– Ты пытался обманом заставить меня подписать тот документ!
Он выпрямился и взял полотенце.
– Каким же это образом я пытался обмануть тебя?
– Ты надеялся, что я подпишу, не читая!
Он посмотрел ей в лицо.
– Если ты настолько глупа, что подписываешь документы не читая, будь готова к любым сюрпризам. – Он криво улыбнулся. – В данном случае никакого сюрприза не получилось. – Он прошел мимо нее в комнату и достал из комода чистую рубашку.
– Ты даже не пытаешься ничего отрицать?
– Зачем я буду что-то отрицать?
Клер удивленно подняла брови. Его холодная сдержанность вызывала у нее тревогу.
– Пол, это правда, что ты потерял много денег?
– Это тебе сказал Генри?
– Нет, не Генри. Но это правда?
– Мне надо найти значительную сумму к определенному сроку, это правда.
– Когда этот срок?
– Седьмого. – Он говорил отрывисто.
– А если ты не заплатишь?
– Я, вероятно, получу отсрочку, но небольшую.
– А потом? Что произойдет потом? У тебя серьезные неприятности, Пол? Это правда, что ты замешан в сделке инсайдера?
Он посмотрел на нее с нескрываемым презрением.
– Клер, ведь ты даже не понимаешь, что это означает! Ты же ничего не знаешь о Сити...
– Я знаю достаточно, Пол. – К собственному удивлению, она говорила абсолютно спокойно. – И мне известно, что ты можешь выкрутиться, продав акции вашей семейной фирмы. Продавать Данкерн нет необходимости.
Она смотрела на его отражение в зеркале, пока он стоял спиной к ней, поправляя галстук, и видела, как напряглось и побледнело его лицо.
– Я не могу продать акции Ройлендов, Клер.
– Почему?
Он повернулся к ней.
– Потому что существует условие, по которому я должен предложить их сначала Джеффри и Дэвиду, прежде чем выставлять на открытые торги.
– И что же? – Клер присела на кровать.
– Неужели ты думаешь, что я позволю братьям узнать, что нуждаюсь в деньгах?
– Они уже знают. Ты ведь пытался забрать деньги из детского фонда, помнишь?
– Детского фонда! – раздраженно фыркнул он. – Как же, дети должны быть обеспечены в первую очередь! Все эти ройлендовские внуки...
Клер сжала руки.
– Пол, пожалуйста...
– Пожалуйста? Пожалуйста, что? Ты не можешь дать мне детей, и не хочешь отдать мне Данкерн. – Он отвернулся. – Ты ни на что не годишься, Клер! Бесплодная жена, эгоистка, лишенная преданности!
Клер смотрела на него, широко открыв глаза.
– Неправда... – Она вся похолодела.
– Разве? – Он посмотрел на ее отражение в зеркале. Его красивое лицо было бледно и бесстрастно. Он повернулся к ней. – Если ты готова, можно спускаться вниз. Сара уже накрыла на стол, а перед ужином хорошо бы что-нибудь выпить.
Клер недоверчиво посмотрела на мужа.
– Я не голодна.
– Ты должна заставить себя поесть. Не надо огорчать Сару. Не будем больше возвращаться к этому разговору. – Он задумчиво посмотрел на нее. – Последние несколько недель ты испытывала сильное душевное напряжение. Это начинает сказываться. Думаю, тебе необходимо посетить врача.
Клер встала.
– Я не хочу больше посещать никаких врачей, никогда. Я абсолютно здорова.
Он усмехнулся.
– Разве?
