через грудь навылет. Раненый генерал продолжал идти без посторонней помощи, но упал, а через полтора часа скончался в лазарете. А Стрючков отбежал несколько шагов и упал как бы в падучей. Позже заявил, что стрелял без всяких мотивов.
Выпущенный революцией из тюрьмы барон фон-Шриппен теперь зарезал кафе-шантанную певицу Сезах и её подругу Людмилу-Азу, сорвал с них драгоценности, отрубил обеим пальцы с кольцами. Подозревают, что его соучастником был аферист „ротмистр Сосновский”. Украли бриллиантов больше чем на 50 тысяч.
В ночь на 18 апреля злоумышленники проникли в Александро-Невскую лавру с подобранными ключами от келий, поочерёдно одурманили епископа Леонтия, архимандрита Евгения и делопроизводителя, из кассы забрали всю наличность, наворовали церковной утвари старинной работы и часов. Скрылись.
В ночь на 19 апреля, после первомайского праздника, в разных местах столицы произошло несколько взломов несгораемых шкафов в конторах, на десятки тысяч рублей.
Вечером 19 апреля группа анархистов-коммунистов явилась в комиссариат Выборгского района и потребовала ключи от дома № 17 по Полюстровской набережной — пустующей дачи бывшего сановника Дурново, которую анархисты решили взять под свой клуб. Ключей в комиссариате не оказалось. Тогда анархисты взломали двери дачи, заняли много больших комнат и немедленно стали перевозить свой багаж: огнестрельное оружие и взрывчатые вещества. Около дачи поставили свой караул.
В середине апреля произошло несколько дерзких краж в здании Сената. Из кабинета обер-прокурора гражданского кассационного департамента похитили мраморные часы с богатой отделкой, тяжелее пуда. В другой день такие же — из кабинета обер-прокурора 1-го департамента. У одного сенатора украли мундир с золотым шитьём и всеми орденами, звёздами. У барышни из канцелярии — каракулевый сак. Несмотря на розыск, похитителей не нашли.
На петроградских улицах — громкая смрадная брань простонародья, как раньше не смели.
У Николаевского вокзала и на Лиговке открыто продают порнографию. В кинематографе на одной из Рождественских улиц показывают богохульный фильм „Жизнь Христа”, вакханалия пошлости. Приманка: „прежде запрещённый”.
На Петербургской стороне митинг пенсионеров постановил: если правительство не увеличит пенсий — будут бастовать.
На Николаевском вокзале задержан неизвестный, который вёз в разобранном виде пулемёт.
Не проходит суток, чтобы в Петрограде не произошло несколько десятков грабежей квартир, магазинов, лавок — и ночных и дневных. Есть очень дерзкие: громилы открыто группой проходят мимо швейцара, потом прорезают стену или пол намеченного помещения. Милиционеры почти никогда не успевают никого захватить.
На Сенном рынке в полдень, во время перерыва приказчиков, было разгромлено 20 лавок и взломаны их кассы.
К горничной отставного генерала Вейса по вечерам приходили солдаты. В один вечер горничная навела их без себя, они убили ножом кухарку, на генерала наставили револьверы, заявили себя анархистами и забрали у него наличность в 10 тыс. рублей. Велели генералу не звонить по телефону 10 минут после их ухода. Он так и сделал.
По ночам не стало дежурных аптек: вывешивают объявления, отправляя к соседним, — а там такие же объявления.
За смутные сутки 21 апреля в Петрограде произошло больше 30 квартирных краж, особенно крупная — у князя Бебутова (богача и известного фрондёра, издателя заграничного фолианта против царя Николая II).
В этот вечер в ораниенбаумскую парикмахерскую вбегает 16-летний подмастерье, подметающий там полы, и трясёт при клиентах и мастерах новенькой 10-рублёвкой: „Сейчас был в городе и какой-то тип дал мне 10 рублей, велел: ходи и кричи „да здравствует Ленин, да здравствует партия большевиков!”
В местном поезде Царское Село — Петроград несколько солдат спорили о политике со своим унтер- офицером Андриановым. И — на ходу выбросили его на полотно.
Водопровод Царского Села, Красного Села и Павловска был гордостью страны, отличался всегда таким высоким качеством, что даже при эпидемии холеры можно было пить сырую воду. Теперь служащие водопровода потребовали сократить меры санитарного надзора, а помещение лаборатории и квартиру санитарного врача отдать под квартиры служащих.
На выставку финского искусства на Марсовом поле явилась группа солдат с прапорщиком и заявила, что помещение это пригодится народу, а ублажать буржуев картинками — пусть развешивают во дворцах. Смущённая администрация спросила: „От чьего имени такое заявление?” — „Ни от чьего, просто сами так порешили.”
На русско-финской границе сперва солдаты и матросы, потом и сама публика не стали допускать таможенников к осмотру вещей и взиманию пошлин.
Разрешено публике гулять по настенным проходам Петропавловской крепости. Гимназист ходит взволнованно: под ногами сидят взаперти бывшие министры — а сколько власти у них было раньше!
Гуляют и праздные солдаты, и некоторых солдатская охрана пускает и во внутренние коридоры: поглядеть на сидящих через глазок. Щитки глазков то и дело шаркают по дверям.
В караульном помещении Николаевского вокзала солдат пытался разрядить свою винтовку — и при этом ранил стоящего рядом, и убил крестьянина, пришедшего посетить своего сына-солдата.
26 апреля в ресторане „Ростов-на-Дону”, угол Гороховой и Садовой, член СРСД Стельмаков в компании своих знакомых грозил револьвером — сидящим за соседним столиком. Вызванные милиционеры успели обезоружить его.
В тот же день на Гороховой милиционер Россохацкий рассматривал винтовку, а она неожиданно выстрелила — и убила в голову гимназиста 8 класса.
И в тот же день в другом комиссариате милиционер Монахов, разряжая ружьё, нечаянно убил наповал своего родного брата.
В ночь на 28 апреля два милиционера на Литейном обнаружили у проезжавшего мотоциклиста подложное удостоверение. Он рванулся уезжать — они вскочили в проходящий трамвай, быстро шёл, а мотоциклист отстреливался, дважды попал в трамвай и скрылся.
Фельдшер Сучков в 1915 г. находился под следствием за подлоги, бежал из-под конвоя. В начале революции явился в Петроград, от общественного градоначальника получил документ на звание
