рекламная поездка по городам. Так что работу над новой книгой придется начать только осенью. – Она отправила в рот последний кусочек торта.

– Во Францию? – Адриенна повернулась к Кэти: – Ты знала об этом?

– Нет, впервые слышу. – Кэти посмотрела на Слоун. За восемь лет их совместной работы они крепко сдружились, но Кэти уже давно обнаружила, что временами со Слоун довольно трудно ладить. Она импульсивна, непредсказуема и невыносимо упряма. Порой Кэти хотелось придушить ее – точно так же, как и в этот момент. – Почему, скажи на милость, ты надумала отправиться во Францию именно сейчас? – спросила она.

– Отдохнуть захотелось, – беззаботно отозвалась Слоун.

– И это все? Просто отдохнуть?

Слоун чуть пожала плечами:

– В Довиле начинаются международные соревнования по поло. Первые в этом сезоне.

Адриенна бросила на нее удивленный взгляд:

– С каких это пор ты стала интересоваться поло? Я думала, ты увлекаешься только теми спортивными состязаниями, которые проходят в закрытых помещениях.

Источником старой, привычной для них шутки были вопросы, часто задаваемые Слоун по поводу ее книг: не вдохновляется ли она при написании сексуальных сцен собственным опытом?

Слоун улыбнулась:

– Эта игра заинтересовала меня, потому что именно о ней я и решила написать свой следующий роман.

* * *

– Мама, расскажи, чем ты будешь заниматься во Франции? – Десятилетний Тревис Дрисколл сидел в ногах большой кровати в спальне Слоун, наблюдая, как мать собирает вещи. Окна спальни выходили в Центральный парк. – Играть в казино, танцевать до рассвета или купаться ночью в фонтане?

Она подняла голову и настороженно посмотрела на сына:

– Что за бред? Откуда у тебя такие мысли?

Он склонил голову набок и загадочно улыбнулся, как будто удивляясь, что она до сих пор не знает ответа. Тревис был красивый мальчик, темноволосый, с темно-карими, почти черными глазами. Его внешность озадачивала мать до сих пор. На нее он совсем не похож и, уж конечно, не похож на своего отца. Может, это у него от бабушки с дедушкой или от более отдаленных предков?

– Так развлекаются все, кто приезжает во Францию, – сказал Тревис. – Это написано в газетах, которые продают в супермаркете. Ну, в тех, что выставлены рядом с кассиршей на выходе. Там еще много всего есть интересного – про инопланетян, про переселение душ, ну и всякое такое.

– С каких пор ты стал читать этот вздор?

– Почти одновременно с «Плейбоем», – ответил Тревис с озорной улыбкой.

Слоун оторвалась от своего занятия.

– А тебе не кажется, что для «Плейбоя» ты еще слишком мал?

Мальчик засмеялся:

– Не беспокойся, мама, я его не читал…

– …а только рассматривал картинки, – закончила за него мать.

– Я так и знал, что ты все прекрасно понимаешь. – Тревис слез с кровати и направился к двери.

– Послушай, Тревис, мне бы действительно очень хотелось, чтобы ты поехал со мной.

– Мне бы тоже хотелось, мама, – проговорил он с нарочитой серьезностью. – Но ты же знаешь, что у меня на это время намечен целый ряд важных встреч. Так что как-нибудь в другой раз.

Тревис исчез за дверью.

«Надо же, всего десять лет, а шутит как сорокалетний, – подумала Слоун. – Слишком смышленый для своего возраста. Не думаю, что сейчас это так уж ему на пользу. Значит, у него какие-то планы с друзьями».

Занятия в школе начнутся уже после ее возвращения, а здесь за ним прекрасно присмотрит Эмма, экономка, работавшая у них уже шесть лет. Так что Слоун решила на сына не давить. Пусть занимается чем хочет.

Через несколько секунд голова Тревиса снова появилась в дверном проеме.

