– Отчего же?.. – задумчиво отозвалась женщина. – Недочеты есть, но это скорее описки, чем ошибки. Просмотри и исправь.
Насколько большой ни казалась бы перемена, и она подошла к концу. Ребята собрали вещи, поблагодарили взрослых и поспешили на занятие. Обстоятельства сложились благоприятно, и потому Эмили никак не могла взять в толк, отчего Никодемас мрачнее тучи.
Заметив встревоженный взгляд, он поспешил внушить подруге, что все в порядке, даже зачем-то пообещал извиниться перед Робин.
– Эй, Рафли! – неприятно хихикнула Берта, поравнявшись с ребятами. – Что чувствует приговоренный к смерти?
– Понятия не имею, – огрызнулся в ответ тот и ускорил шаг.
Кроу старательно не замечал Дайну, пока та не упрекнула его за это. Тогда мужчина поднял на непрошенную гостью усталый взгляд и подчеркнуто безразлично спросил:
– У вас больше нет дел, мисс? – ни единый мускул не дрогнул на худом смуглом лице.
– Представьте себе, – тем же манером подтвердила она.
– Жаль, – черные брови легко приподнялись, – у меня есть. Я провожу вас.
– Не стоит, вы и так слишком добры. – Дайна изящно поклонилась.
Назвать то, что творилось в душе, обидой у мисс Уиквилд не поворачивался язык: щеки горели, а в горле застрял горький комок. «Каждый заперт в своем маленьком одиночестве», – всплыло в сознании.
Та самая стеклянная коробочка грозила раздавить Дайну, не оставив и мокрого места. Насколько хватало памяти, тянулось ее проклятое одиночество, и ни конца, ни края ему не было видно. Единственный человек, разбавлявший собой пустоту, – Борджес. Едва ли проходимца можно считать хорошей компанией.
Руфус? Его «существование» Дайна чересчур долго игнорировала, чтоб тот успел занять хоть какое-то место в ее жизни. Да и парню, несомненно, хватало собственного одиночества, ничуть не меньшего, чем у любого другого Танцора.
Дошла очередь и до таинственной Леди Алекс. От воспоминаний о ней в сердце сделалось тепло. Как же хотелось Дайне встретить эту женщину раньше! Сколькому можно было бы научиться у нее! Только что теперь толку гадать...
Кстати сказать, Руф так и не ответил утром... Мисс Уиквилд надеялась, что тому удалось раскопать нечто интересное.
Размышления грубо прервал скрип открываемой двери. В проеме выросла худая тень, не узнать в которой мистера Кроу мог только слепой.
– Простите мою резкость, – не поднимая взгляда, попросил он и, не дожидаясь ответа, поспешил прочь.
Не рассчитывавшая на подобный жест, Дайна еще какое-то время сидела неподвижно, в страхе вспугнуть удивительное ощущение. Казалась, кто-то добрый надул внутри нее воздушный шарик, невероятно цветной и красивый. Но, увы... нельзя просидеть неподвижно целую вечность.
Старшеклассники небольшими группками проходили в темный класс и дисциплинированно занимали свободные стулья. Громким хлопком мисс Уиквилд зажгла над столами робкие лампы. Неживой свет настраивал на рабочий лад.
Захватить внимание этой аудитории оказалось почти так же просто, как и тех, что помладше. Стоило только иллюзорным картам раскрыться во всем их великолепии, дело пошло гораздо лучше. Если до того отдельные личности еще порывались заниматься своими делами, то спустя каких-то пять минут и их взоры оказались прикованы к Дайне, расположившейся в центре переливающейся паутины.
На мгновение в голову закралась странная мысль. Всматриваясь сквозь незамутненные глаза в души сидящих перед ней детей, не имеющих представления о том, что такое смерть и боль, открытых и чистых, как страницы ненаписанных книг, Дайна пыталась понять, на своем ли месте она ведет борьбу.
Статистика – неумолимая штука. Один из десяти обязательно попадет под влияние философии Дивных, а ведь это можно предотвратить уже сейчас! Достаточно взять ребят под руки и показать верный путь, научить и направить...
– Ай! – вскрикнула белокурая девочка за первой партой, а в воздухе отчетливо запахло озоном.
– В чем дело? – войдя в роль учительницы окончательно, мисс Уиквилд метнула на бедняжку суровый взгляд.
– Простите, – пролепетала та. – Я не хотела.
– Класс, – естественно, Дайна знала, что именно произошло, – попрошу шутника или шутников выйти ко мне самостоятельно, чтоб не тратить общее время.
Комната ответила гробовой тишиной, в которой стук упавшего на пол и укатившегося предмета прозвучал как громовой раскат.
– Спасибо и на этом. – Белесая палочка остановилась у самых ног. – Индекстрэ.
Предмет подпрыгнул и очутился прямо в руке. Ученики продолжали напряженно молчать, пока мисс Уиквилд-Ди'Анно вертела палочку перед глазами.
– Какая прелесть, – пренебрежительно начала она после паузы. – Слабейший заряд. Кому тут обратно в детский сад пора? Впрочем, можете не говорить, я сама узнаю, не сходя с этого места. Или все же хозяин милой штучки укомплектован не только юмором, но и некоторым количеством храбрости?
Взъерошенный мальчишка за последней партой заерзал, а его сосед прикинулся фонарным столбом. Без всякой магии ясно, кто виновен.
– Галерка, средний ряд, – растягивая слова, приказала Дайна. – Молодые люди! Я не привыкла повторять дважды.
