так разумно…
– Соглашайтесь. Жизнь и свобода – достойная награда за риск.
Конечно. Свою награду ты уже заработал.
Мой палец отдыхает на гашетке плазменника. Интересно, если подойти вплотную – смогу я пробить защитный экран?
Опять заглядываю в глаза Илги. Жду её ответа.
И цепенею.
«Соглашайтесь.»
Бр-р… Наверное, померещилось. Растерянно моргаю. Но снова где-то в голове – милый, отчётливый голос: «Не тормози, Лёха! Соглашайся на всё!»
Я оборачиваюсь к Бинку. Он-то что-нибудь слышал?
Спросить я не успел.
Рассудительный, молчаливый Дима вдруг заговорил:
– Ладно, ваша взяла… – полез в карман и достал сплюснутый голубоватый предмет, – Хотите получить матрицу? Она здесь! Гоните карточку доступа!
Мы с Бинком удивлённо переглянулись.
– Что он несёт? – тихо шепнул Васька.
Я пожал плечами. Сплюснутая коробочка – мне знакома… Где я её раньше видел?
– Наконец-то, деловой разговор, – благообразная физиономия полковника растянулась в ухмылке. Райлл оценивающе всмотрелся:
– А оригинальный у вас футляр…
– Грузоукладчик с авторизованным доступом, – равнодушно пояснил Димыч, – Технология Торговой Гильдии.
Ну да! Как я мог забыть! Грузоукладчик!
Полковник не чуял подвоха. Удовлетворенно кивнул:
– Теперь понятно, почему мы не засекли матрицу… Хорошо. Вот карточка! Я вставляю её в замок. Двери открываются. Вы оставляете кристалл и держите его на прицеле. А мы держим на прицеле вас – так что полная взаимная гарантия! Садитесь в лифт. Это автономная аварийная система – идёт прямиком до самой крыши. Пока мы берём пси-матрицу – вы уже далеко!
– Ага, – кивнул Димыч, – Мне нравится…
Тут он внимательно зыркнул в нашу сторону. И я разобрал в его взгляде особый блеск. По-моему, именно с этим выражением Капустин заполнял налоговые декларации.
– Мы согласны! – сказал Димыч и внятно добавил, – Надеюсь, всё пройдёт честно. И быстро…
Васька моргнул. Он-то понял.
Я покосился на Бинка, чуть кивнул. Хоббит шмыгнул носом. Сердито нахмурил брови:
– Не возражаю.
– Давно бы так! – обрадовался полковник. Без того слащавая его физиономия стала вовсе приторной.
Интересно, какой сюрприз ждёт нас в лифте?
Райлл обходит цепь спецназа и следует к небольшому тупичку, ответвлённому от комнаты. Там, рядом с дверями лифта – красный круг на стене. Надпись: «Вставьте идентификатор доступа».
Полковник небрежно протягивает карточку. Раскрывается щель и до половины втягивает серебристый прямоугольник.
– Пусть кто-то один подойдёт и проверит!
Бинк хладнокровно отделяется от нашей группы.
Мы с Васькой держим полковника на «мушке» – сейчас он вне защитного экрана. Капустин прикрывает нас со спины.
А хоббит уже внимательно заглядывает внутрь лифта, входит и зачем-то щупает стены.
Райлл советует:
– Можете и на зуб попробовать!
– Обязательно, – скалится Бинк и шумно втягивает носом, – Чем-то пахнет? А?
Ухмылка полковника слегка бледнеет:
– Чем же?
– Признавайтесь, кто ел хахирские колбаски с подливой?!
Райлл таращится на хоббита, как на опасного психа.
Но Бинк не переигрывает. Выходит и машет нам рукой:
– Порядок!
Райлл заметно расслабляется.
– Теперь, отпустите Илгу! – твёрдо говорю я.
– Сначала, кристалл.
– Мы и так у вас под прицелом.
Полковник переглядывается с тощим. И молча кивает.
Охранник Илги разжимает захват. Убирает бластер от её головы. Она идёт к нам.
Палец Димыча вдавливает кнопку «грузокладчика». Из пустоты материализуется ведро.
Райлл склоняется и недоуменно ворошит прекрасно сохранившиеся картофельные очистки:
– Это что? Для экранировки пси-поля?
– Угу.
– А где же сам кристалл?
– Всё там. Вы ищите. Хорошенько ищите… – советует Димыч. И второй раз жмёт на коробочку.
Маленький мальчик появляется из воздуха рядом с полковником. Райлл поднимает изумлённые глаза. Спецназовцы с оружием наизготовку таращатся, почти не мигая.
А мальчик обводит всех несчастным взглядом. И тоненьким голоском спрашивает:
– Вы – плохие дяди?
В гробовой тишине мы пятимся к лифту.
И только Илга недоумённо застывает. Ещё бы, в её женской голове не укладывается – как это бросить беззащитного ребёнка.
Вот глупая! Скорее бы добежать до лифта и пару самых горячих минут отсидеться в укромном месте!
Объяснять – нет времени. Я хватаю её за руку.
Тут происходит неприятное. Маленький мальчик наконец-то «засекает» наши физиономии!
Личико его перекашивается в праведном гневе:
– Вы – плохие дяди! ОЧЕНЬ плохие!
– Спасибо, мы знаем, – бормочет Васька и тихонько отступает. Полковник Райлл офонарело таращится на эту картину. И медленно достаёт из кобуры бластер.
Тело «малыша» начинает стремительно распухать. Ещё немного – и голова становится размером с водогрейный котёл. А «тонкий» голосок ревёт так, что в ушах закладывает:
– ЭТО НЕПРАВИЛЬНО ОБИЖАТЬ МАЛЕНЬКИХ!!!
– Кто б говорил, – шепчет Димыч. Росту сейчас в «ребёнке» – не меньше пяти метров.
– Что это? – сдавленно бормочет Илга. Глаза у неё – абсолютно круглые.
– Брат по разуму, – объясняю я.
– Скорее – дальний родственник, – кривится Бинк.
Тут дискуссия резко обрывается. У полковника Райлла не выдерживают нервы. Он палит в «малыша» из бластера.
Весьма опрометчивый шаг.
Дырка в котлообразной голове быстро затягивается. А внимание существа переключается на полковника и его команду.
Ладошки размером с экскаваторный ковш молотят по спецназовцам:
– ПЛОХИЕ ДЯДИ! ПЛОХИЕ, ПЛОХИЕ!!!
Дикие вопли.
