Он этим всем нужнее, чем нужнаИндийцу или эфиопу влага.22 Скажи нам, почему ты — как стенаДля солнца, словно ты еще не встретилСетей кончины». Так из душ одна[1040]25 Мне говорила; я бы ей ответилБез промедленья, но как раз тогдаМой взгляд иное зрелище приметил.28 Навстречу этой новая чредаШла по пути, объятому пыланьем,И я помедлил, чтоб взглянуть туда.31 Вдруг вижу — тени, здесь и там, лобзаньемСпешат друг к другу на ходу прильнутьИ кратким утешаются свиданьем.34 Так муравьи, столкнувшись где-нибудь,Потрутся рыльцами, чтобы дознаться,Быть может, про добычу и про путь.37 Но только миг объятья дружбы длятся,И с первым шагом на пути своемОдни других перекричать стремятся, —40 Те, новые: «Гоморра и Содом!»,[1041]А эти: «В телку лезет Пасифая[1042],Желая похоть утолить с бычком!»43 Как если б журавлей летела стая —Одна к пескам, другая на Рифей,[1043]Та — стужи, эта — солнца избегая,46 Так расстаются две чреды теней,Чтоб снова петь в слезах обычным ладомИ восклицать про то, что им сродней.49 И двинулись опять со мною рядомТе, что меня просили дать ответ,Готовность слушать выражая взглядом.52 Я, видя вновь, что им покоя нет,Сказал: «О души, к свету мирной славыОбретшие ведущий верно след,55 Мой прах, незрелый или величавый,Не там остался: здесь я во плоти,Со мной и кровь ее, и все суставы.58 Я вверх иду, чтоб зренье обрести:Там есть жена,[1044] чья милость мне даруетСквозь ваши страны смертное нести.61 Но, — и скорее да восторжествуетЖеланье ваше, чтоб вас принял храмТой высшей тверди, где любовь ликует, —64 Скажите мне, а я письму предам,Кто вы и эти люди кто такие,Которые от вас уходят там».67 Так смотрит, губы растворив, немыеОт изумленья, дикий житель гор,Когда он в город попадет впервые,70 Как эти на меня стремили взор.Едва с них спало бремя удивленья, —Высокий дух дает ему отпор, —73 «Блажен, кто, наши посетив селенья, —Вновь начал тот, кто прежде говорил, —Для лучшей смерти черплет наставленья!76 Народ, идущий с нами врозь, грешилТем самым, чем когда-то Цезарь клики«Царица» в день триумфа заслужил.[1045]