– Мама, послушай, может, сегодня на ужин закажем пиццу? Ну, такую огромную штуковину, и чтобы там было все… кроме этих маленьких рыбок.

– Анчоусов? – уточнила Слоун.

Он пожал плечами:

– Возможно, анчоусов. Только я их не люблю. Так мы можем ее заказать?

Слоун поднялась.

– Тревис, дорогой, неужели не понимаешь, что мужчина… а ведь ты будущий мужчина… не может жить только на одной пицце?

– Сейчас я думал о тебе – не о себе, – ответил он с невинным видом.

Мать удивленно посмотрела на него:

– Обо мне? С каких это пор ты стал заботиться обо мне?

– Что значит с каких пор? – затараторил он. – С данных пор. То есть с теперешних. Я же знаю, Эмму ты отпустила, она придет только завтра днем, и я также знаю, что ты терпеть не можешь готовить…

– Дело не в этом – просто я не умею готовить, – прервала сына Слоун.

– Какая разница. Неужели нельзя просто проявить внимание?

– Молодец.

– Ну так что, мам? Можно? Я могу сейчас позвонить?

Посмотрев на сына, Слоун глубоко вздохнула и сдалась:

– Ладно, звони. Но пока я буду в отъезде, не смей уговаривать Эмму заказывать пиццу каждый вечер! Я с ней поговорю об этом, – крикнула ему вслед Слоун. Тревис побежал звонить, опасаясь, как бы мать не передумала.

Слоун покачала головой и улыбнулась.

«Да, он избалован, в этом нет никакого сомнения… Но мне некого в этом винить, кроме себя. Я никогда ни в чем ему не отказывала. И вот получилось то, что должно было получиться. Но растить ребенка, единственного ребенка, одной – дело нелегкое, потому что слишком велик соблазн проявить снисходительность и во всем потворствовать сыну. Я всегда чувствовала себя виноватой в том, что он лишен отца, и страстно желала хоть каким-то образом компенсировать Тревису его отсутствие. И тем не менее лучше уж никакого отца, чем тот, кто дал жизнь Тревису».

С годами Слоун так и не научилась разбираться в мужчинах. Ее отношения с ними напоминали лабораторные работы по химии в старших классах школы. К сожалению, она еще тогда привыкла смешивать без разбору различные реактивы. Результаты получались порой весьма пагубные. Короче, весь опыт общения Слоун с лицами противоположного пола неопровержимо доказывал, что настоящая любовь ей, видимо, не суждена. Все свое время и энергию она отдавала работе и сыну. Работа не оставляла желать лучшего, а сын… Ну что ж, хотя и избалован, но все равно вполне приличный мальчик. В общем, результаты можно считать практически удовлетворительными. Если бы теперь в жизни Слоун и появился какой-то мужчина, он бы только все усложнил.

Закончив паковать чемоданы, Слоун поняла, что изрядно устала. Прекрасно, это хороший повод пораньше лечь в постель. Она уже радовалась, что уступила Тревису и позволила заказать на ужин пиццу.

Заметив свое отражение в зеркале в полный рост, Слоун в нерешительности замерла. «Я становлюсь похожа на Белу Лугоши,[4] тоже избегаю смотреться в зеркало, – подумала она, грустно усмехнувшись. Лицо, которое сейчас увидела Слоун, можно было бы назвать интересным, возможно, даже весьма интересным – ведь все зависит от вкуса, – но уж никак не классически красивым. – Красивой меня способен назвать только слепой, – подумала она, хмуро разглядывая свое отражение. Слоун всегда казалось, что лицо у нее слишком круглое, особенно когда она улыбалась, – словом, такое, будто защечные мешки набиты орехами. – Нет, я отнюдь не Кристи Бринкли», – заключила она. И все же высокие скулы и безупречный цвет лица тоже нельзя сбрасывать со счета. Волосы тоже

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×