прошептала девушка.
— Тогда идём, постараемся разместиться здесь, и кто знает, может, и вопрос с пропитанием решится сам собой.
Ретт пошёл в сторону своей армии, особо не веря в то, что им удастся выстоять против Гааноса, но бороться было нужно до последней капли крови…
Глава 27
Ретт никогда бы не мог даже предположить, что за стенами этих скал может скрываться такое огромное великолепие, как этот город. Та улица, которая подходила вплотную к скалам, была лишь крошечной частью Реиаата, который простирался вглубь, распространяясь по внутренностям скал. Многочисленные дома, если конечно, можно было их так назвать, располагались хаотично, и каждый из них состоял из нескольких огромных помещений. То тут, то там в них валялись какие-то предметы из утвари, которые выглядели совершенно непригодными для использования. Это место, вход в которое удалось сейчас открыть, было безлюдным на протяжении очень долгого времени, однако, оно не казалось совершенно пустым. Как будто кто-то постоянно находился здесь, поддерживая иллюзию жизни.
В домах не было темно, хотя потолком, стенами и полом служили скалы без единого окна. Но всё тот же золотой свет, который так часто видел Ретт в Эльгионе, поселился в каждом уголке этого города. Он словно жил своей жизнью, разливаясь сиянием по пространству домов и даря им столько света, сколько было нужно.
— Клади её сюда, — проговорил Ретт Грегу, указывая на невысокий выступ, который, очевидно, служил древним Эльфийонам постелью. Здесь скала на ощупь оказалась мягкой и податливой, тут же приняв форму тела девушки, когда Грег уложил её на «кровать». Задумываться об этом чуде природы времени не было, да и смысла тоже. Нужно было принимать щедрые дары, которые им давал Реиаат, укрывая под своей сенью.
— Когда же она очнётся? — потерянно произнёс Ретт, в особенности ни к кому не обращаясь.
— Возможно, силы города дадут ей возможность вернуться к жизни хоть ненадолго, чтобы мы могли дать ей немного Валоома.
— Почему она не сможет прийти в себя полностью? — Нахмурился Грег, глядя на бледное лицо Мелиссы.
— Она истощена, у неё нет сил на то, чтобы поддерживать организм в состоянии обычной работоспособности.
Ретт поморщился, отчётливо понимая, что сам стал виновником этого состояния девушки, и Илфи заметила это.
— Идём, — тронула она его за руку, кивая в сторону выхода из комнаты, — Я покажу тебе кое- что.
Пока они с Илфи шли куда-то, направляясь в сторону того места, о котором было известно только девушке, Ретт успел заметить, что на улицах и в домах Реиаата кипит жизнь. Все те, кто пришёл сегодня стоять до конца за Эльгион, деловито располагались в домах, понимая, что они здесь надолго.
— Как долго мы сможем выстоять, прежде, чем Гаанос победит? — тихо спросил у Илфи Ретт, стараясь не думать о том, что для множества этих существ пребывание в городе станет последним в жизни.
— Гаанос очень силён, но мы надеемся на то, что исполнится Пророчество и ты сможешь помочь нам одержать над ним победу, — как ни в чём не бывало ответила Илфи, очевидно, не раздумывая о том, реально это или нет. Раз так сказано в Пророчестве, значит, этому суждено исполниться. Ретт был гораздо приземлённее в своих суждениях, чтобы понимать, что нет никакого абсолютно точного предсказания. А значит, быть уверенным в том, что оно точно исполнится — глупо.
— Что ты хотела мне показать? — нахмурился мужчина, гоня от себя мысли о том, какую роль ему предстоит сыграть.
— Вот это, — Илфи свернула вправо, проходя между двух скал, которые располагались близко друг к другу и Ретт последовал за ней, через несколько мгновений замерев на месте. Они находились в небольшом помещении, которое было подобно куполу, похожему на тот, что видел мужчина в новом Эльгионе. И оно тоже было полно фантастического света, и птичек, что сновали по золотистому сиянию. В центре помещения находился каменный круглый выступ, от которого вверх и поднимался столб света.
— Это своего рода храм, он есть здесь и в нашем новом месте обитания, — тихо проговорила Илфи, касаясь длинными пальцами каменистой поверхности. В этом месте очень мощная магия, которая связывает Эльгион с другими мирами. Ты же видел, как миры связались воедино, когда Самаар обрёл силу?
Ретт кивнул. Пожалуй, это величественное зрелище он не будет в силах забыть до конца своих дней.
— Это место способно связать миры. Я думаю, что выход из Эльгиона ты и должен открыть именно здесь.
— То есть, если сейчас попробовать прорезать пространство и открыть окно… мы сможем выйти отсюда? — Боясь спугнуть ощущение облегчения, спросил Ретт, глядя на искрящийся свет.
— Попробуй, — улыбнулась ему Илфи чуть кривоватой улыбкой, — Но знай, что если вы покинете Эльгион, не истребив воинов Гааноса, моего мира больше не будет в живых. Гаанос уничтожит его.
И всё же соблазн опробовать Самаар в действии был слишком велик. Ретт положил ладонь на ножны, чувствуя лёгкую вибрацию, прошедшую по ножу, и вынул его из ножен, становясь с артефактом единым целым. Потом медленно подошёл к круглому алтарю и поднял Самаар вверх, пытаясь зацепить пространство и потянуть его на себя. Нож вошёл в столб света легко, прорезая его и оставляя за собой светящийся след, но ничего не произошло. Никакого окна вырезать не получилось.
— Ничего не выходит, не открывается вообще никакое окно, — тихо проговорил Ретт, убирая нож обратно в ножны.
— Но теперь мы знаем точно лишь одно: выход из Эльгиона и в самом деле находится здесь. В любом другом месте ты бы открыл окно во Тьму.
— И как же открыть выход? — задумчиво проговорил Ретт, наблюдая за тем, как свет переливается, поднимаясь вверх. Живой и настоящий, способный открыть для них выход отсюда.
— Я не знаю, — Илфи выглядела заметно погрустневшей, очевидно предполагая, что Эльгиону не выстоять, если Ретт покинет этот мир. — Но всему своё время.
С этим мужчина спорить не смел.
Гаанос ударил через некоторое время, устремившись первым отрядом к стене, и пытаясь пробить её каменную неприступность. Было ясно одно: если воинам Гааноса удастся пробиться внутрь города, Эльгионцам будет не выстоять. Тьма окружала Гаанос и его армию, опускаясь с самих небес, клубясь вокруг армии, перекрывая всё вокруг. Он вёл за собой Тьму, противиться которой было почти невозможно. И Эльгионцам ничего не оставалось, как встать против него, пытаясь хоть на какое-то время оттянуть неминуемую гибель, чтобы найти выход.
— Ретт, началось, — воскликнула Илфи, вбегая в дом, который занял мужчина. Он сидел рядом с постелью Мелиссы, сосредоточенно рассматривая нож. Проводил по его рукоятке пальцами, словно пытался найти ответ на вопрос о том, как они могут выбраться отсюда. Мужчина вскинул голову, не сразу понимая, что имеет ввиду Илфийа.
— Гаанос начал нападение, — прошептала девушка, и по её виду можно было сказать, что она растеряна.
Ретт застыл на пару секунд, чувствуя, как по телу прошла волна адреналина от предвкушения того, что будет дальше, а потом сорвался с места, на ходу укладывая Самаар в ножны, и устремился к выходу. Илфи следовала за ним по пятам. Эльгионцы уже собирались на первой улице, прислушиваясь к тому, что происходило снаружи. На лицах была написана неподдельная тревога, а каждый удар в стену,