Бухгалтер въехал в страну совершенно легально – на пароме, который ходит ежедневно из Ливерпуля. Машину он взял напрокат – солидный черный новенький «Рейнджровер», заплатив за него не британскими фунтами, а германскими марками. Документы у него были на имя профессора Георга Йодля, уроженца и жителя Гамбурга, специалиста по кельтской культуре. Как ни странно – он и в самом деле был специалистом по кельтской культуре – такое у него было увлечение, когда-то давно. Поэтому легенду можно было считать надежной. Когда в порт приходит пассажирский паром – а каждый такой паром несет на своих грузовых палубах по двести легковых и грузовых машин, ни один таможенник не станет устраивать им серьезный досмотр, рискуя вызвать гнев и протесты туристов. Не стали досматривать и «Рейнджровер» – таможенник шлепнул визу-марку, купленную тут же за десять ирландских фунтов, махнул рукой – счастливого пути. Солидный черный внедорожник неспешно вырулил из порта и влился в густой поток машин, идущий по Йорк-Роуд.
Если бы кто-то устроил серьезный таможенный досмотр машины, то весьма удивился бы содержимому контейнера, прикрепленного под днищем машины. Там лежала снайперская винтовка, два пистолета, взрывчатка, два дополнительных комплекта документов и деньги.
Бухгалтер, прибывший в Дублин, знал, где и как искать цель. Сам он неоднократно бывал в Дублине, еще когда работал на государство, и знал все логова, в которых может спрятаться беглый террорист ИРА. Он знал все лежки, все тайные явочные квартиры, все склады оружия, все больницы, где окажут помощь, не задавая лишних вопросов. Кое-что, конечно, изменилось со временем, но в основном все осталось по- прежнему. Здесь была своя земля, здесь можно не опасаться, что в твою дверь постучатся ищейки из Четырнадцатого управления – значит, и явки можно не менять и не маскировать, не то что в Белфасте и Дерри. Мест, где мог скрываться полковник, было девять – и он намеревался посетить их все…
Все произошло, когда он подъехал к четвертому из известных ему мест. Сейчас он ничего не собирался делать, просто проводил рекогносцировку местности – он вообще не собирался ни с чем спешить, считая, что у него в запасе как минимум две недели. Четвертым местом было небольшое, совмещенное со складом офисное здание на Голденбридж – там находилась одна из явочных квартир. Он неспешно свернул с Нейс- роад на Давитт, неспешно поехал вперед – здесь машин не так много – и тут…
Только усилием воли он заставил себя не давануть на газ или, наоборот, – не прижать тормоз. Не выделяться! Ехать, как все! Ты один из многих, ты такой же, как все. Ничего интересного…
Он не знал, чем его так испугал человек, садящийся в бордовый «Форд Эскорт», но инстинкт и тренированная память подсказали ему, что этого человека он где-то видел и этот человек опасен. Даже очень опасен. В таких случаях действуешь на инстинктах – и на той информации, которая хранится в подкорке памяти. Достаточно простого сигнала – опасность. Вспоминать, кто это такой, знает ли он тебя и откуда знаешь его ты – будешь потом. Сейчас достаточно просто сигнала опасности…
«Рейнджровер» прокатился мимо…
На перекрестке Бухгалтер свернул на Сьют и сразу же – на Балфин. Остановился. Мотор глушить не стал.
Как и у любого другого человека, живущего двойной жизнью, у Бухгалтера были знакомые, знавшие его под разными именами и легендами. Всех их он помнил, помнил их лица и имена, при выполнении заданий старался не встречаться. Любая такая встреча могла закончиться худо. Он опасался не того, что его попытаются убить – сделать это непросто, он боялся звонка в полицию. Полиция – последнее место, куда он стремился попасть.
После того как он ушел из САС, Бухгалтер долгое время работал в разведке. Там он был просто уникальным специалистом. Он соединял в себе изощренный ум аналитика и навыки бойца спецподразделения. Бухгалтер работал «укротителем львов» – так называли людей, в чьи задачи входил принудительный возврат на родину либо ликвидация своих же агентов – проворовавшихся, предавших, совершивших еще что-нибудь такое, что не позволяло им вернуться на родину. В британской разведке Бухгалтер был единственным в своем роде – если в СРС САСШ такими делами занимался целый отдел, то он справлялся со всеми проблемами один. Именно тогда он и познакомился с Монахом, знал он и нынешнего Директора службы – тогда тот занимал должность начальника отдела специальной аналитики. Когда с должности ушел Монах – Бухгалтер продержался на своей не больше года – наступила эра политкорректности…
За свою карьеру Бухгалтер частенько работал в Дублине, а один раз даже жил здесь под прикрытием почти два месяца. Здесь могли остаться помнящие его люди – прошло время, он постарел, но здесь никогда и ничего не забывали.
Нет…
Афганистан был еще менее вероятен. Бухгалтер там работал в качестве своего рода вольного подрядчика-консультанта, вернувшись к тому, с чего и начинал – к активной разведке, как силовой, так и агентурной. Он сам не раз ходил в зеленку, но больше полезен был в другом качестве. Он создавал и контролировал сеть агентов наркомафии на другом, на русском берегу. Без этой сети через пограничную зону проходил бы в лучшем случае один килограмм из десяти – сейчас проходило три.
Нет.
В Бейрут он попал почти случайно. Последняя гастроль, так сказать, – он уже вышел в отставку – и тут ему предложили работу как раз по специальности. Снайпером-инструктором. Неофициально. В штате службы он уже не числился – следовательно, под критерии набора подходил. Ну и сам он – пошел вместе со своими учениками. Не мог не пойти…
–
Воспоминание поразило его настолько, что он дернулся, вздрогнул…
–
Русский!
Сначала он не поверил. Не поверил сам себе. Начал вспоминать, кропотливо выуживая из темных глубин памяти те драгоценные минуты и секунды… Те самые…
Да, это был он. Русский. Среди многих талантов Бухгалтера был и такой – от него невозможно замаскироваться. Человек мог надеть парик, приклеить усы, полностью сменить одежду, потолстеть, похудеть – но если Бухгалтер его запомнил, он его узнает. Узнает из тысячи.
Что он здесь делает?
О совпадении тут не могло быть и речи. В Дублине в основном находятся легальные структуры Шин- Фейн, здесь нет особо опасных личностей, по которым плачет тюрьма Мейс. Если русский оказался около одной из точек, где может быть полковник, с большой вероятностью он выслеживает его и никого другого.
Зачем ему это? Под каким он прикрытием? Он здесь легально? Нелегально?
Как бы то ни было – следить напрямую Бухгалтер не хотел. Он почти был уверен в том, что русский никогда не видел его в лицо, но он не считал русского дураком. Если торчать у него на виду – он, конечно же, заподозрит неладное…
Оставалось одно…
Из бардачка машины Бухгалтер достал небольшой кожаный футляр – в таких обычно носят косметические наборы дамы. Раскрыл его, перебрал содержимое. Достал небольшой, напоминающий плоскую батарейку, черного цвета цилиндрик.
Это был один из наиболее современных автомобильных маячков, дающий сигнал в координатах
