— Прибор электронной идентификации? — спросил я.
— Да, — выдавил он.
— И лошадиный паспорт, верно?
— Да, — снова буркнул он.
— Поддельный лошадиный паспорт и прибор для идентификации чипов, так? — не отставал я.
Он опять умолк.
— Давай отвечай, — громко потребовал я. — Скажи мне все.
— Но с какой стати?
— Да потому, что тип с близко посаженными глазками не остановится, точно тебе говорю, — ответил я. — И, возможно, на данный момент я единственный твой друг и спаситель. Ясно тебе, Пэдди Мёрфи или как там тебя по-настоящему?
— С какого такого перепугу он должен за мной охотиться?
— Это ты меня спрашиваешь? Тебе видней. Ты ведь знаешь, кто он.
— Не могу! — взвизгнул он.
— Еще как можешь. И должен, — добавил я. — Допустим, он и тебя тоже убьет. Тебе ведь хотелось бы, чтоб его схватили и наказали за это, верно?
— Но настоящего его имени я не знаю, — пробормотал он.
Так много людей используют ненастоящие свои имена, что это становилось уже просто смешно. Даже сам я представился Пэдди Мёрфи как Грейди.
— Но хоть что-то ты о нем знаешь? — спросил я.
Все равно, что выдавливать кровь из камня.
— Знаю, что он убивает лошадей, — сказал он.
— Что? — воскликнул я. — Как?
— Ну, разными способами. Знаю, что одну убил, воткнув ей в ноздри шарики для пинг-понга. И она стала задыхаться. Лошади не могут дышать ртом, как мы. Ну и она померла от сердечного приступа.
Я содрогнулся, представив себе эту картину.
— Причем он всегда убивает их так, чтоб это выглядело несчастным случаем. Тогда можно получить страховку.
Тут до меня дошло.
— Стало быть, ты подменял плохую лошадь хорошей, — сказал я, — затем убивал плохую, а страховые деньги получал, так, что ли?
— Точно, — сказал он.
Куда как безопаснее, чем выдавать плохую лошадь за хорошую, продать ее, а потом с помощью анализа ДНК вдруг выяснится, что лошадка-то совсем не та.
— Ну а что происходило с хорошей лошадью? — спросил я.
Теперь ему говорить стало значительно легче. Слова полились потоком, похоже, что Пэдди гордился изобретательностью того, кто придумал эту схему.
— Ее отправляли тренироваться под именем той, плохой, — сказал он. — И если везло, мы могли сорвать неплохой куш, когда она приходила первой в слабой компании, при выгодном соотношении ставок.
«Что ж, очень умно, — подумал я. — Но и рискованно». Довольно трудно выдать смерть лошади за нелепую случайность, страховые компании могли заподозрить неладное.
— Ну а страховщики? — спросил я. — Разве они не проверяли?
— Еще как проверяли, — ответил он. — У них даже имеется в штате специальный следователь, который расследует каждый случай смерти лошади, с целью определить, убийство это или несчастный случай.
— Так как же вы тогда выкручивались? — спросил я.
— У этого их следователя глаза посажены слишком близко, — ответил он.
К немалому моему удивлению, без десяти одиннадцать домой ко мне подъехал Лука вместе с Бетси.
— Заявилась сегодня утром ко мне как ни в чем не бывало, — сказал Лука, когда она забежала в ванную попудрить носик. — Я просто глазам своим не поверил. А она и слова не сказала о вчерашнем.
Возможно, эта девушка не так уж и глупа. Лука из тех парней, за которыми стоит побегать. Сам он делал вид, что ему все равно. Но мне показалось, втайне был доволен, что все сложилось именно так.
И вот вскоре после одиннадцати мы втроем отправились в Аттоксетер на моем стареньком «Вольво», причем Лука, как всегда, уселся впереди, а Бетси расположилась на заднем сиденье. И, как всегда, надела белые наушники и слушала музыку, прислонившись головой к окну и закрыв глаза.
— Я подумал над твоей просьбой, — сказал я Луке.
— Да? И что? — нетерпеливо спросил он.
— Готов предоставить тебе полноправное партнерство в бизнесе, но на определенных условиях.
— Каких условиях? — настороженно спросил он.
— Ничего сверхъестественного, — ответил я. — Условия одинаковы для обоих партнеров.
— Но какие именно условия? — подозрительным и одновременно возмущенным тоном спросил он снова.
— Погоди минутку, — сказал я. — Не стоит так кипятиться. Попробуй взглянуть на все это с моей точки зрения. Я отдаю тебе половину бизнеса и, не забывай, половину доходов с него, и что? Мне нужны какие-то гарантии. Для начала ты должен продемонстрировать свою верность бизнесу на протяжении длительного времени. А для этого нам нужно заключить контракт минимум на пять лет, со штрафом для каждой стороны за преждевременный уход. По истечении пяти лет ты становишься полноправным партнером, без каких-либо финансовых вложений. И за этот пятилетний период я буду иметь решающий голос, если вдруг между нами возникнут разногласия.
— Разногласия какого рода? — спросил Лука.
— Ну, по ведению и развитию бизнеса, — ответил я. — Вижу, тебе не терпится раздвинуть его границы. — «И выйти за рамки», — подумал я, но вслух этого не сказал.
— Ладно, — ответил он.
— А все это достигается путем заключения контракта. Пойми меня правильно. Я не против изменений, буду рассматривать каждое твое предложение, но на протяжении первых пяти лет последнее слово всегда будет оставаться за мной.
— Ну а после? — спросил он.
— По истечении пяти лет мы станем полноправными партнерами, и права у нас в этом смысле будут равные. Если не придем к обоюдному согласию, партнерство прекращается, но не думаю, что это произойдет. И оба мы должны будем отдавать и брать понемногу.
— А не получится так, что после пяти лет это я буду отдавать, а ты в основном брать?
— Ну, если ты так ставишь вопрос… То да, так, наверное, и будет.
— Мало чем отличается от нынешнего положения, — кисло заметил он.
«Я его теряю».
— Да, — сказал я. — Ты многого просишь у меня, Лука, я готов отдать тебе половину весьма доходного бизнеса, причем это не будет стоить тебе ни гроша. Просто ты перестаешь быть наемным работником на зарплате, вместо этого будешь получать половину прибыли. Но ты также станешь отвечать и за половину потерь, если что-то пойдет не так, а уж я постараюсь, чтобы этого не случилось. Я верю в тебя, Лука, но также считаю, что тобой нужно руководить до тех пор пока не наберешься опыта. Я мог бы предложить тебе выкупить у меня свою долю, половину бизнеса, но ведь я этого не делаю. Отдаю бесплатно, на целых пять лет.
Он молчал, думал.
— Лично я считаю, это просто шикарная сделка, — сказал я. — И не стоит принимать решение прямо сейчас. Как следует все обдумай. Поговори с Бетси, с родителями, если хочешь. А пока мы можем продолжать как прежде. Да хоть всю жизнь, если это тебя устраивает.
Он долго молчал, сидя рядом со мной, задумчиво смотрел на дорогу через ветровое стекло.
— Может, назовем нашу фирму «Тэлбот и Мандини»? — спросил он.