означающие разлуку! Сейчас она больше всего на свете хотела, чтобы Майк прижал ее к себе и держал в объятиях до тех пор, пока все страхи не исчезнут.

— О чем поговорить, Майк? — Голос ее прозвучал подозрительно спокойно.

Больше всего Майку хотелось узнать, почему она так боится довериться ему. Ответ на этот вопрос скрывался где-то в ее прошлом. Возможно, он был связан с человеком, оставившим в ней гораздо более глубокий след, нежели белый круг на осиротевшем пальце. Майк посмотрел в глаза Эбби. Он чувствовал, что готов отдать все что угодно, только бы исчезло выражение безысходной грусти с ее чудесных, с легкой поволокой глаз.

— Начни хотя бы с того, почему сидишь так далеко от меня, — шутливо подсказал он, лаская ее руку.

Его прикосновение всегда вызывало сладкую дрожь.

— Мне вполне удобно здесь, — заметила Эбби, обрадовавшись, что их разделяет импровизированный стол.

Но Эбби сидела, вытянув перед собой ноги, и не могла сопротивляться, когда Майк притянул ее к себе.

— Это несправедливо, Майк, — запротестовала она, стараясь увернуться от его ищущих губ.

— А по-моему, совершенно справедливо. — Он наклонился и жадно приник к губам Эбби.

Через мгновение он оторвался от нее, но только для того, чтобы сказать: «Дыши же, Эбби!», — и снова поцеловал ее.

Почувствовав, что она опять задержала дыхание, он ударил ее костяшками пальцев по груди.

— У тебя поразительная емкость легких. Видно, что ты много тренировалась, — заметил Майк, печально улыбаясь.

Она только было собралась возразить, но в этот момент заметила на его волосах снег.

— Снег! — удивилась Эбби и стряхнула белую пелену с его густых волос.

— Ну и что? — усмехнулся Майк. Он задрал голову и попытался открытым ртом поймать летящую снежинку.

Для снегопада было еще рановато, но, так как они находились довольно высоко в горах, Майк не слишком удивился.

— Но я не думаю, что снег будет идти долго, — успокоил он Эбби.

Она же не на шутку встревожилась.

— А ты уверен в этом? — засомневалась Эбби.

Она заметила, что маленькие пушистые хлопья падают на землю все чаще и чаще. Облака, еще недавно легкие и белые, приобрели грязно-серый оттенок и как-то сразу отяжелели.

— Ну да, вот проживешь с мое в этих краях и тоже научишься читать по облакам. Судя по ним, я бы сказал, что снегопад прекратится через несколько минут. Земля даже не успеет покрыться снегом… Так на чем я остановился? — Он вновь нашел ее податливые губы.

Эбби изо всех сил старалась дышать ровно, хотя это было не так-то просто. Сердце стремительно забилось. А разум и тело безуспешно сражались. Разум ее настаивал на том, чтобы она сопротивлялась, пусть даже внешне, а возбужденное тело требовало его ласк. Вдруг Майк оторвался от нее. Эбби открыла удивленные глаза.

— Вот теперь действительно посыпало! — воскликнул Майк, показывая на плавно падающий снег.

— Так, значит, землю снегом не прикроет, да? — поддразнивала его Эбби.

Она начала собирать вещи. С неба летели большие и мохнатые хлопья. Ветер усилился, и от его ледяного дыхания тонкий свитер не спасал. Снег не только долетал до земли — слой его на удивление быстро становился все толще.

— Значит, я был не прав, — признался Майк, — можешь притянуть меня за это к суду. — Он взял одеяло, вытряхнул его и подал Эбби. — Вот, возьми. И беги в машину. Я позабочусь обо всем остальном.

Майку не пришлось повторять это дважды. Эбби не на шутку промерзла и потому со всех ног побежала к машине. Там она завернулась в одеяло. Удивительно, как быстро этот мир из сверкающего и доброго превратился в серый, неуютный и враждебный.

