лондонской «Таймс» в Испанию в годы Гражданской войны и освещал события с позиций генерала Франко, от которого даже получил одну из высших наград – орден Красного креста за военные заслуги. После этого он нашел себе место в секции V МИ-6 в качестве главного помощника майора Каугилла по контрразведке на Иберийском полуострове.
Он работал весьма успешно, и чем больше испанских и португальских шпионов прибывало в Англию, тем больше был его улов. Успех секции V особенно замечателен тем, что он представлял собой победу кучки любителей над немецкими профессионалами. Основными соратниками Филби были тоже новички в разведке писатель Грэм Грин и бывший редактор журнала «Панч» Малькольм Маггеридж.
Работа оказалась для Маггериджа во многом непосильной. Когда он был отправлен в Лоренсу-Маркиш в португальской Восточной Африке (Мозамбик) и увидел, насколько велика и разветвленна там сеть абвера, он даже попытался утопиться в Индийском океане. В то же время циничный и саркастический подход к делу Грина позволил ему в значительной мере нейтрализовать деятельность организации Ауэнроде.
Деятельность британских секретных служб на иберийском черном рынке шпионажа и контрразведки не ограничивалась только работой МИ-6, в особенности Кима Филби. Хотя считалось, что МИ-5 не осуществляет операций за рубежом, ее секция Б-1А (система XX) имела в Испании своего важного агента по кличке Нетл (Крапива), связь с которым из Лондона осуществлялась через французского двойного агента Шеперда (Пастух).
В Португалии у абвера была автономная агентурная сеть, в определенной мере конкурировавшая с КО Ауэнроде-Карстхоффа. Более того, МИ-5 использовала эту сеть в своем соперничестве с организацией МИ-6 в Лиссабоне.
Руководителем операций XX был один из доверенных и ценных агентов – немецкий эмигрант, проживающий в Лиссабоне, довольно состоятельный промышленник, приехавший в свое время в Лиссабон для закупки стратегического сырья для Германии и ставший затем близким другом Ауэнроде.
Человек этот, известный в абвере как агент А-1416, а в английском «XX» комитете как Гамлет, трудился на двух хозяев настолько успешно, что обе стороны не могли на него нарадоваться. В 1941 году он связался с англичанами как представитель мифической группы антинацистски настроенных офицеров вермахта, был завербован людьми «XX» комитета и использовался для передачи абверу английской дезинформации. В Лиссабоне его группа работала на абвер под прикрытием процветающей экспортно-импортной фирмы. Англичане поддерживали связь с Гамлетом через двух его деловых партнеров, один из которых (кличка Маллет) представлял его фирму в Англии, а другой (австриец по кличке Паппет) периодически посещал Англию по делам своей португальской фирмы, причем «XX комитет» так хорошо маскировал эти визиты, что абвер даже не подозревал об их подлинных причинах.
«XX» комитет регулярно снабжал Маллета и Паппета (в абвере они звались Фамулус и Будни) дезинформацией для передачи Гамлету, а тот переправлял ее абверу.
Англичане весьма дорожили этим каналом, так как поступавшая по нему к немцам специально обработанная информация становилась известной командованию вермахта и военному губернатору оккупированной Бельгии генерал-полковнику Николаусу фон Фалькенгаузену. Для поддержания деловой репутации фирмы Гамлета английская контрразведка занималась довольно крупными торговыми операциями – покупала и продавала через нее большие партии мыла, непромокаемой бумаги и даже обезжиривающие составы и лимонадный порошок.
Это было, пожалуй, одной из наиболее разработанных операций «Двойного креста» и его самым глубоким внедрением в агентурную сеть абвера, поскольку материалы Гамлета высоко ценились в абвере и не вызывали никаких сомнений.
Самой активной группой абвера в Португалии была «Остро», которой руководила некая загадочная личность из Лиссабона. В ее составе были работающие во всех концах Британской империи и в Соединенных Штатах агенты – такие, как организация СХБ Бишоффа и Ширенбека. Как полагают, три агента находились в Соединенном Королевстве.
