Бутлер
Не надо слов. Все разъяснится вскоре. Клянусь! Я добрым ангелом его Не буду впредь! Доверьтесь мне!.. Прощайте! (Уходит.)
Слуга
(подавая письмо)
Тот, кто принес письмо, исчез мгновенно… Светлейший вам прислал свою карету. (Уходит.)
Октавио
(читает)
«Немедля в путь! Ваш верный Изолани». О, если б я был далеко отсюда!.. У пристани — пойти с ладьей ко дну? Прочь! Прочь отсюда! Здесь небезопасно. Но что же это сын мой не идет? Пикколомини, отец и сын.
Макс входит до крайности взволнованный, пошатываясь, с блуждающим взором; он, кажется, не замечает отца, который с жалостью смотрит на него, стоя в отдалении. Пройдя большими шагами комнату и остановившись, он бросается на стул и устремляет вперед неподвижный взгляд.
Октавио
(подойдя к нему)
Я еду, сын мой. (Не получив ответа, хватает его за руку.)
Слышишь, Макс? Прощай! Макс
Прощай! Октавио
А ты за мною следом? Макс
(не глядя на него)
Я? Нет, ни за что, — крива твоя дорога. Октавио, отшатнувшись, выпускает его руку.
О, если б ты был искренен и прям, То все дела пошли б теперь иначе! Он не решился б на ужасный шаг, От честных бы людей не удалился И не попал в тенета подлецов. Скажи, зачем столь тайно и коварно, Как вор, за ним повсюду крался ты? О, лживость! Вот на свете корень бед! Зловредная, ты погубила нас! Лишь правда нас могла бы всех спасти, Опора мирозданья. Нет, отец, Я не могу тебя простить, нет, нет! Пусть герцог обманул меня жестоко, Но ты едва ли лучше поступил. Октавио
Прощаю все страданью твоему. 
