ним. Мы видим, что он цел и невредим, но почему-то никто из нас не торопится за ним последовать. Признаться, у меня мурашки начинают бегать под комбинезоном, когда я представлю себя ползущим под этим смертоносным потоком. Но надо решаться. Делаю шаг вперёд.
—Я пойду! — неожиданно заявляет Сергей.
Он решительно направляется к ложбине. Этого я от него меньше всего ожидал. Хотя, в принципе, удивляться здесь нечему. Парень с нами не первый день, успел побывать в боях и обстреляться. Как говорится, уже освоил, как надо себя вести, находясь по обе стороны прицельной рамки. А этот шаг для него — что-то вроде акта самоутверждения. Проверка самого себя на прочность. Что ж, пусть парень идёт.
—Хорошо, Серёжа, иди первым. Но смотри, нервы держи в узде. Начнёшь дёргаться — смерть.
—Всё будет нормально, Андрей. За меня, как за Димку, ты переживать не будешь. Учиться надо на чужих ошибках.
Ого! Парень первый раз обратился ко мне на «ты» и назвал меня просто Андреем, без отчества. Что ж, давно пора ему становиться на одну доску с нами. Может быть, и из него в итоге получится хроноагент? Посмотрим. Впереди еще много испытаний.
Не без трепета следим мы за тем, как преодолевает Сергей смертоносную ложбину. Только бы не психанул! Здесь, как я понял, ничего, кроме железной выдержки, не требуется. А Сергей, словно играя у нас на нервах, ползёт слишком медленно. Пулемёты и скорострельные пушки захлёбываются очередями, рвут в клочья склоны ложбины, засыпают Сергея песком и щебнем. Огнемёты ревут почти непрерывно. Представляю,
