Наконец капитан махнул рукой:

— Проезжайте.

Сдержанно поблагодарив его, я запрыгнул в кабину. Когда грузовик миновал ворота и въехал на широкую мощеную улицу Арзамаса, Жук поднялся с лежанки и встал рядом с моим креслом.

— Искали что-то конкретное, — сказал он.

— Ты почему так решил? — удивился я, объезжая бродягу, спящего прямо посреди улицы.

— У меня в этом деле тоже, кхм, опыт имеется. Ну, в досмотрах. — Жук уклонился от прямого ответа — как всегда, если дело касалось его жизни до нашего знакомства на Больших Гонках в Белгороде.

— Интересно, с чего вдруг такая суета?

— В толпе судачили, что сам преподобный Гест приедет смотреть Гонку. Похоже, управители намерены принять его по первому разряду.

— Спидер трогали? — Это единственное, что сейчас беспокоило меня.

— К нему в первую очередь сунулись, — встрял в беседу Андрейка. Встреча с омеговцами его весьма вдохновила, и теперь хотелось поделиться впечатлениями. — Но мы с дядей Жуком следили, чтобы они ничего не открутили и не сломали.

Жук кивнул — мол, так и было — и вернулся на лежанку. Вот уж невозмутимый человек — опять завалился спать.

— Не нравятся мне такие досмотры. — Подумав немного, я решил: остановимся на ночлег, осмотрю спидер. Терпеть не могу, когда мою машину трогают чужие, а уж когда они в ней копошатся… — Но сначала надо бы найти гостиницу подальше от спидвея.

* * *

Гостиница с пугающим названием «Дары некроза» на деле оказалась довольно приличным заведением. Как я и рассчитывал, почти все рейсеры, прибывшие на Гонку, остановились рядом со спидвеем. И там же расселились толпы приехавших поглазеть на главное ежегодное зрелище. Мне же толчея претила. В ней сложно уследить, чтобы слишком честный соперник не перерезал в твоем спидере тормозной шланг или не ослабил крепежку двигателя. А во время Гонки любая, даже пустячная поломка часто стоит рейсеру жизни.

Получив у хозяйки таверны ключ от комнаты, я ухватил Андрейку, который увязался за мной, за шиворот и чуть ли не насильно затолкал в грузовик.

— Останешься здесь. Мал еще по большому городу ходить. Насмотришься всякого, а мне твоя мать голову потом оторвет. Жук, проследи, чтоб не сбежал.

— Руфус, я вообще-то к тебе в охранители нанимался, а не нянькой при мальце сидеть. — На скулах Жука вздулись желваки. — Да и дел невпроворот, я ж за спидером приглядываю. А если Андрейка удерет за тобой, что мне делать, а? Идти его искать, спидер охранять или стаканчик в гостинице пропустить?

— Я тебе пропущу! — пригрозил я кулаком, что, конечно, не произвело на бывшего наемника впечатления: у него-то кулаки что моя голова. — Ничего в гостинице не есть, не пить. Ты знаешь правила. Одурманят или, разъешь их некроз, вообще отравят.

— Да знаю я. — Жук кивнул на шкаф, прикрученный к дальней стенке грузовика. — Жратву и воду перед Гонкой брать только из запасов. Но все равно малого забирай. И мне недосуг, и ему полезно на Арзамас взглянуть. Когда еще случай представится…

Последние слова он выдал почти шепотом, но я расслышал.

К сожалению, мой охранитель прав. Для Андрейки это первая и наверняка последняя возможность увидеть город своими глазами, а не на картинках из книг Ордена Чистоты. По заверениям лекарей, которым я показывал племянника, жить ему осталось от силы год-полтора. Хворь буквально съедала его: малец старел не по дням, а по часам.

— Ладно, уговорили. — Выбравшись из грузовика, я подставил Андрейке шею и плечи. — Залезай.

Мальчишка радостно взвизгнул и в одно мгновение взгромоздился мне на шею.

— Уф! Сколько ты весишь? Отъелся на дядькиных харчах… Ногами не дергай, сиди спокойно, — ворчал я для вида, весил-то племянник не больше пустынной собаки. — Жук, мы к спидвею, подадим заявку на участие — и сразу обратно. До вечера обернемся.

