взрослым. И будет намного разрушительнее.
Королева напомнила:
– Здесь он тоже разрушил, как он сказал. Весь замок герцога, а мы помним, как прочно он был выстроен. И явно перебил всю дружину герцога, прежде чем добрался до него самого.
– Значит, – сказал Гаргантюэль, – вызовем его и сообщим о нашем решении?
Королева замедленно кивнула, затем спохватилась:
– Нет-нет. За ним сейчас следят, лучше выйдем в сад, встретим словно невзначай и все скажем. За деревьями и кустами проще расположить стрелков и метателей дротиков.
Ютланд не помнил, как и заснул, а вынырнул из беспамятства, как из глубокой воды, хватая широко раскрытым ртом воздух. Мерещилось что-то громадное и ужасное, он несся между звезд и гасил их одним движением темного крыла…
Усталость прошла, кровоподтеки рассосались, теперь сильно хотелось есть, даже жрать. От Мелизенды в комнате только едва уловимый аромат ее чистого тела, за окнами чирикают мелкие птицы, голоса как у этой принцессы, звонкие и щебечущие…
Он отыскал кухню, повара застыли в ужасе, а он ухватил прямо из жаровни большой кусок мяса, сожрал с жадностью. Все смотрели, затаив дыхание, чувствительные больно, он довольно сказал:
– Хорошо! Хорошо готовите!.. Так и скажу королеве.
И, не слушая робкие благодарности, отправился искать выход. В этом дворце, пусть он даже тысячу лет как построен, слишком много переходов, мостиков между башенками, этажами и даже зданиями.
Алац словно бы похудел еще сильнее, хотя выглядит бодренько. Эльфы не люди, ничуть не удивились, что конь больше любит горящие угли, чем траву, постоянно приносят из кузницы прямо в жаровне, и он за пару часов залечил все раны, взбодрился и приветствовал Ютланда коротким радостным ржанием.
Хорт нарезал круги вокруг, показывая, что уже не хромает. Ютланд обнял обоих, кольнула досада, что Мелизенду подруги снова утащили смотреть наряды, что за дурость, ну как можно тратить время на такую ерунду…
В конюшню то и дело заглядывали, но когда он поворачивал голову, тут же исчезали.
– Хорошо, – сказал он наконец, – вы молодцы…
Хорт встал на задние лапы и лизнул его в лицо, объясняя, что он у них тоже молодец, и что они с конем его любят.
– Я вас тоже, – ответил он. – Ну, а сейчас… Пойдемте наружу. Хватить нам здесь эльфичать. А то обэльфимся, а оно нам надо?
Он шел к выходу из конюшни и слышал за спиной ровный цокот копыт. Хорт выбежал первым, в лучах солнечного света его угольно-черная шкура на миг вспыхнула искрами и стала еще темнее, словно вобрала в себя солнце и погасила без остатка.
Ютланд с порога окинул взглядом этот мир, где небо всегда ясное и синее, трава зеленая, а населяет его прекрасный деликатный и утонченный народ.
Хорт посмотрел на него с вопросом в умных глазах.
– Ищи Мелизенду, – велел Ютланд. – Нам пора.
Хорт умчался с такой скоростью, что лишь земля вылетела из-под лап, а сам он просто исчез, словно растворился. Алац фыркнул, мол, ничего особенного, я тоже так могу, только мне нужно чуть больше времени на разгон.
Ютланд похлопал его по быстро отрастающей гривке.
– Да-да, ты можешь… а скоро будешь мочь еще больше.
Из головного дворца вышла группа пышно одетых эльфов, Ютланд с трудом понял, что все очень немолодые, здесь даже глубокие старики сохраняют юношеские фигуры и легкие движения. За стариками выдвинулись одоспешенные стражи и очень слаженно, будто слушая тихую команду, рассыпались по сторонам.
Затем появилась сама королева Изергиль в сопровождении неизменного Гаргантюэля.
Ютланд увидел, что смотрят в его сторону, реагировать нужно правильно, быстро подошел и поклонился.
– Ваше Величество…
– Наш герой, – произнесла королева с непонятным выражением. – Как тебе у нас?
– Прекрасно, – ответил он искренне. – Всю жизнь бы провел здесь!
Она улыбнулась, улыбнулся Гаргантюэль и заулыбались все советники. Ютланд не понял, что он сказал такое особенное или значащее, но тоже чуть растянул уголки рта и ждал, в воздухе что-то назревает словно в ожидании большой грозы.
– Тебе выделят дворец, – произнесла королева. – Роскошный! А в нем будет все, что пожелаешь.
Ютланд изумился:
– Зачем?
Вместо королевы торопливо ответил Гаргантюэль:
– Ты достоин. Даже среди эльфов немного таких, что видели Звездный Лес. А ты не только его видел, но и вошел в него… оставшись цел!
Ютланд буркнул:
– Лес как лес, ничего особенного. И не так уж и цел, я там руку поцарапал… Просто нужно было, вот и пошел.
– Вот-вот, – сказал Гаргантюэль, – ты даже пообщался с волшебницей Маринэллой…
– А что, – ответил он, – милая женщина. Нет-нет. Это не заслуги! Во всяком случае, на дворец не тянут. В чем дело? Что случилось… на самом деле?
Все умолкли, переглядывались в затруднении, слишком этот темный подросток прям, наконец заговорила королева, голос ее был тяжелым и медленным, словно она вкатывала на гору большой камень:
– Принц Тьмы, ты только появился и сразу же проявил свою ужасающую мощь… Настолько страшную, что наша страна содрогнулась, а земли объял ужас. Мы с Верховным Советом долго размышляли, как нам поступить, нельзя же, чтобы такое вселенское зло вырвалось на просторы…
Ютланд рассматривал ее исподлобья.
– Ваше Величество, – произнес он тихо, – все, что я делал, было вам в… добро. Или в пользу, как хотите. И эльфенка спас от эгров и вернул в ваши земли, и герцога остановил… надежно. Или вам нужна была междоусобная война?.. Так почему я такое зло?
Она сказала с болью:
– Ты свиреп, как зверь, ты любишь разрушения, убийства и пролитую кровь. Ты уничтожил там все, виноватых и невинных…
– Зато никто не посмеет оспаривать вашу мудрую власть, – прервал он дерзко. – И остальным урок.
В ее глазах было страдание, но голос прозвучал непреклонно:
– Ты останешься.
Он покачал головой.
– Ваше Величество, ваша страна – самое прекрасное, что я видел и что, возможно, увижу. И я хотел бы жить здесь, честное слово артанина! Однако мужчины должны делать то, что нужно, а не то, что хочется. Мне нужно… в общем, мне еще многое сделать нужно. Потому я вынужден отказаться.
– Если ты мужчина, – произнесла королева, – а ты ведешь себя как настоящий мужчина, то понимаешь, мужчины подчиняются великой необходимости, а не прихотям.
– У меня необходимость, – сказал он упрямо, – а не прихоть подростка…
– И все-таки взрослым виднее, – сказала она.
– Ваше Величество!
– Нет, – отрезала она.
Все затихли, она выпрямилась во весь рост, красивая и величественная, резким движением сорвала с шеи блестящий, как лед в солнечных лучах, камешек.
Золотая цепочка закачалась, потеряв драгоценный груз, а королева произнесла громко и торжественно:
– Отныне прохода в мир людей больше нет! Никто не выйдет отсюда, никто не войдет с той стороны…