– Открой рот, – прошептал Натаниэль.
Прайд пальцами втолкнул сочную ягоду в приоткрытый рот Габриэль и улыбнулся, когда она подхватила виноград языком. Девушка почувствовала во рту вкус прохладного сока и нежной мякоти ягоды, прежде чем проглотить ее.
– И это – только начало, – мягко произнес Прайд.
– А мне кажется, что засахаренный миндаль лучше, – заявила Габриэль, засовывая орех в своеобразный сосуд с шампанским. – Есть что-то особенное в сочетании хрустящего орешка и игристого вина. Как ты думаешь?
– Боюсь, я не могу сейчас думать, – прошептал Натаниэль, вытянувшись на кровати, в то время как графиня, нежно касаясь языком его живота, как кошка, вылизывала шампанское. Он судорожно вздохнул, когда почувствовал, как капли новой порции вина охладили его кожу.
– Не двигайся, – скомандовала Габриэль. – А то все прольется.
Натаниэль едва сдержал смех, стараясь не шевелиться.
– Попробую на этот раз виноград, – задумчиво проговорила девушка, потянувшись к блюду с фруктами. – Просто, чтобы освежить память.
Она взяла виноградину губами и на секунду задержала взгляд своих смеющихся глаз на его глазах. Потом девушка нагнула голову.
Натаниэль почувствовал, как она прижалась телом к его бедрам, ощущал ее дыхание на своей коже и нежные прикосновения к ней рыжих кудряшек, когда она стала опускать ягоду в необычный сосуд с шампанским. Затем, не выпуская сочной виноградины изо рта, Габриэль скользнула вдоль его тела, и ее лицо оказалось рядом с его головой.
Натаниэль приоткрыл рот, закрыв глаза. Тогда она нежно поцеловала его, вкус винограда смешался со вкусом долгого поцелуя.
– Теперь – засахаренную сливу? – спросила графиня, проведя большим пальцем по его губам.
Ее глаза удовлетворенно сияли.
– Если вы, мадам, пытаетесь вновь растормошить меня, то у вас ничего не выйдет, – промолвил Прайд, проведя рукой по буйным кудряшкам, осыпавшим ее лицо. – Ты опустошила меня, любовь моя.
– Отдохни, – послушно согласилась графиня, вытягиваясь рядом с ним. – Только не забудь, что не я первая попросила пощады.
– Тебе не надо уж так стараться, – промолвил Натаниэль, лениво водя пальцами по ее спине.
Габриэль довольно улыбнулась и, поцеловав впадину между его шеей и плечом, ощутила на губах солоноватый привкус пота.
– Тебе не кажется, что Джейк быстрее привыкнет к новому наставнику, если мисс Приммер задержится еще на некоторое время? – поглаживая его ухо пальцем, небрежно спросила Габриэль.
– Мы договорились, что Джейк – неподходящая тема для разговора, – сухо сказал Натаниэль. Он с трудом скрывал раздражение. Прайд убрал руку, и ее спине сразу стало холодно в этом месте.
Но Габриэль настойчиво продолжала. Вообще-то она не собиралась заводить этот разговор, но они так чудесно проводили время вдвоем, что Габриэль, забыв о своей осторожности, заговорила. Точнее, слова как будто сами вырывались наружу.
– Я просто подумала, что, может, тебе не пришел в голову такой вариант, – прошептала графиня, целуя Прайда в ухо.
– Не делай этого, Габриэль, – ответил лорд, отдернув голову. – Мне не нравится.
– Тебе не нравится, когда я целую тебя в ухо или когда говорю о Джейке?
«Отдал пенни, отдашь и фунт», – вертелось в голове у девушки.
– Последнее, – заявил Натаниэль. – Это не твое дело, и ты не имеешь права использовать ситуацию после… после того, чем мы тут занимались весь день.
– Мне кажется, это называется – любить друг друга. – Габриэль села. – И я вовсе не использую ситуацию. Но на вещи можно смотреть и с другой стороны, а мне кажется, что ты иногда бываешь близорук.
Прайд вздохнул:
– Я буду тебе очень благодарен, если ты впредь не станешь обсуждать мои дела с прислугой.
Габриэль глотнула. Разве она этим занималась?
– Мисс Приммер была очень расстроена. Я лишь спросила ее, в чем дело. – В ее голосе прозвучали нотки обиды.
– И тогда она изложила тебе все свои проблемы, надеясь на твою отзывчивость и на то, что ты сможешь повлиять на меня? – продолжил Прайд.
Графиня вздрогнула:
– Все было совсем не так. Эта бедная женщина вовсе не собиралась меня использовать.
– Ради Бога! – не принял ее оправданий Прайд. – Тоже мне, бедная женщина! Ты выслушиваешь ее причитания и теперь считаешь меня жестоким и злым хозяином, который гонит на все четыре стороны эту несчастную, бездомную овечку!
– Прекрати! – потеряла терпение Габриэль. – Все совсем не так, и ты прекрасно знаешь. Она все время говорила о твоем великодушии, но ее, как и всех нас, беспокоит Джейк. Даже тебя – его отца!