Кивнув, охранитель протянул мне шестизарядный пистоль. Когда Жука рядом нет, лучше иметь под рукой оружие.

Я сунул пистоль за пояс.

* * *

— Дядя, гляди, женщины! — Звонкий голосок Андрейки было слышно небось на другом конце города. За те пару кварталов, что мы прошли от «Даров», я не раз пожалел, что послушал Жука и взял с собой племянника.

Нет, я не умру от осуждающих взглядов людей, чьи недостатки или же достоинства Андрейка с детской непосредственностью обсуждал во всеуслышание. Но если он продолжит в том же духе, неприятностей не избежать. Кому нужны мои объяснения, что Андрейка всего лишь глупый мальчик, а не карл с плохими манерами и без инстинкта самосохранения? Кто в это поверит?

— Замолчи, кому говорю! — Я слегка подпрыгнул, чтобы встряхнуть мальчишку. Ойкнув, он недовольно засопел. — Невежливо кричать на улице и тыкать в людей пальцем. Тем более что это не женщины, а проститутки.

— Дядя, а кто такие простя… прости… тутки?

— Не важно. Маме только не говори это слово. Или не сознавайся, что услышал его от меня. — Теперь я точно от сестренки нагоняй получу. А ведь хотел как лучше…

Всю оставшуюся дорогу Андрейка молчал, но ерзал вдвое усерднее. Наконец я не вытерпел, снял племянника с затекших плеч и поставил на землю. Мальчишка крепко ухватил меня за руку и потопал рядом, старясь не отстать. В общем, времени мы потратили больше, чем я рассчитывал, — добрались до стен спидвея, когда уже начало смеркаться.

— Здоровско! — Впечатленный размерами сооружения Андрейка резко встал, точно в некроз влип. — Дядя Руфус, это и есть спидвей?

— Он самый, — подтвердил я.

Закатное солнце роняло лучи на неправильный эллипс спидвея — гордости Арзамаса, лучшей гоночной трассы. Даже Москва и Киев не могли похвастаться такими большими и интересными площадками для состязания рейсеров.

— Всё, хватит мутафагов считать, и так опаздываем. — Высматривая пункт регистрации участников, я потянул племянника за собой. — Завтра налюбуешься.

Хорошо хоть из-за задержки не пришлось томиться в очереди, изнывая под палящим солнцем, — у небольшого шатра, вход в который охраняли двое амбалов в униформе, стояли всего трое рейсеров. Двоих я видел на Гонках впервые — новички, а вот крайним в очереди оказался мой старый знакомый.

— Король, мутафагов тебе в карбюратор! — взревел я.

Новички и охранники вздрогнули, последние еще и схватились за автоматы. А вот лицо коренастого старика, моего знакомца, озарила радостная улыбка:

— Руфус, пройдоха! Я-то надеялся, тебя некроз пожрал. Дай-ка обниму!

Несмотря на то что Король был намного старше и почти на голову ниже, он легко сгреб меня в свои могучие объятия и приподнял над землей. Сообразив, что это не очередная разборка склочных рейсеров, охранники опустили стволы. Заметив рядом со мной Андрейку, глазеющего на старого рейсера со смесью страха и любопытства, Король спросил:

— Кто твой приятель, Руфус? Я слыхал, после того случая в Белгороде ты нанял охранителя. Но гляжу, охранители ныне измельчали…

— Забодай тебя мутафаг! — Я расхохотался. — Это сын моей сестры, Андрейка. Племяш, поздоровайся с Красным Королем, одним из лучших рейсеров Пустоши.

— Сын сестры? Но… — Король с недоумением смотрел то на меня, то на мальчишку.

Я покачал головой — мол, не время и не место для выяснений.

Король намек понял, и лицо его вновь расплылось в добродушной гримасе. Протянув ладонь-лопату, он аккуратно пожал руку мальчику:

Вы читаете Легенды Пустоши
Добавить отзыв
ВСЕ ОТЗЫВЫ О КНИГЕ В ИЗБРАННОЕ

0

Вы можете отметить интересные вам фрагменты текста, которые будут доступны по уникальной ссылке в адресной строке браузера.

Отметить Добавить цитату