– Это точно, шеф.
– А теперь вот что… Связался я с тобой, Вилли, не из-за вчерашнего покушения. Там-то все как раз ясно: объект ликвидирован, квалификация твоя подтверждена, акты подписаны и сданы в архив – можно дальше плыть. Дело совсем в другом.
– А в чем тогда, шеф? – поторопил Харднетт.
– Не терпится узнать? Копытом бьешь? Ну, хорошо. Скажи, Вилли, ты, наверно, уже измучил себя вопросом: «Зачем Старик именно меня отправил на эту чертову Тиберрию?» Да? Есть такое дело?
Полковник опешил и начал было юлить:
– Ну что вы…
– Не лги мне, Вилли! – резко оборвал его Верховный.
– Ну, хорошо, шеф. Не буду врать – задумывался.
– Еще бы ты не задумывался. Голова-то не без мозгов. Ну так вот, Вилли, настало время объяснить, почему мой выбор пал на тебя.
– Я весь – внимание.
– Дело, Вилли, вот в чем. Несколько дней тому вышел со мной на связь наш человечек на Тиберрии – Элан Грин. Знаешь такого?
– Элан Грин?! – удивился Харднетт. – Тот самый капитан из Отдела обеспечения специальных операций?
– Он уже майор.
– Как это?! Но разве, шеф, вы его не вышвырнули после того случая?
– Ты имеешь в виду провал группы Воробьева?
– Ну да. Ведь парни провалились из-за этого малахольного.
– Это не доказано, Вилли.
– Шеф, а чего там доказывать? – Полковник недоуменно покачал головой. – Грин допустил непозволительное малодушие. Он всех подставил… Я не узнаю вас, шеф.
– Остынь, Вилли. Грин просто не смог поступиться принципами. Бывает. К тому же никто не погиб.
– Спасибо Воробьеву. Этот парень, светлая ему память, всегда просчитывал каждую операцию на сто шагов вперед и всегда готовил тридцать три пути отхода. Это он тогда всех своих людей вытащил. А что касается Грина, то я бы на вашем месте…
Старик громко хмыкнул:
– Спишь и видишь себя на моем месте?
– Шеф, не ловите меня на слове, – возмутился Харднетт. – Просто этот ваш Грин…
– Он не мой, Вилли, – оборвал подчиненного Верховный Комиссар. И после секундного молчания спросил: – Хочешь начистоту?
– Хочу.
– Этот парень хотя и слабое звено, но я не мог его вышвырнуть.
– Как это?! – не поверил Харднетт. – Он что, какой-то особенный?
– Нет, – сказал Старик. – Но его прислали по квоте конторы Райдера.
– Комитета по гуманизации?
– Да.
– Вот дерьмо-то!..
– Все, что я смог сделать, это перевести его в Отдел внешнего мониторинга.
– Нет слов, – задохнулся от негодования Харднетт.
Оставив без внимания его реплику, Верховный продолжил:
– Его имя по текущей легенде – Андре Глюксман. Сейчас служит в Киарройоке на должности атташе по культурным связям в консульстве Большой Земли.
– Завидная позиция, – хмыкнул полковник.
– Вилли, оставь, ради бога, в стороне личную неприязнь и послушай, что скажу!
– Не обращайте внимания, – взял себя в руки Харднетт. – Я слушаю вас, шеф. Внимательно.
– Отлично. Так вот. У Грина на днях состоялась занимательная встреча с неким Боррломом Анвейрромом Зоке. Это известный тамошний историк. Впрочем, не только историк. Он еще и археолог, антрополог и бог его знает кто он там еще такой. Но вообще-то считается личностью весьма одиозной. Держат его местные за чудака, фантазера и мистификатора. В связи с этим все его научные разработки и гипотезы объявлены бредом. Настоящие – по факту, будущие – загодя.
– Кто его так прессует?
– Академия наук Схомии по заказу тамошней администрации.
– Дружные на Схомии живут ребята.