— Черт, ну и холодина! — проворчал Майк, забравшись в фургон.

Он завел двигатель и на полную катушку включил обогрев.

— Ничего, через несколько минут здесь будет, как в бане, — пообещал он, повернув вентиляционные отверстия таким образом, чтобы теплый поток воздуха шел прямо к Эбби.

Ведя машину по дороге, которая на пути к озеру казалась гораздо шире, Майк испытывал сильное напряжение. Вид облаков ему совсем не нравился, кроме того, его волновало то, что, несмотря на хорошую работу дворников, ветровое стекло все же не было идеально чистым. Несколько миль он вел машину, повинуясь только инстинкту. Майку не раз приходилось вести машину по этой дороге, когда они возвращались с семейных пикников. После продолжительной рыбной ловли и выпитого вина отец засыпал, и за руль садился Майк. Поэтому он интуитивно чувствовал места, в которых серпантин опасно сужался. На полпути к городу у дороги имелось что-то вроде смотровой площадки, и по иронии судьбы дворники отказали именно тогда, когда они до нее добрались.

— Незадача, — промолвил Майк, выруливая на площадку.

— Ты сможешь их починить? — встревоженно спросила Эбби.

— Во всяком случае, попытаюсь. — Майк открыл дверцу и спрыгнул вниз. Нога его поскользнулась, и ему едва удалось удержать равновесие.

— Должно быть, причина в моторе, — сказал Майк, вернувшись после осмотра дворников. Он потер онемевшие пальцы.

— В моторе?

Его резануло то, что в голосе Эбби явно слышался страх.

— В том, от которого работают дворники, Эбби.

Голос его был спокоен, глаза светились нежностью. Он заботливо убрал с ее щеки спутанные пряди волос.

— Мы здесь посидим немного, а когда снег поутихнет, я поведу машину и без дворников.

Это говорил тот же человек, который до того убеждал ее, что снег будет идти не больше нескольких минут. Поэтому Эбби нашла свои сомнения в справедливости его слов вполне оправданными. Однако вслух она не сказала ничего. И только неподвижно смотрела испуганными глазами в ветровое стекло, отчаянно пытаясь различить хоть что-то сквозь покрывавшую его белую пелену.

Внезапно она почувствовала себя пойманной в капкан, и ее охватил непреодолимый страх.

— Я бы сказал тебе, чтобы ты перестала волноваться, но, вижу, мои слова не очень-то тебя успокаивают, — сказал Майк, наблюдавший, как она нервно сжимает и разжимает руки. — С другой стороны, — заметил он, — если ты будешь волноваться, делу это все равно не поможет, ведь правда?

— Возможно, но я ничего не могу с собой поделать. Я так опасалась жуткого ощущения безысходности. Может, это и ненадолго, но ведь сейчас мы в мышеловке, не так ли?

Майк был совершенно уверен в том, что они выдержат этот испытание, но если она сомневается в нем… Он искоса взглянул на Эбби и ободряюще улыбнулся.

— Может, лежа ты будешь чувствовать себя лучше? Сзади есть спальник и одеяло. Вздремни, отдохнув, ты не будешь так нервничать.

Из всего сказанного им Эбби услышала только… спальник и одеяло…

С растущей подозрительностью она смотрела на довольно улыбающегося Майка. Он вырос здесь, в штате Вашингтон. И знал его как свои пять пальцев, по крайней мере так он утверждал, когда они ехали к озеру. Кроме того, он говорил, что умеет читать по облакам. А если он знал, что разразится метель?

В глубине души Эбби понимала, что Майк никак не мог знать, где именно откажут дворники, и откажут ли они вообще. Но она замерзла, была напугана и потому не могла рассуждать здраво.

— Ты знал, что пойдет снег. — Она произнесла это очень тихо, и оттого ее слова прозвучали еще более оскорбительно.

— Знал? — удивился Майк.

Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату
×