губы кривит презрительная улыбка, но ей приятны его прикосновения. Мертвая Эвтерпа до сих пор помнит сладость мужских поцелуев.
...Каллиопа. Полные плечи, белая кожа, румянец на всю щеку. Красивая, пышнотелая, кутается в синюю шелковую шаль, смотрит куда-то поверх его головы, думает о чем-то своем, грустит.
...Терпсихора. Изящная Терпсихора встретила его ладонь с ласковой улыбкой, как старая знакомая. Античная прическа, лебединая шея, струной натянутый позвоночник и непроходящие боли в натруженных ногах. Красивая, светлая, решительная.
...Клио. Рыжие кудри, веснушки на молочной коже, шрам на щеке и зеленая лента в волосах. Недобрый прищур, многозначительно поджатые губы. Демон в теле ангела. Клио встретила его холодом и презрением, но даже в холоде этом чувствовалась жизнь.
...Талия смеялась звонко и задорно, смех ее колокольчиком звенел у Арсения в ушах, от смеха этого тонкие мраморные пальчики вздрагивали. Она была рада его приходу, она скучала в обществе своих мраморных подружек.
...Мельпомена. Глаза устало прикрыты тяжелыми веками, нос с горбинкой, гордый профиль грузинской царицы, надменный разворот головы, черная волна волос до самой поясницы. Презрительная, высокомерная, совершенно безжизненная Мельпомена. Просто статуя, очень красивая, но лишенная даже малой толики жизни.
Арсений шагнул прочь от муз, смахнул выступивший
