пять пулемётов. От старых стен летит пыль и мелкий щебень. Высунуться практически невозможно. Группа Кабана прекращает огонь и скатывается на дно котлована. Оттуда они отстреливаются от «волков», которые быстро появляются в проломах стен. Но теперь они открыты со всех сторон и через пять минут избиение завершается.
Пленных сегодня нет. Раненных рэфов «волки» безжалостно добивают. После бойни, которую устроили пулемётчики, тела рэфов местами сплошь устилают землю. Но я вижу, что этот жуткий ковёр довольно густо разбавлен телами в красных комбинезонах. «Волки» понесли довольно большие потери.
Обхожу развалины и нахожу лежащее в проломе стены тело Кабана. Очевидно, он попал под пулемётную очередь. Здесь же нахожу и Мирбаха. Вернее, он находит меня. Его тоже пометило. Левый рукав комбинезона разрезан до плеча и болтается. А рука обмотана бинтами и висит на перевязи. Мирбах взбешен и набрасывается на меня с упрёками:
—Андрей! Где ты отсиживался со своими профессионалами, когда мы попали в засаду?
—Мы отсиживались там, за холмом, — я показываю пальцем через плечо. — И должен заметить, что если бы мы там не отсиживались, вряд ли кто из вас ушел бы сегодня живым. Впрочем, можешь сам посмотреть.
Мирбах поднимается на невысокий холм, за которым мы держали оборону. Увидев, что мы там натворили, он только качает головой и свистит.
—Они готовились выйти к вам в тыл и захлопнуть ловушку, — поясняю я.
—Ничего себе! Здорово они сегодня всё продумали! Но я смотрю, у вас даже раненых нет.
—Ну