Секция V предприняла в Португалии чрезвычайные усилия с целью обнаружить организатора группы «Остро». Когда он был разоблачен, выяснилось, что это был Поль Фидрмук, руководитель респектабельной фирмы, ведущей дела в странах союзников, который вслепую использовал своих сотрудников для сбора разведывательной информации.
Дальнейшее расследование дела сеньора Фидрмука выявило несколько весьма интересных фактов. При изучении его отчетов, отправляемых в абвер, британские секретные службы пришли к выводу, что группа «Остро» была фикцией и состояла из одного Фидрмука.
Его высоко ценимые сообщения, которые он передавал майору фон Ауэнроде, получая самую высокую из всех агентов КО плату, были подготовлены только им лично, а все данные, содержащиеся в них, либо извлечены из газет стран-союзников, либо просто выдуманы.
После того как МИ-6 выяснила истинное лицо группы «Остро», было решено оставить Фидрмука в покое, чтобы он и далее продолжал дурачить немцев.
К концу лета 1944 года Фидрмук пришел к заключению, что война будет проиграна немцами, и решил покинуть Лиссабон, чтобы португальские власти не разоблачили его и не привлекли к ответственности.
К тому времени оставалось уже не так много тихих гаваней, где он мог бы укрыться. Перебравшись в Мадрид, он обнаружил, что в абвере он полностью дискредитирован, и его спасло только падение Канариса. Он обрел новых друзей в империи Шелленберга, но его дни как процветающего немецкого шпиона были сочтены. Фидрмук был одним из последних иберийских шпионов, оставшихся на обочине.
Тем не менее к 1943 году после появления на Иберийском полуострове Филби и ряда провалов руководство абвера пришло к выводу, что Испания и Португалия утратили свою ценность в качестве базы для заброски агентуры. Обстоятельства вынуждали немецкую разведку искать другую нейтральную страну, откуда можно было бы более успешно вести шпионаж против Англии.
Такой страной могла стать Швеция.
Глава 43
ШВЕДСКАЯ АРЕНА
«Кто разом может быть горяч и трезв, взбешен и сдержан, предан и бесстрастен?» – спросил Макбет Макдуфа[189].
Шведы попытались. Последний раз они воевали в 1813–1814 годах (против Наполеона), а затем сделали своим фетишем не мир, но нейтралитет. Во время Второй мировой войны большинство населения Швеции было настроено скорее проанглийски, чем прогермански, однако они все же были ближе к немцам, чем к англичанам, а свои симпатии распределяли в соответствии с целесообразностью, считая, что война пройдет мимо них, если они будут оставаться хладнокровными. Подобно англичанам Шоу, они считали моралью чувство неловкости.
После оккупации Дании и Норвегии весной 1940 года и изгнания англичан с континента нейтралитет шведов начал претерпевать изменения настолько, что могло показаться, что они нейтральны относительно англичан[190].
Двойственный подход можно было наблюдать, в частности, в отношении к шпионам. Подобно любой другой нейтральной стране, Швеция в годы войны кишела агентами различных разведок, как шпионами всех воюющих стран, так и авантюристами, работавшими в одиночку в поисках прибыли.
Неужели Стокгольм да и вся Швеция были столь наполнены секретами, чтобы удовлетворить аппетиты всех этих падальщиков? Ясно, что нет. Шведы были очень чувствительны в отношении собственных военных тайн, зная повышенный интерес к ним Советов. Русские содержали здесь огромный контингент шпионов, как в своем посольстве, так и в марионеточной коммунистической партии. В самом представительстве была тройка псевдодипломатов под фамилиями Семенов, Ветров и Ярцев, которые управляли всей этой армией шпионов. Псевдожена Ярцева – Круглова осуществляла связь с местной коммунистической партией. Значимость этой страны как объекта шпионажа была видна из того факта, что это направление возглавлял один из асов советской разведки. Его самым значительным успехом было похищение системы работы шифровальной машины шведского министерства обороны.
Если не считать русских, шпионы, наводнившие страну в годы Второй мировой войны, не интересовались шведскими военными тайнами, а делали свой бизнес в большой игре, где каждый лагерь противостоял другому.
