Собрание

Услышит Он в глухой ночи —
Ты в яме сердца у Него.

1994

ЛЕНЬ

Блаженная лень! Томящая лень!
Так сладостно кровь цепенеет!
Ресницами так невозможно взмахнуть,
Язык, распухая, коснеет.

Не выходить, не петь, не знать отличий,
Не стряхивать ни липких сна оков,
Ни упоительную муку параличных,
Сухих растений, сверженных богов.

1994

НА ПЕРВОЕ ПОГРЕБЕНИЕ ГАМСАХУРДИА

Чуть покраснев, и в клочьях тины,
Луна, толкнув скалу плечом,
Омочила снега долины
Едкой лазурной мочой.

Сторож, выйдя за сараем в кукурузу,
Услышал тонкое движенье
И выстрелил — в Бодлериану — Музу,
Нагую, резвую, хотя и в разложеньи.

Он опять вернулся в свой свинарник,
Где среди трухи, лопат и вил
Пел и пил еще другой охранник,
Гроб в полу он чачею кропил.

Просочится ли она в открытый рот,
Растечется ли по дереву уныло?
Сушится в связках табак, кто-то в поле поет,
И солдат, как надгробье, храпит на могиле.

февраль 1994

КРУГОВРАЩЕНИЕ ВРЕМЕНИ В ТЕЛЕ

Эта девушка — чья-то дочь,
В глазах — голубая вода,
В паху у нее — глухая рваная ночь
И розовая звезда.

А в сердце у ней — который час?
Между собакой и волком.
Синий сумеречный льется атлас
Под воткнутой в центр иголкой.

А во лбу у нее предрассветный сад —
Занялось — вот сейчас рассветет,
Но в затылке уже багровый закат,
В позвоночник полночь ползет.

февраль 1995

НА ВЫСОТЕ

Бог мог быть камнем или растением…