вернется. Обычно она не возвращалась. Уходила и все.
— Хочешь, я разбужу Павла, чтобы он побыл с тобой? — великодушно предложила Рита.
— Не надо, пусть спит.
— Странно, что никто больше не проснулся от твоего крика. Ты закричала очень громко, так что на улице стало слышно.
— Ну, значит, не так уж громко, раз никого не разбудила, — пожала плечами Лика. — И хорошо, а то пришлось бы объяснять всему дому, что мне снятся кошмары. Ты иди, иди, за меня не волнуйся.
Легко сказать — «не волнуйся»! Рита прекрасно помнила о том, что после каждой такой ночи с Ликой что-нибудь случалось. То чуть под машину не попадала, то ее на какую-то стройку вдруг несло, где она едва не срывалась в утыканный арматурой котлован, то еще что... Вообще у Риты складывалось впечатление, что ее младшая сестренка всю жизнь будто ходит по краю пропасти, рискуя сорваться и разбиться насмерть, но каждый раз в последний момент что-то отводит беду. И как вот не волноваться, скажите на милость?
Вслух ничего этого говорить Рита не стала, просто заверила сестру, что не станет задерживаться, и отправилась во двор. Но, выйдя на улицу, не увидела Михаила в условленном месте. Думая, что он отошел в сторонку, девушка обошла дом, но мужчина, будто сквозь землю провалился. И свет в его окнах уже не
