Элизабет рассказала ей о вечере все, кроме того, зачем она пришла. Наконец рассказывать стало нечего.
— Софи, мне нужно задать тебе вопрос. — Конечно.
Софи откинулась на подушки и смотрела на нее так, как если бы знала, о чем она спросит. Учитывая способности Софи, это было весьма вероятно.
— Я хочу спросить о герцоге.
— И?
— И о себе, — прошептала Элизабет. — Мне кажется, я влюбилась в него, но не уверена в его чувствах ко мне.
— Я не могу определить его чувства к тебе, Элизабет.
— Тогда скажи, что мне делать?
Софи кивнула.
— Назови самое худшее из того, что может случиться, если ты скажешь ему, что любишь его?
Элизабет задумалась.
— Он скажет, что не любит меня и хочет навсегда подкинуть Англию.
— Ты сможешь жить с этим? — мягко спросила Софи.
— Как это понять?
— Что, если он любит тебя, но не может остаться здесь? Ты могла бы поехать с ним? — спросила Софи.
— По-моему, смогла бы.
— Ты могла бы выйти за него замуж, если бы знала, то он не любит тебя?
— Нет, — без колебаний ответила Элизабет.
— Даже если ты забеременела?
Элизабет следовало бы знать — Софи нетрудно догадаться о том, что они были близки.
— Это маловероятно.
— Но возможно. — Софи улыбнулась.
— Нет. Невозможно.
— Я знаю, что вы оба могли не удержаться.
— Не удержаться?
— Поддаться страсти, — сказала Софи, — Это было ясно с самого начала.
— Ты думаешь, он знает? — Элизабет кусала нижнюю губу, с замиранием сердца ожидая ответа.
— Скорее всего, нет.
— Что мне делать, Софи? Если я скажу ему о своих чувствах и окажется, что он не отвечает на них, он может уехать.
— О, он, должно быть, скажет тебе, как сильно любит тебя. — Софи взяла оставшееся печенье. — В любом случае ты ничего не узнаешь, если не расскажешь ему.
— Спасибо, Софи.
— Для подруг — все, что могу.
Элизабет поспешила уйти, чтобы, вернувшись домой, рассказать Уиллу о своих чувствах к нему. После этого он должен будет рассказать ей, как он относится к ней и к Эбигейл. Потому что ни при каких обстоятельствах Элизабет не останется с мужчиной, который любит другую женщину.
Войдя в дом, она поразилась царившей в нем тишине. Куда все подевались? Слышно было только слуг, все еще производящих уборку после бала. Но где Уилл? Где дети?
Она вошла в коридор.
— Кеннет, где его светлость?
— Его светлость отправился на прогулку верхом и еще не вернулся.
— А дети?
— Они все уехали на прогулку, кроме леди Элинор и леди Люсии, которые еще не встали.
— Спасибо, Кеннет. — Она пошла в комнату для завтраков.
Дом сегодня показался ей чужим. Она привыкла к детским голосам, к тому, что дети играли и пререкались друг другом. К низкому голосу Уилла, разносившемуся по всему дому. Тишина напомнила ей о том, какой пустой была ее жизнь до появления Уилла.
В комнате для завтраков Элизабет перекусила и выбила чай с пирожком. Никаких запланированных дел у нее не было, но возбуждение не проходило. Мысль о том, чтобы признаться Уиллу в любви, и пугала и волновала ее.
— Леди Элизабет, вас хотят видеть барон и баронесса Хэмфрй, — произнес Кеннет, появившийся в дверях. — Могу я проводить их в гостиную?
«Что им понадобилось?» — подумала Элизабет.
— Да, и принесите туда чай и кексы.
Она медленно отодвинула стул и направилась в гостиную. Еще не войдя в комнату, она услышала раздраженный голос Кэролайн:
— Держи рот на замке, Ричард. Говорить буду я.
— Говорить о чем? — спросила Элизабет, появляясь в дверях.
— Элизабет! — Ричард приветствовал ее легким наклоном головы. — Его светлости нет дома?
— Нет, он отправился покататься верхом. — Элизабет прошла к обитому желтой парчой креслу, которое стояло далеко от гостей.
Кэролайн покачала головой:
— Этот ненормальный не знает даже, в какое время полагается совершать прогулки верхом.
— Там, откуда я, любое время подходит для верховой езды.
Элизабет никогда еще не была так рада видеть Уилла. Он стоял, прислонившись к косяку. Его широкие плечи почти заполняли дверной проем.
— Извините, ваша светлость, — буркнула Кэролайн.
— Ваша светлость, в действительности мы пришли поговорить с вами обоими, — дипломатично начал Ричард.
— И о чем же вам нужно поговорить с нами? — Уилл прошел через комнату и сел рядом с Элизабет.
Она взглянула на, него и улыбнулась. Ей следовало бы напомнить ему, что после верховой езды надо переодеться.
— Ваша светлость, могу я?.. — неуверенно начала Кэролайн.
— Да?
— Прошлой ночью я обратила внимание на некоторую близость между вашей светлостью и Элизабет!
— Ну и? — спросил Уилл, подняв бровь.
— Это должно прекратиться, ваша светлость, — шепнула она.
— Что происходит между мной и леди Элизабет — не ваша забота! — резко сказал Уилл.
— Сплетни, ваша светлость, — сделала еще одну попытку Кэролайн. — В отсутствие ее тети даже ее пребывание в этом доме несколько неприлично.
— Пусть сплетничают, — сказал Уилл.
— Есть еще кое-что, — намекнула Кэролайн и отвела глаза.
— И что же это? — В голосе Уилла звучал сарказм.
Элизабет испытывала невероятную благодарность Уиллу за то, что он вовремя появился. Пока шел этот разговор, она теребила платье. Она не смогла бы разговаривать с ними так свободно.
Кэролайн наклонилась ближе:
— Ваша светлость, вы, конечно, знаете, кто ее отец?
— Что вы хотите сказать о ее отце?
— Покойный герцог не был ее отцом, — зашептала Кэролайн, чтобы не услышали слуги.
— Она была рождена в законном браке. Герцог никогда не отрицал этого, — заметил Уилл.
— Я понимаю, но я не это имею в виду.
— Тогда скажите нам, что вы имеете в виду, Кэролайн. — Уилл скрестил руки на груди.
