универсума - и 'мировой линии', и 'линии линий', и 'линии внешнего'. (Ср. собственную модель трансцендентального условия существования мира в мысли у Лейбница: принцип предустановленной гармонии.) В отличие от характеристик мира по Лейбницу (непрерывность, совершенство и целостность, предустановленная гармония), Делез ориентирован на осуществление 'технологической' экспликации этих принципов в качестве определенного порядка шагов (операций): динамика С. ('мировая линия' как 'линия Внешнего', постоянно вводящая во все 'код' различия), интепретируется им как 'величайшая машина Мира'. Согласно Делезу, 'мировая линия соединяет кусочки фона с улицей, улицу с озером, горой или лесом; соединяет мужчину и женщину, космос, желания, страдания, уравнивания, доказательства, триумфы, умиротворения. Моменты интенсивности эта линия связывает так же, как и те точки, через которые проходит. Живых и мертвых… Каждый из нас в силах открыть свою мировую линию, но она открывается только в тот момент, когда проводится по линии складки. Мировая линия одновременно физична, когда кульминирует в плане-следствии, и метафизична, конституированная темами'. (Ср. 'мышление линией', провозглашавшееся С.Эйзенштейном; мысль Клее о Космосе как о разнообразии кривых, как о своеобычном словаре линий.) Эта линия трактуется приверженцами парадигмы С. 'всегда внешней' как к силам, действующим в материи (результируясь в виде С., складывания), так и к силам души (в виде сгибов, сгибания). Душа неизбывно ('всегда уже') имеет форму - материя же, перманентно, ее обретая, ее и теряет. Именно посему душа несгибаема, может противостоять, сгибать материю и самое себя. В традиции языковой игры на основе идеи С. воля выступает как точечный результат или кривая, результирующая борьбу внешних сил сгибания: против собственной души, которая способна 'с-гибаться под тяжестью грехов' (Подорога) или против других душ.
7) Задает один из способов построения текста как аналога мироздания: Делез, определяя собственный профессионально-философский литературный стиль, как 'писать есть кроить', - усматривал сценарий постижения беспредельного Космоса, бесконечно-вечного Мира как последовательность состояний содержания в шагах процедуры 'рас-кроя':
а) исходная материя;
б) сфера С., их подбор;
в) область фигуры - сгибы, сгибания, разгибания - перемещение по подиуму вдоль единой линии;
г) сопряженный отбор нужной линии тела.
8) В статусе парадигмального образа для постижения идеи 'мировой линии' позволяет нетрадиционно представить и осмыслить соотношение прерывного и непрерывного, бесконечно большого и бесконечно малого: в границах парадигмы С. наука о материи все более уподобляется 'оригами' (япон. - 'искусство складывания бумаги'). Лабиринт непрерывности трактуется в рамках схем 'С. - сгиб' не как линия, распадающаяся на точки: С. всегда 'внутри' иной С. - наподобие 'полости в полости' и может интерпретироваться как 'атомарная единица' материи, как ее мельчайший элемент, как мельчайший элемент мирового лабиринта.
Точка же выступает лишь как 'оконечность', а не 'часть линии'. Ср. у Лейбница: '… разделение непрерывности следует представлять себе не как рассыпание песка, но как складывание листа бумаги, или туники, причем возможно образование бесконечного количества складок, из коих одни меньше других, - но тела никогда не распадаются на точки или минимумы'. Ср. также у Фрейда: 'момент события' (как точка 'фиксирования или снятия, вытеснения, отреагирования определенного комплекса') одновременно выступает как событие, 'одновременно снимающее напряжение, вызванное определенной ситуацией и тут же фиксирует его в качестве некоторой нерефлексируемой схемы поведения… вытесненная ситуация в результате сохраняется и длится в этой последней'.
9) В качестве элемента подлинного (т.е. 'ускользающего', по Делезу и Гваттари, от господствующего интеллектуального дискурса, а также предельно дистанцированного от всех ипостасей власти) философского знания способствует позитивным процессам сохранения индивидом собственной идентичности (Фуко). По Фуко, современная борьба индивида за Самость осуществляется через сопротивление двум нынешним формам субъекции:
а) индивидуализации на основе принуждения властью
и
б) привлечение каждой индивидуальности к известной и узнаваемой идентичности, зафиксированной раз и навсегда.
'Складывание' же и 'удвоение' позволяют, согласно Фуко, адекватно описать и тем самым сохранить Память людей в ее ипостаси 'абсолютной памяти внешнего', а также зафиксировать 'настоящее' имя отношения индивида к себе (ср. воздействие Я на Я). По мнению Фуко, такая Память 'удваивает' как настоящее, так и Внешнее, являясь единой с забвением - ее С. 'сливаются' с разворачиванием: последнее сохраняется в этих С. именно как то, что было 'завернуто' (сложено); забвение (разворачивание) раскрывает то, что сложено в Памяти (С. как таковых). (Ср. у Хайдеггера - 'память как оппозиция забвению забвения' и у Канта - 'время как форма, в которой разум воздействует на себя, осуществляя 'само-воздействие' и образует сущностную структуру субъективности).
9-а) Соспешествует конституированию нетрадиционной для всей европейской философской культуры модели сохранения индивидом своей идентичности (Фуко), излагая эту модель в таких концептуально-понятийных схемах, которые 'ускользают' от господствующего интеллектуального дискурса (см. 9): согласно Фуко, С. Бытия в состоянии образовать Самость, когда знание-Бытие и власть-Бытие уже переплелись и 'взаимно удушаются'; С. Внешнего конституирует Самость, как Внешнее формирует соответствующее Внутреннее. По Фуко, взаимная несводимость и взаимное подразумевание знания, власти и самости составляют проблемы:
а) что именно я могу знать, видеть и высказывать при определенных условиях 'света' и языка;
б) что именно я могу делать, на какой объем власти я вправе претендовать и какое сопротивление этой власти я призван оказывать;
в) кем я могу быть, какими С. могу себя ограничить, т.е. как конкретно я могу утвердить себя в качестве автономного субъекта. Фуко формулирует исторически конкретные позиции индивида в системе 'говорится - смотрится - сопротивляется - живется': суть постмодернистский философский парафраз 'вечных' вопросов: Что я знаю? Что я могу делать? Что я есмь?
10) Отражает, по мысли Делеза, опору современного человека на принципиально новые внешние ему силы, оперативный механизм которой /опоры -
