– Со мной? – усмехнулся он. – Да ничего особенного. Просто у меня никогда не было такого желания убивать. – И снова приложился к бутылке.
Екатерина со страхом смотрела на мужа. Арсентий коротко засмеялся.
– Как последнего щенка под облаву подвели, – пробормотал он. – Ну, сука, вот это сделал он меня! Мразина гре-баная!
– Арсентий, – нерешительно проговорила Екатерина, – что произошло?
– Ты уже спрашивала, – вздохнул он, – я ответил. Да тебя это волновать не должно.
– Ты мой муж, – сердито перебила она, – поэтому я просто обязана…
– Сейчас главное – не мешай мне. У меня забот полон рот. Так что оставь все свои мести и разборки на потом.
– Что-то серьезное? – тихо спросила Екатерина.
– В более серьезных ситуациях я еще не бывал.
– Я могу помочь?
– Да, если будешь сидеть тихо и никуда не соваться.
– Хорошо, – согласилась Екатерина.
– Что-то ты быстро согласилась, – с подозрением проговорил он.
– Я обещаю делать все именно так, – она положила руки ему на плечи, – как захочешь ты.
Хмыкнув, Арсентий обнял и поцеловал жену.
Губа вошел в комнату, поставил в угол скрипичный футляр и, вытащив из-под рубашки «ТТ», сунул его под матрац. Бросившись на кровать, обхватил подушку и уткнулся в нее лицом. Потом рывком перевернулся на спину. По его губам скользнула едкая улыбка. Дотронувшись до шрама на верхней губе, закрыл глаза, – Он сам виноват, – прошептал Губа. – Со мной так говорить опасно. Я мог убить тебя, Арсен, – громче, словно Астахов находился в комнате, сказал он.
– Но не сделал этого. Иногда, чтобы действительно по-настоящему отомстить человеку, нужно оставить его в живых. – Еще раз погладив шрам, открыл глаза. – Но это не все, – пробормотал он. – Ты должен мне больше. Из-за тебя погибли трое. Так что, Арсен, все еще впереди. – Вытянув руку, взял со стоявшей рядом табуретки пачку сигарет. – И ты, Доцент, узнаешь, что это такое. Ты мне должен троих. Правда, ты как загнанный зверь, и поэтому с тобой проще. В том, что произойдет, ты виноват сам.
Вытащив сотовый телефон, он набрал номер. Через несколько секунд ответил мужской голос.
– Дед, – сказал Губа, – лучше, если ты немедленно сменишь место жительства. И еще: звони Дику, он мне нужен.
– Он опять ушел! – бросил Берия.
– Я говорила, – улыбнулась Светлана. – Доцент непредсказуем. Но ты не знаешь главного, – засмеялась она.
– Чего же еще я не знаю?
– Дача Норковой Ленки сгорела. Там сгорели трое мужчин. Это милиция установить смогла. Предполагают, что один из них участковый – рядом с ним найден служебный пистолет. Возле дома – еще трое. Один – стажер участкового.
Двое – молодые парни. Но самое интересное – у ворот нашли пистолет с глушителем, на котором отпечатки пальцев Арсентия Астахова.
– Что? – поразился Берия.
– То, что слышал.
– Откуда такие новости? – недоверчиво спросил он.
– У меня на Петровке работает старый друг, который иногда сообщает мне кое-что. Он, в сущности, там никто, но слышит многое.
– Хороший друг. Это точно?
– Конечно, – снова улыбнулась Светлана. – Абсолютно точно.
– Но что там произошло? Не мог Арсен…
– Норкова была любовницей Губы. И, как говорят, его там частенько видели. Дача была записана на Ленку, а бывал там только Губа. Получается, что это все заварил он. А может быть, Арсен приехал убить Губу? Ведь Доцент жив. И если на него выйдет милиция, у Арсена будут неприятности.
– Это у нас возникнут сложности! – крикнул Берия. – Он знает все!
Кстати, ты сделала то, о чем я просил?
– Конечно. Проводник пятого вагона прождал почти час в условленном месте. Занервничал – и исчез. Людей Пикина не было.
– Что там случилось? – недовольно спросил Берия. Взглянув на нее, предложил:
– Съезди в Воронеж. Ты жила в Воронежской области, так что…
– Ладно. Сегодня вечером и поеду. Если там все хорошо, что делать?
– Постарайся встретиться с Пикиным, – немного подумав, сказал Берия, – и осторожно выведай, в чем дело. Я дам тебе троих. Парни надежные и подготовленные. С ними…
