Надзирательница дала Манч блокнот с желтой бумагой, каким пользуются адвокаты, и шариковую ручку и стала смотреть, как Манч рисует квадратик с двумя столбиками, которые обозначила значками «плюс» и «минус».
– Это ваш аккумулятор, – объяснила Манч. – Он дает двенадцать вольт.
Надзирательница кивнула.
– Так, – продолжила Манч. – Соленоид стартера, – тут она нарисовала цилиндр в нижней части листка, – установлен на верхней части стартера. Чтобы включить стартер, ему нужно от восьми до десяти вольт. Соленоид – это, в сущности, привратник. Когда он получает сигнал от ключа зажигания, то открывает путь току от аккумулятора к стартеру. Пока все понятно?
Женщина кивнула, явно заинтересованная.
– У вас передача автоматическая?
– Да.
– Ладно.
Манч нарисовала еще несколько квадратов и кружков, объясняя, как работает каждое устройство.
– Изоляция на «шеви» старых моделей часто портится и дает утечку тока, особенно когда жарко. Чтобы соленоид стартера заработал, он должен получить сигнал как минимум в восемь вольт, но к тому времени, как ток до него доходит, там остается уже всего шесть или семь вольт.
– Пока он не остынет! – сказала надзирательница, радуясь пришедшему просветлению.
– Именно так, – подтвердила Манч. – И вот что я делаю: ставлю соленоид от «крайслера», которому нужно всего пять вольт, и подключаю его последовательно, чтобы он давал соленоиду «шеви» нужные восемь вольт. – Она быстро добавила к своей схеме второй соленоид. – Как вы думаете, ваш механик сможет это сделать?
– Черт, я бы лучше отогнала ее к тебе, милочка.
– Если я отсюда выберусь, – сказала Манч.
Надзирательница сунула руку в сумку и извлекла оттуда портсигар. Затем отперла дверь камеры Манч.
– Пошли, – сказала она. – Сможешь покурить в туалете.
Манч благодарно улыбнулась.
– А мы случайно по дороге туда не пройдем мимо телефона?
Надзирательница снова осмотрелась и ответила:
– Не думаю.
– Вы должны выполнять приказы, – вздохнула Манч. – Я все понимаю.
Женщина еще раз посмотрела в ту сторону, где стоял телефон. Манч почувствовала, что она колеблется.
18
В среду утром Блэкстон явился в участок в на редкость хорошем настроении. Ветер дул с востока, и воздух был прохладным и чистым. По дороге к участку пробок на дороге не оказалось. Кофе в вестибюле был свежим и горячим. В четверть десятого он уже удобно устроился за своим столом – все бумаги аккуратно разложены, порядок идеальный – только работай.
Алекс приехал без пятнадцати десять. Это был рекорд: он впервые появился в участке за четверть часа до начала рабочего дня. Он налил себе чашку кофе и зашел к Блэкстону обсудить предстоящие дела.
– У тебя похрустеть, случайно, нечем? – спросил Алекс.
– Ты что, не поел дома?
– Да просто захотелось чего-нибудь солененького. – Алекс полез в карман, но обнаружил там только две зубочистки и картонку со спичками. – Ну как все было вчера? – задал он следующий вопрос.
– Что ты имеешь в виду?
– Тебя и эту девочку. Вы ведь вчера вечером встречались, так?
– Угу, – отозвался Блэкстон.
– Чем занимались?
– В шахматы играли.
– И кто выиграл?
– Мы оба. – И, не дав Алексу открыть рот, Блэкстон добавил: – Мы играли и в другие игры.
– Удалось что-нибудь узнать?
– Мы можем действовать, исходя из предположения, что Джонатан Гарилло был информатором ФБР. Клер не отрицала, что дело связано с интересами федералов в Орегоне и ограблением арсенала национальной гвардии. А я рассказал ей об этом типе с гранатой.
Алекс покосился на него.
– Зачем?
– А почему бы и нет? По-моему, она из тех, кто помнит об оказанных услугах.
