником. ЗимоюЯ был у них… обедал — точно, да.Она слывет прекраснейшей женою
